Глава 1984. Сокрыть меч в обители

Бум — бум — бум!!

Заточённая в тёмной клетке Чёрная Коза, казалось, что-то почуяла: её исполинское тело яростно билось о границы темницы, пытаясь вырваться на свободу!

Линь Цие с силой выплюнул кровь; его тело, и без того балансировавшее на пределе, вновь опасно пошатнулось. Стоявшая рядом Никта тоже побледнела: даже вместе полушаговый верховный бог и верховная богиня высшего ранга с трудом сдерживали безумный натиск Чёрной Козы!

В решающий миг Толстяк Байли вновь вступил в бой: под тёмной клеткой развернулась огромная диаграмма Тайцзи начал инь и ян, и чёрно-белые цепи протянулись внутрь, ненадолго сковав тело Чёрной Козы!

— Р-р-а-а-х!!

Яростный рёв Чёрной Козы сотряс небеса.

Под сокрушительными ударами этой массы плоти чёрно-белые цепи продержались меньше трёх секунд и с грохотом разлетелись на куски. Находившийся внизу Толстяк Байли глухо охнул, брызнул кровью и отлетел назад, постепенно растворяясь в воздухе...

В следующий миг обе тёмные клетки рухнули, Линь Цие и Никта одновременно отступили на несколько шагов, но как раз когда Чёрная Коза собралась броситься наутёк, над их головами раздался чистый звон меча!

Дзинь — н — н!!

Остатки двух разрушенных завес ночи мгновенно смололо в пыль, а с юго-запада очертился исполинский контур сияющего клинка — казалось, сам этот мир разрубили одним ударом меча!

Бескрайние волны ци меча затопили поле боя, наглухо отрезав Чёрной Козе все пути к отступлению. Израненный шар из плоти оказался в точности на острие этого грандиозного клинка и был мгновенно поглощён им без остатка!

Вновь раздался истошный вой!

Линь Цие и остальные почувствовали, как смертоносная острота пронеслась у самых кончиков их носов, а затем толща земли словно вмиг испарилась — перед глазами разверзлась бездонная пропасть, будто небесный бог метнул из-за облаков гигантский меч, расколов земную твердь надвое.

Они стояли перед бушующими волнами ци меча, неотрывно глядя на место удара: там, внутри ослепительного, подобного солнцу сияния ци меча, громадное тело постепенно стиралось в небытие...

Но следом из этого сияния ци меча с трудом выполз растерзанный ошмёток плоти!

Этот комок плоти словно побывал в чудовищной мясорубке: то, что прежде напоминало шар, искромсало на бесчисленные куски. Издали он походил на сочащегося кровью кальмара, изо всех сил карабкающегося со дна пропасти!

— Всё ещё жива?! — лицо побледневшего Линь Цие исказилось, и он тут же крикнул: — Нельзя дать Ей сбежать!!

Пентакль царя они задействовали, Лес запретных заклинаний тоже, Чжоу Пин нанёс один из двух своих последних ударов... Если Чёрная Коза ускользнёт и теперь, все их прежние жертвы пойдут прахом!

Семь оставшихся силуэтов сорвались с места, вновь бросившись на едва ползущую Чёрную Козу!

Линь Цие думал о том, чтобы попросить Чжоу Пина нанести ещё один удар и добить Чёрную Козу на месте, но после этого выпада... Чжоу Пин неминуемо погибнет.

В нынешнем же состоянии Чёрная Коза далеко не сбежит — у них всё ещё оставался шанс уничтожить Её прямо здесь!

Но стоило семерым настигнуть Чёрную Козу с воздуха, как из небытия тонкой струйкой поплыл серый туман... Линь Цие, Никта, Чёрный царь Цао Юань и Ань Цинъюй словно почувствовали неладное и разом повернулись в одну сторону!

Прямо в небытии медленно распахнулся призрачный силуэт врат, и из него шагнула фигура в чёрном балахоне — следом на поле боя обрушилось давление второго бога-столпа!

Едва увидев её, Линь Цие замер: его зрачки резко сузились!

Ань Цинъюй?

Нет... не он.

Линь Цие неотрывно впился взглядом в эти зрачки, сузившиеся в крошечные точки: исходившая от пришельца аура разительно отличалась от знакомого Ань Цинъюя!

Это Ключ и Врата!!

Сердце Линь Цие оборвалось и рухнуло в бездну!

Ключ и Врата стоял над Пустотой, окружённый клубами серого тумана. Его взор обратился к ползущей внизу Чёрной Козе; Та тоже заметила Его приход и жалобно заверещала, словно моля о спасении.

Фигура в чёрном балахоне вздохнула:

— До чего же жалко ты выглядишь, Николас... Впрочем, винить тебя трудно: если бы Хаос не устроил весь этот кавардак, тебе бы не пришлось дойти до такой участи...

Взгляд Ключа и Врат переместился на остальных. После жестокой битвы их силы были на исходе. Переглянувшись, они помрачнели ещё сильнее.

— Игре пора положить конец, — бесстрастно произнёс Ключ и Врата.

В следующий миг из клубящегося серого тумана проступили древние Врата истины. Их исполинские створы медленно распахнулись, и наружу хлынули бесчисленные щупальца из звёздного света, молниеносно метнувшись ко всем остальным!

Способности Чёрной Козы были жизненно важны для лавкрафтовских богов, к тому же, в отличие от Хаоса, Она оставалась вполне разумным божеством. Ключ и Врата ни за что бы не позволил Ей умереть здесь.

Линь Цие смотрел на возвышающуюся над серым туманом фигуру в чёрном, крепко сжав кулаки...

Он повернул голову и посмотрел в сторону Великой Ся, словно его взор мог пронзить само небытие; на лице его отразились сложные, противоречивые чувства.

— Любой ценой... задержите Ключ и Врата! — прорычал Линь Цие, и уцелевшие разом бросились в атаку на фигуру в чёрном!

...

Тем временем.

Пустыня. Обитель меча.

Чжоу Пин опустил поднятый палец. В стене появилась сквозная дыра, а с кончика пальца потянулись струйки сизого дыма...

Он смотрел на север. В полузабытьи ему показалось, будто сквозь разделяющее их расстояние с севера протянулся взгляд, встретившись с его собственным.

— Одного удара оказалось мало?..

Чжоу Пин пробормотал это себе под нос, и в его спокойных глазах пробежала рябь: «Если Чёрная Коза не погибнет, рано или поздно Она вернётся с ещё большим выводком отродий. Поэтому сегодня Ей суждено умереть... Линь Цие, ты прав».

Его тело, застывшее со скрещёнными ногами подобно изваянию, едва заметно вздрогнуло. С сухим шорохом осыпалась осевшая на нём пыль, а по коже, точно по готовому треснуть фарфору, расползлись глубокие трещины.

Вокруг обители меча клубящийся жёлтый песок словно смело неведомой силой, в мгновение ока растерев в пыль... Окрестности захлестнуло ужасающее намерение меча!

— Тело стало ножнами, обитель сокрыла меч... Пришёл черёд и этому последнему клинку явить себя миру.

Фигура, проведшая в обители меча неисчислимые дни в неподвижности, наконец медленно шевельнулась. Пока трещины расползались по телу Чжоу Пина, он выпрямился во весь рост, и покрытая пылью чёрная рубашка всколыхнулась без всякого ветра!

В миг, когда он поднялся на ноги, стоявшая в пустыне обитель меча вдруг бесследно исчезла... Одинокая фигура в чёрном застыла посреди песков подобно готовому вырваться из ножен клинку, разящему богов, и чистый звон стали сотряс небеса!

Он сделал шаг на север и в то же мгновение исчез, а в завываниях ветра разнёсся голос:

— Линь Цие, твой учитель идёт.