Экстра — Продолжение

【Внимание!】

【Данное продолжение — шуточная пасхальная глава исключительно для развлечения, содержащая концепты новой книги】

……

— Первый поклон — Небу и Земле!.. — Звонкий и мощный голос наставника Чэня эхом разносился над залом для свадебных церемоний.

Семицветный благодатный свет хлынул из-за облаков, озаряя весь небосвод, а в вышине, за неспешно плывущими белыми облаками, смутно различались силуэты богов, взирающих на землю.

— Благодатный свет по всему небу, благословение сонма богов... Ц-ц-ц, в этом мире только у Цие может быть такой размах.

Цао Юань в строгом костюме сидел на белоснежном стуле и, аплодируя, не удержался от замечания.

— Что за вздор? В день твоей свадьбы разве я не ниспослал тебе благодатный свет? — тут же возразил сидевший рядом Толстяк Байли.

— Но у меня не было благословения богов.

— Зато у тебя было моё благословение.

— ...

— Я же говорил: бери пример с Цие. Боги Небесного двора и так к нему благоволили, так он ещё и по поводу и без повода наведывался к ним с подарками. Разумеется, они с радостью пришли поддержать его... Я-то хотел попросить их благословить тебя, но они ведь с тобой даже не знакомы.

— Ничего страшного, Лао Цао, на моей свадьбе благословения богов тоже не было, — утешил его Ань Цинъюй.

— Тьфу, да как у тебя язык поворачивается такое говорить! Забыл, что сам натворил? Ты же пробил в Небесном дворе здоровенную дыру, а тронный зал разнёс в щепки! Скажи спасибо, что они вообще согласились ниспослать тебе благодатный свет.

Толстяк Байли отчаянно ворчал, а повернув голову, заметил, что Цзян Эр скорчила ему рожицу.

— Братец Крутой, нас-то всех уже одарили благословением... А тебя?

Толстяк Байли кашлянул пару раз и внезапно перевёл тему.

Ань Цинъюй, Цао Юань и Цзян Эр одновременно посмотрели на самый край ряда...

Шэнь Цинчжу сидел с отрешённым видом, опустив глаза, словно ничего не слышал.

— Второй поклон — родителям!.. — В центре сцены две фигуры в традиционных свадебных нарядах вновь склонились в поклоне Небу и Земле.

— Наставник Чэнь уже в летах, редко увидишь, чтобы он так выкладывался.

— Это точно... Уже в третий раз подряд выступает свидетелем и церемониймейстером. Ему ещё не надоело?

— Посмотри на него: румянец во всю щёку, голос звенит силой — не похоже, чтобы ему надоело. Наверное, старику просто по душе такая подработка...

— Братец Крутой, а как думаешь, есть шанс, что наставник Чэнь проведёт церемонию ещё разок?

Все снова посмотрели в угол.

Шэнь Цинчжу: ...

— Поклон супругов друг другу!.. — Едва наставник Чэнь выкрикнул эти слова, как вновь грянули громоподобные аплодисменты.

Высоко над облаками Ян Цзянь слегка взмахнул ладонью, и благодать обратилась в бесчисленные лепестки цветов, осыпавшиеся в мир смертных. Зазеленела трава, и всё сущее словно встретило весну.

Линь Цие чуть повернулся и встал лицом к Цзялань. Глядя в её сияющие прекрасные глаза, он нежно улыбнулся, и в следующее мгновение они медленно склонились друг перед другом...

— Кстати, а вы сколько положили в красный конверт для Цие? — снова заговорил Цао Юань.

— Пятьсот, — ответил Ань Цинъюй.

— Я тоже пятьсот, — отозвалась Цзян Эр.

— Какое совпадение, у меня тоже пятьсот, — развёл руками Толстяк Байли. — Правда, пятьсот «ролексов»...

— ...

— Тогда и я положу пятьсот, — Цао Юань похлопал по карману. — Как раз когда я женился, Цие тоже подарил мне пятьсот... Считай, ничего не потерял.

— Вот совпадение: на мою свадьбу Цие тоже подарил пятьсот, так что и я в расчёте.

— Братец Крутой, а ты?

Шэнь Цинчжу молча сжал кулаки.

— В брачные покои!.. — Наставник Чэнь глубоко вздохнул и во всю мощь своих лёгких провозгласил эти слова.

Толстяк Байли и остальные тут же захлопали так, что ладони покраснели. Под благословения многочисленных гостей молодожёны ненадолго покинули сцену, чтобы переодеться и вернуться в зал для свадебных тостов.

— Братец Крутой... У Цие сегодня брачная ночь, а ты...

— Ты веришь, что я тебе окурок в глотку запихну? — не выдержал Шэнь Цинчжу, с руганью огрызнувшись: — У Цинъюя и Лао Цао есть жёны, а у тебя нет! Какое право ты имеешь меня поучать?

— Я — Небесный Достопочтенный, мне жены не положено, — с невозмутимым видом отрезал Толстяк Байли.

Шэнь Цинчжу: (#｀皿´)

Лу Мэнлэй спряталась за спиной Цао Юаня и прыснула со смеху. Сам Цао Юань держался с серьёзным видом, но уголки его губ тоже слегка дрогнули в улыбке.

— Лао Цао, чего смеёшься? Если такой смелый, иди торт разрежь!

Цао Юань: ...

— О чём болтаете без меня?

Линь Цие под руку с Цзялань подошёл к друзьям, с улыбкой глядя на них.

— Да вот, уговариваем братца Крутого поскорее найти жену.

— О... Тут без шансов, — Линь Цие пожал плечами. — В этой жизни он так и не женится.

При этих словах все удивлённо уставились на него в полном недоумении... И только Шэнь Цинчжу посмотрел на Линь Цие так, словно встретил родственную душу.

— Цие, почему ты так уверен?

— Потому что мне об этом сказали.

— Кто?

Линь Цие поднял палец и указал на пустоту над головой.

Толстяк Байли посмотрел вверх, ненадолго задумался и спросил:

— Юэлао явился тебе во сне?

— Да нет же... — беспомощно вздохнул Линь Цие. — Вы помните «барьер реальности»?

— Тот самый, который пытался пробить Азатот?

— Да, — кивнул Линь Цие. — Поглотив Азатота, я ощутил существование этого барьера... И по ту сторону кто-то пытался со мной связаться.

— А что там, по ту сторону?

— Не знаю... Возможно, сама «реальность».

— И тот, кто по ту сторону барьера, сказал тебе, что братец Крутой никогда не женится? — Цао Юань вскинул бровь. — Кто он вообще такой? Настолько крут?

— Он сказал, что изначально был создателем этого мира, источником всего сущего и концом нитей судьбы каждого человека...

— Звучит солидно, — хмыкнул Толстяк Байли. — А теперь?

— А теперь уже нет.

— Почему?

— Потому что теперь хозяин этого мира — я... По его словам, я уже вырвался из-под его контроля.

Пока Линь Цие говорил, неподалёку показалось несколько фигур с бокалами в руках.

— Подробности обсудим как-нибудь потом.

— Договорились.

Линь Цие и остальные подняли бокалы и чокнулись. Семеро друзей переглянулись и одновременно улыбнулись.

— Жених-красавец~ Почему не идёшь поднять бокал за юную госпожу? — Цзи Нянь в сопровождении нескольких членов Общества Шансе шагнула вперёд. Засунув одну руку в карман плаща, другой она подняла бокал и легонько звякнула о бокал Линь Цие. — Раз ты не идёшь ко мне с тостом, пришлось подойти самой... В конце концов, я всё ещё жду, когда ты отправишь меня домой.

— Я как раз собирался тебя найти.

Линь Цие осушил бокал до дна:

— Собирай вещи, завтра я отправлю тебя домой.

Услышав это, Цзи Нянь опешила:

— А?

— Что «а»? Ты ведь сама всё время требовала вернуть тебя домой?

— Да нет... Ты знаешь, где мой дом?

— Я знаю, где твой отец.

— Твою ж мать! — Цзи Нянь вытаращила глаза. — Ты связался с ним?! Ты же не рассказал ему, чем я тут занималась все эти годы? Ну, про хостов, яхты, ночные клубы и всё такое?..

— Не рассказывал.

— Фух, тогда ладно...

— Правда, он сказал, что все эти годы наблюдал за тобой, — припомнил Линь Цие. — И ещё велел к твоему возвращению домой приготовить хорошую кожаную плётку.

Цзи Нянь: ...

Эта бесстрашная председатель Общества Шансе, не боявшаяся ни бога, ни чёрта, в этот миг побелела как полотно, а её губы задрожали.

— А... можно мне завтра не возвращаться?

— Он сказал, что если не вернёшься, он явится за тобой лично.

Цзи Нянь: ╥﹏╥

— Чем растягивать муку, лучше покончить разом! Раньше помрёшь — быстрее переродишься! — стиснула зубы Цзи Нянь. — Раз не отвертеться, бегать не стану! Уходим прямо сегодня!

— Сегодня? Сегодня нельзя.

— Это ещё почему?!

— Потому что сегодня у меня первая брачная ночь, — на полном серьёзе ответил Линь Цие.

……

В эту ночь опустим сто тысяч слов.

……

На следующий день.

— Ты... уверена, что хочешь вернуться в таком виде?

Линь Цие смотрел на Цзи Нянь, и его веко непроизвольно подёргивалось.

— А что такое? Какие-то проблемы? — Цзи Нянь заправила прядь волос за ухо и закатила глаза.

— ...Никаких проблем, — Линь Цие помолчал, но всё же не удержался: — Просто на себя не похожа.

Линь Цие знал Цзи Нянь столько лет, и каждый раз видел её в драном плаще, с молотом в руках, с грохотом собирающей мехов и байки — в образе суровой пацанки... А сейчас перед ним стояла девушка в ситцевом платье с мелким цветочным узором, белых кедах и с семью-восемью аккуратно заплетёнными косичками. Она казалась ему совершенно незнакомой.

Но, поразмыслив, он понял, что это вполне естественно...

Для Цзи Нянь прошло больше десяти лет с тех пор, как она покинула дом. Уходила она семи- или восьмилетней девчушкой. Если теперь она заявится взрослой, да ещё в этом рваном плаще, родители подумают, каких только мук она не натерпелась на чужбине...

Каких бы обид и невзгод ей ни довелось пережить вдали от дома, возвращаясь, она хотела выглядеть как можно лучше.

— Хватит болтать! — Цзи Нянь отвесила ему увесистый тычок кулаком. — Мы же договаривались собраться в восемь утра! Ты на часы вообще смотрел?!

— Прости, прошлой ночью слишком вымотался, не смог встать вовремя, — искренне извинился Линь Цие.

— ...?

— Погоди, он прислал мне сообщение.

Словно что-то почувствовав, Линь Цие достал телефон.

На фоне чата с фотографией Цзялань внезапно всплыло сообщение от собеседника с пустой аватаркой, за которым следовала строчка:

«Перешагни барьер».

Увидев эти слова, Линь Цие чуть прищурился. Он медленно поднял взгляд к пустоте наверху; его взор словно пронзил эту вселенную и упёрся в «барьер», запечатавший край мира.

В следующий миг из его тела хлынуло бесконечное, сокрушительное давление!

Стоящая рядом с ним Цзи Нянь почувствовала, что её вот-вот расплющит о землю. Ныне Линь Цие, успешно совершивший вознесение в высшее измерение и сотворивший эту вселенную, достиг невообразимого могущества. Даже когда он намеренно сдерживал ауру, она едва не разорвала здешнее мироздание.

Вокруг него густо расползлись пространственные трещины. И в тот момент, когда всё пространство-время уже готово было рухнуть, на экране всплыло новое сообщение:

«Тебе велели перешагнуть барьер! А не разнести его к чертям собачьим!!»

Заметив эту строчку краем глаза, Линь Цие опешил и тут же усмирил силу.

— Ну ты и псих... натуральный монстр!! — обливаясь потом, Цзи Нянь уставилась на Линь Цие как на чудище.

Линь Цие некогда было пререкаться с ней, и он набрал ответное сообщение:

«Как перешагнуть?»

«Я дам тебе кодовую фразу, просто зачитай её».

«Ладно».

«Спрашиваю: Сяомэй считала своих кур и кроликов. Насчитала 16 голов и 44 лапы. Вопрос: сколько у Сяомэй кур и сколько кроликов?»

— ...?

Линь Цие с подозрением перечитал эти строки несколько раз. Тут к нему подобралась Цзи Нянь, взглянула на задачку и озадаченно хмыкнула:

— Эта задачка... почему она кажется такой знакомой?

Линь Цие глубоко вздохнул и всё же решил довериться ему. Он медленно начал зачитывать вопрос вслух...

Но едва он произнёс «насчитала 16 голов», как с небес внезапно ударил луч белого света, и в следующее мгновение обе фигуры бесследно исчезли!

……

Спустя неизвестно сколько времени Линь Цие медленно открыл глаза.

Первым, что предстало его взору, был белый потолок, а следом над ним склонился молодой парень и с улыбкой произнёс:

— О, очнулся?

На вид он казался чуть старше Линь Цие, но в его улыбке сквозило что-то мальчишеское, с лёгким нагловато-озорным оттенком.

— Ты... — Линь Цие медленно сел. — Тот самый с пустой аватаркой?

— Да нет, я просто взломал его аккаунт, чтобы с тобой поболтать.

— ?

— Тебя-то я знаю вдоль и поперёк, а вот ты со мной, должно быть, ещё не знаком. — Юноша протянул руку с непринуждённой фамильярностью: — Давай познакомимся официально: меня зовут Цзи Цяньмин. Можешь также звать меня... Мрачной пустошью.

— Мрачная пустошь? — изумился Линь Цие. — Так ты и есть та самая Мрачная пустошь?!

— Ага. Вообще-то те два иероглифа — «Минхуан», просто тогда при межмировой связи сигнал барахлил, вот старик Мерлин и ослышался.

— ...Здравствуй. Я Линь Цие.

Линь Цие пожал его руку.

— Кстати, твоя фамилия тоже Цзи? — Линь Цие обернулся и увидел, что Цзи Нянь всё ещё безмятежно дрыхнет на полу. — Значит, она...

— Моя дочь.

— Дочь? Но на вид ты едва ли старше неё.

— ...Всё дело в скорости течения времени, — на полном серьёзе объяснил Цзи Цяньмин. — Здесь, в реальности, и в твоём мире время течёт по-разному. В твоём мире минуло десять лет, а для этого мира прошло чуть больше двух.

— Вот оно как.

Пока они разговаривали, ресницы Цзи Нянь дрогнули, и мгновение спустя она растерянно открыла глаза.

Первым, кого она увидела, был Цзи Цяньмин. Застыв на несколько секунд, она резко вскочила и бросилась ему на шею:

— Папа!!

Цзи Нянь изо всех сил вцепилась в него, уткнувшись лицом ему в грудь; её голос дрожал.

В это мгновение она словно снова стала той маленькой девочкой, только что покинувшей дом. Пролетевшие десять с лишним лет показались всего лишь сном... тяжёлым и тернистым сном.

Линь Цие впервые видел, как Цзи Нянь плачет — так безутешно и надрывно.

Цзи Цяньмин бережно подхватил её, во взгляде его проступила нежность, и он мягко погладил её по спине:

— Ну всё, всё... Наша Няньнянь уже вон как выросла... Если мама увидит, как ты ревёшь, у неё же сердце разорвётся?

Линь Цие смотрел на них со смешанными чувствами, и как раз в тот момент, когда подумал, что стоит оставить отца с дочерью наедине, дверь кабинета медленно отворилась.

Линь Цие обернулся и увидел стоящего в дверях молодого человека с большой эмалированной кружкой в руках.

— Тс-с...

Он приложил палец к губам, призывая Линь Цие к тишине, и поманил его рукой.

Линь Цие неслышно вышел из кабинета и прикрыл дверь. Рыдания Цзи Нянь за ней хоть и стихли, но всё ещё были отлично слышны.

— Со звукоизоляцией тут не очень... — не сдержал шпильки Линь Цие.

— Кхм-кхм, доходы скромные, хорошо хоть крыша над головой есть, — со смущённым видом отозвался юноша.

— А ты...

— А, пустая аватарка.

— Значит, ты и есть создатель мира?

— ...Столь пафосный титул тебе Цзи Цяньмин подкинул? — на его лице появилось странное выражение. — Тот мир действительно написан мной, но не более того... Можешь называть меня Саньцзю или Автором... Ну и, при определённых обстоятельствах, я бываю ещё и Эрцзю.

В глазах Линь Цие читалось полное недоумение.

— В таком случае... Автор, — взвешивая слова, спросил Линь Цие, — мир, в котором я жил, действительно создан тобой?

— В некоторой степени да. Но я был лишь первоначальным ткачом, а теперь его полноправный хозяин — ты... Или, точнее сказать, Главный Герой.

— Выходит, мой мир — всего лишь история?

— Да.

— Тогда почему я оказался здесь?

— Потому что ты заслужил «признание» читателей, — парень указал на кабинет. — Точно так же, как и Цзи Цяньмин.

— Он тоже Главный Герой?

— Ну да, только из другого мира.

Линь Цие снова спросил:

— А где читатели?

Молодой человек лишь улыбнулся, не проронив ни слова.

— Зачем ты создал мой мир? Просто от скуки? Или...

— Разве Цзи Цяньмин не рассказывал тебе о кризисе реальности?

— Нет.

— Ну ладно, — юноша прочистил горло и неспешно начал: — В реальности... то есть в этом самом мире, однажды по небу прочертил след алый метеор.

После того как он пронёсся, мир начал меняться... С того дня материальная цивилизация человечества покатилась назад. Сначала литографические установки, спутники, космические аппараты, ядерные реакторы...

Эти вершины материальной цивилизации человечества внезапно стало невозможно производить. Словно лежащие в их основе принципы просто распались. Даже если инженеры собирали точную копию литографической установки, она всё равно не могла работать.

Шло время, и утраченного становилось всё больше: самолёты, ядерные бомбы, корабли, мобильные телефоны... Пирамида цивилизации, которую человечество веками возводило по песчинке и камню, неумолимо рушилась.

Брови Линь Цие сдвигались всё сильнее:

— И что потом?

— А потом... мне понадобились вы...

Не успел юноша договорить, как из кабинета донёсся бешеный грохот шагов.

Оба опешили и одновременно распахнули дверь. Цзи Цяньмин с вытащенным неизвестно откуда ремнём в руке во всю прыть носился по комнате за Цзи Нянь!

— Я тебе покажу манекенщиков! Я тебе покажу хостов! По ночным клубам шляться нравится?! Нравится, когда вокруг семь-восемь красавчиков вьются?! Вот я тебя выпорю!!

— Цие, спаси!! Я хочу обратно! Не надо мне домой, у-у-у!..

— Ах вот как, значит, уже и домой не хочешь?!

— Я виновата, папа, я правда виновата!

— В чём же ты виновата?!

— Я виновата в том, что... Ха, старый хрыч! Думал, не успею собрать?! Получай залп из орудия «Звёздный разрушитель»!!

Цзи Цяньмин: ?????

Видя, что эти двое прямо в кабинете вытащили по орудию «Звёздный разрушитель» и вот-вот начнут перестрелку, юноша побледнел как полотно и тут же ринулся между ними, грудью закрывая дула:

— Не стреляйте!!! Если снесёте хату, мне жить будет негде!!

Лишь тогда они с явной неохотой убрали свои орудия «Звёздный разрушитель».

Стоявший в дверях Линь Цие почувствовал, как у него бешено задёргались веки. Он с трудом мог вообразить, какая безумная генетика способна породить столь невероятную парочку отца и дочери...

— Хм! Вот вернёмся домой, я с тобой ещё посчитаюсь! — Цзи Цяньмин свирепо зыркнул на Цзи Нянь.

— Ладно, давайте о деле,

Юноша с облегчением перевёл дух, когда страсти улеглись: — Пора помочь мне придумать идею для новой книги.

— Ты собираешься создать новый мир? — спросил Линь Цие.

— Ну да. Твоя история уже завершилась, ты вышел за её пределы, а для того, что я задумал, мне нужен Главный Герой... совершенно новый.

— Цзю! На этот счёт не переживай, я уже всё приготовил!

Глаза Цзи Цяньмина блеснули, он метнулся в спальню и через мгновение вернулся с коробкой для розыгрыша.

— Что это такое?

— Ты ведь ещё не решил, каким будет следующий Главный Герой? — Цзи Цяньмин возбуждённо потряс коробку. — Так доверься судьбе... Я набросал туда больше двух десятков записок. Вытянешь четыре подряд — вот тебе и черты для нового героя.

— ...Не слишком ли легкомысленно? — не сдержал шпильки Линь Цие.

— Сойдёт.

Юноша согласился и подошёл прямо к коробке для розыгрыша. Но стоило ему поймать горящий взгляд Цзи Цяньмина, как на сердце заскребли кошки...

— Ты ведь не подсунул туда ничего странного... правда?

— Да брось, на меня можно положиться, — с самым честным видом заверил Цзи Цяньмин.

Юноша с явным сомнением протянул руку и достал первый комочек бумаги.

Под любопытными взглядами Линь Цие, Цзи Цяньмина и Цзи Нянь свёрнутая записка медленно расправилась...

【Злодей】

— Злодей? — юноша слегка кивнул. — Это годится.

— Постой, Главный Герой — злодей? — опешила Цзи Нянь. — Если он злодей... цензуру-то пройти удастся?

— Зависит от того, как написать. Думаю, ничего страшного.

С этими словами он вытащил из коробки ещё одну записку:

【Псих】

Молодой человек: «?»

Он повернулся к Цзи Цяньмину:

— Безумный злодей?! Ты это серьёзно?

— А что? Написать не потянешь?

— ...

Тот стиснул зубы:

— Потяну! Давай следующую!

Уголки губ Цзи Цяньмина слегка приподнялись. Его рука у дна картонной коробки шевельнулась, и внутри прямо из воздуха возникла ещё одна бумажная записка.

Молодой человек вытащил бумажный комочек и развернул его...

— Это ноль?!

Он со всей силы швырнул записку на пол и в сердцах выругался:

— Что это за дрянь?! Как такое вообще пройдёт цензуру?!

— Автор, ты случаем не о том подумал? — задумчиво произнёс Линь Цие. — Мне кажется, этот ноль — совсем не в том смысле...

— А?

— Смотри: у него — «Цянь», у меня — «Ци»... Если в именах непременно должно быть числительное, то сделать следующего «нулём» вполне логично, разве нет?

До молодого человека наконец дошло:

— Так вот оно что... Логично.

Цзи Цяньмин опешил и молча спрятал в другой руке записку «Это единица», не смея проронить ни слова.

— Осталась последняя.

Он снова опустил руку в коробку, долго и тщательно шарил внутри и наконец извлёк бумажку...

【Без главной героини】.

— Вот это отлично, — с облегчением выдохнул он.

— И это отлично? А кто раньше утверждал, что романтическая линия — неотъемлемая часть истории? — съязвил Цзи Цяньмин.

— А я и не говорил, что романтики не будет вовсе, — пояснил тот. — Главной героини нет, но второстепенные персонажи вполне могут заводить романы... Безумный злодей в одиночестве восходит на трон — зачем такой истории главная героиня?

— ...Ладно, а чит?

— Пойду вон там выберу какой-нибудь, — он подошёл к городку из «Лего» и глубоко задумался. — У Цзи Цяньмина было зеркало, у Линь Цие — психиатрическая лечебница... Что должно быть у следующего?

— Как насчёт вантуза? — поинтересовался Цзи Цяньмин.

— ...Чит может быть нестандартным, но не настолько же диким.

Линь Цие подошёл к городку «Лего» вслед за ними, окинул взглядом многочисленные постройки, а затем поднял руку, указывая на одну из них:

— Как насчёт этого?

— Большой театр «Лего»?

Молодой человек потёр подбородок, подумал немного:

— Пойдёт. Пусть будет он.

Он снял театр, подошёл к компьютерному столу и доверху наполнил кипятком свою чиновничью кружку.

— Кстати, а устройство мира ты продумал?

— Продумал? — Молодой человек покачал головой. — На этот раз в этом нет нужды...

— Почему?

— Потому что эта история развернётся в реальном мире, — помолчав, произнёс молодой человек. — И все мы — часть этой истории...

Линь Цие и Цзи Цяньмин переглянулись, оба выглядели озадаченными.

— Однако до того, как этот мир окончательно сформируется, мне нужен кто-то, кто войдёт туда и стабилизирует этот хаотичный мир, — продолжил он. — Этот человек не может быть «главным героем», но вполне может быть другим персонажем из ваших миров. Правда, новорождённый мир не способен выдержать слишком великую мощь, так что перед переходом ему или ей придётся значительно понизить свою ступень культивации...

— В прошлый раз отправилась моя дочь, теперь черёд вашего мира, Цие, — Цзи Цяньмин похлопал Линь Цие по плечу.

Линь Цие погрузился в раздумья.

— Как насчёт Толстяка?

— Он, как Небесный Достопочтенный Линбао, едва ли может покинуть Небесный двор... Предложи кого-нибудь другого, — ответил молодой человек.

— Тогда Цао Юань?

— А если он уйдёт, разве Лу Мэнлэй не останется одна?

— Тогда Цинъюй?

— Если уйдёт он, Цзян Эр ведь тоже будет тоскливо?

— Тогда...

Выражение лица Линь Цие стало весьма своеобразным. Он обменялся взглядом с молодым человеком и молча кивнул...

— Я всё понял, — сказал он.

— Пойду позову тебе братца Крутого.

……

……

(Конец книги)

Новая книга «Я не бог драмы» уже вышла в свет~