Глава 1995. Азатот?

— «Пентакль... царя»? — Линь Цие словно вспомнил что-то. — Да, я использовал его... Именно с его помощью я остановил лавкрафтовскую армию.

— И что же ты материализовал?

— Я...

Линь Цие снова крепко нахмурился, крупные капли пота промочили спину...

Как же он тогда остановил лавкрафтовскую армию?.. Кажется, он забыл нечто очень важное?

Мерлин тоже понял, что задал не совсем удачный вопрос, и покачал головой:

— «Пентакль царя» способен материализовать прошлое, но плата за это — вечное забвение и смертоносный злой рок... Не знаю, как тебе удалось пережить действие этого рока, но то, что ты уже забыл... лучше больше не пытайся вспомнить. Всё равно ничего не выйдет.

— ...Я правда не могу вспомнить, но... чувствую, что всё это было очень важно для меня, — Линь Цие резко вскинул голову. — Господин Мерлин... неужели даже у вас нет способа вернуть мне память?

— Нет... Хоть сила магии и всеобъемлюща, она не всемогуща. «Пентакль» начисто стёр воспоминания из твоей души, их уже невозможно восстановить.

Линь Цие понурил голову, ощущая в душе щемящую пустоту...

Мерлин с беспомощным вздохом отпил чаю:

— Раз так, пропусти то, что забыл... и продолжай рассказ.

— ...Хорошо, — совладав с чувствами, Линь Цие продолжил: — Сбежав с Равнины Высокого Неба, я...

— ...

Время шло секунда за секундой.

Вскоре Линь Цие запнулся во второй раз, в третий, в четвёртый...

За полчаса ему едва удалось связать несколько предложений: о многих своих свершениях он помнил, но совершенно не представлял, как именно ему удалось их совершить. Например, обучение новобранцев, поход в ад, то, как насмерть стоял у божественной стелы защиты государства, битва у заставы Чэньнань...

Чем дольше говорил Линь Цие, тем сильнее покрывался потом. Запинаясь, он кое-как поведал о битве на Луне, и только после этого рассказ стал более плавным... но кое-где мысли по-прежнему внезапно буксовали.

Мерлин же просто молча сидел напротив и внимательно слушал.

Наконец Линь Цие закончил.

Бледный, совершенно измождённый, он сидел за столом... Он знал, что забыл нечто чрезвычайно важное, и всякий раз, стоило ему попытаться вспомнить, душу пронзала мучительная боль.

Воскрешая эти события в памяти, Линь Цие отчётливо ощущал, что забыл далеко не одного человека...

— Вот оно как, — Мерлин отпил чаю со сложным выражением лица. — Значит, ты в одиночку отправился в глубины космоса, чтобы докопаться до истины о лавкрафтовской мифологии и найти способ победить Азатота?

Линь Цие вернулся мыслями к настоящему и кивнул:

— Именно. Но следуя указаниям чуда, я продвигался вперёд очень долго, так ничего и не обнаружив... Быть может, всё это с самого начала было лишь беспочвенной фантазией. В войне на Земле до сих пор не произошло ничего, что было бы связано с Азатотом.

Быть может, Его и вовсе не существует?

— ...Нет, Он существует, — твёрдо кивнул Мерлин.

Линь Цие оторопел.

Мерлин поставил кружку, поднялся и направился к выходу из комнаты отдыха. Голос его зазвучал строго и торжественно:

— Господин главврач, идите за мной.

Вслед за Мерлином Линь Цие вывел сознание из психиатрической больницы всех богов; посреди бескрайней космической бездны из ниоткуда возник силуэт Мерлина.

Мерлин коснулся посохом невидимой опоры под ногами, и исполинский магический круг окутал их обоих. Словно ослепительно-белый метеор, круг стремительно понёсся в глубины вселенной. Хоть по скорости это и уступало Линь Цие, который после слияния с мечом Небесных Густых Облаков мог напрямую перемещаться сквозь пространство, чары мага действовали куда дольше.

Бескрайние туманности проносились мимо. Направление, в котором они сейчас летели, почти в точности совпадало с первоначальным маршрутом Линь Цие. Заметив это, он озадаченно спросил:

— Куда мы направляемся?

Управляя магией, Мерлин неторопливо произнёс:

— На встречу... с Азатотом.

— Что?!

При этом ответе в голове Линь Цие словно прогремел гром:

— Господин Мерлин, вы уже видели Азатота?!

— Пожалуй, это трудно назвать полноценной встречей... Впрочем, скоро сам всё поймёшь.

Они продвигались всё дальше в глубины космоса. Линь Цие потерял счёт пройденному расстоянию, но когда опомнился, заметил, что усеянный звёздами космос словно угас: вокруг, куда ни глянь, не осталось ни единой звезды.

Нахмурившись, он вгляделся в черноту впереди:

— Мы что же... достигли края вселенной?

— Края? Нет, до него ещё очень далеко.

Мерлин поднял руку и указал пальцем на бездонный, непроглядный, как ночь, мрак впереди:

— Вот это и есть Азатот, — спокойно произнёс он.

Линь Цие так и застыл.

Эта тьма и есть... Азатот?

— Покинув Землю, я в одиночку отправился в глубины космоса, пытаясь отыскать правду об этом мире... Сперва я продвигался в одном направлении и, преодолев бесчисленные световые годы, впервые наткнулся на эту тьму... — Мерлин тоже нахмурился и неторопливо продолжил:

— Едва взглянув на Него, я ощутил невиданную прежде силу осквернения... Сейчас ты, возможно, не чувствуешь её со всей ясностью, но когда я сниму защитное запретное заклинание, ты всё поймёшь.

Мерлин поднял посох, невидимый барьер вокруг них растаял, и сокрушительное, ужасающее давление в тот же миг обрушилось на плечи Линь Цие!

Его зрачки едва заметно сузились...

Из поглощающей вселенную тьмы исходило удушающее зловещее присутствие, веяло бесконечным безумием и хаосом. В сравнении с этим сила осквернения Чёрной Козы казалась детской забавой... И это гнетущее давление, стоящее неизмеримо выше уровня верховных богов, было Линь Цие уже знакомо.

Когда-то, шагнув в те несколько полностью осквернённых вселенных внутри психиатрической больницы всех богов, он ощущал точно такое же присутствие...

— Это и есть... Азатот? — пробормотал он себе под нос.

— И да... и нет, — продолжал Мерлин. — Когда я впервые увидел эту тьму, моё сердце сковал страх... Я не стал входить внутрь, а сменил направление и полетел дальше. Но когда дошёл до предела на другом пути, передо мной снова возникла эта же тьма... Почуяв неладное, я вновь изменил курс — и результат оказался прежним.

Этот мрак, словно невидимый исполинский зверь, пядь за пядью пожирает нашу вселенную... Всюду, где Он проходит, гибнут звёзды, а всё сущее погружается в безумную, хаотичную тьму.

Я пытался атаковать Его запретными заклинаниями, но не сумел причинить этой тьме ни малейшего вреда... Он словно существо из высшего измерения, отбрасывающее тень на нашу вселенную. Любые наши атаки приходятся лишь по этой тени и не способны как-либо на Него повлиять...

Для всего сущего в этом мире Его бытие невозможно по-настоящему наблюдать, Его нельзя коснуться, Его невозможно определить...