Глава 1864. Перемещение врат

Грохот — !!

Две верховные божественные силы непрерывно сталкивались под ночным небом: дрожали звёзды, разбивался вдребезги свет Будды.

Огромная двухликая статуя Будды, подобно метеориту, рухнула на землю, выбив жуткую глубокую воронку. Откатившиеся во все стороны ударные волны обратили взметнувшиеся каменные осколки в небытие.

Тело Вишну поднялось из руин. Он издал яростный рёв в сторону прекрасной женщины, ступавшей по ночному небу, но в следующее же мгновение с небес обрушился густой дождь из клинков звёздного света. Грохот взрывов потопил его рык.

— И это всё, на что ты способен? А ещё мечтаешь стать единственным верховным богом?

Шёлковое платье из звёздного флёра слегка колыхалось в ночной вышине. Никта смотрела сверху вниз на затопленного звёздным сиянием Вишну и холодно произнесла:

— Если бы боги не пали, а Небесный двор не покинул этот мир, разве позволили бы тебе так наглеть?

Никта подняла ногу и с силой ступила по воздуху. Сгусток непроглядной ночной тьмы сжался в точку, а затем с грохотом взорвался — бесконечный мрак вдребезги сокрушил землю!

— Никта!!!

Рёв Вишну донёсся снизу. Пара громадных золотых ладоней разорвала край тьмы, и сквозь прореху смутно виднелось жуткое, словно сшитое из кусков лицо Будды, искажённое яростью.

Никта уже собиралась вновь нанести удар, как вдруг издалека донёсся глухой стук!

Бум — !!

Золотая рябь прокатилась по полю боя: ночная тьма и свет Будды внезапно застыли прямо в воздухе.

Никта нахмурилась. В следующее мгновение божественная сила в её теле словно вышла из повиновения и безудержно хлынула наружу, сплетаясь в бурлящий золотой поток, исчезавший в небытии.

— Верховный божественный артефакт? — ощутив утечку божественной силы, Никта тут же обернулась в сторону источника.

Сквозь зыбкий серый туман виднелась фигура в чёрных одеждах, сжимавшая золотой скипетр. Бурлящий золотой поток непрерывно втягивался внутрь скипетра!

— Жить надоело?

В глазах Никты блеснула жажда убийства. Обратившись ночной тенью, она стремительно метнулась к фигуре со Скипетром царя в руках!

Но именно в этот миг объятая светом Будды ладонь внезапно разорвала ночь и намертво преградила Никте путь прямо в воздухе.

Исполинский Вишну вздымался подобно горе, два его лица непрерывно сменяли друг друга. Хоть божественная сила точно так же покидала его тело, устремляясь к скипетру, он ничуть не пытался этому помешать — напротив, он был полон решимости задержать Никту.

— Что ты делаешь? — глухо бросила Никта. — Если не остановить этот божественный артефакт, он досуха выкачает силу не только из меня, но и из тебя!

— Выкачает? И что с того? — усмехнулся Вишну. — В открытом бою мне тебя не победить. Но если мы оба лишимся божественной силы, думаешь, я стану тебя бояться?

Золотистый отблеск струился по коже Вишну. Боги индийского Храма Дэвов закаляли плоть: даже без божественной силы их боевая мощь оставалась устрашающей. Сила же Никты проистекала главным образом из законов мироздания и способностей. Лишившись их, в крепости физического тела она уступала Вишну.

— Без божественной силы мы оба станем добычей этого лавкрафтовского бога!

— Да неужели?

Вишну саркастически усмехнулся и, повернув голову, спросил:

— Ключ и Врата, я тоже твоя добыча?

— Нет, — спокойно отозвался Ань Цинъюй. — Лавкрафтовские боги не охотятся на собственных союзников.

При этих словах сердце Никты упало.

— Когда вы успели сговориться?

— Хе-хе, — усмехнулся Вишну, предпочтя промолчать.

Едва эта битва богов началась, Вишну услышал голос Ань Цинъюя. В тот момент он уступал в бою, и Ань Цинъюю хватило всего нескольких слов, чтобы склонить его к союзу.

А способ, к которому прибег Ань Цинъюй, был предельно прост: он лишь объективно обрисовал текущее положение дел на Земле, упомянув верховного среди людей Чжоу Пина, Чёрную Козу и присутствие Ключа и Врат над рекой времени.

Лишь тогда Вишну понял, что Номер Двадцать Второй всё это время держал его в полном неведении.

Единственный верховный бог?

Что за нелепая шутка?!

Даже не говоря о том, сможет ли он выдержать хотя бы один удар меча Чжоу Пина, одной лишь Чёрной Козы было достаточно, чтобы сокрушить его без всякой возможности сопротивляться. А между двумя исполинскими силами — Великой Ся и лавкрафтовским пантеоном — так называемый Рай божественных страстей являлся крошечной группировкой, которую могли выкорчевать с корнем в любой миг. Поверь он бредням Номера Двадцать Второго, и в итоге неизбежно стал бы для Рая божественных страстей живым щитом, обречённым на мучительную борьбу между двумя гигантами.

Вместо этого куда выгоднее было напрямую заключить союз с явно превосходящими лавкрафтовскими силами: по крайней мере, не придётся снова, как прежде, превращаться в загнанного пса, которого каждый норовит прикончить.

— Союзничать с лавкрафтовским богом... Не боишься закончить так, что и костей не соберёшь? — мрачно произнесла Никта.

— А иначе как? Объединиться с Великой Ся? Думаешь, между мной и Великой Ся ещё остался хоть какой-то шанс на перемирие? — холодно усмехнулся Вишну. — Мой новоявленный приёмный сынок научил меня одной истине: порой, вовремя склонив голову, можно урвать куда большую выгоду... Сейчас Храм Дэвов разрушен. В этом хаосе я остался один, и моё положение на самом деле ничем не отличается от положения того приёмыша.

— Да и в самом крайнем случае, даже лишившись божественной силы, если Ключ и Врата посмеет нарушить договор, я смогу одной лишь силой плоти вырваться отсюда. И раз так, почему бы не попробовать?

Поняв, что Вишну твёрдо вознамерился встать на сторону лавкрафтовских сил, Никта попыталась просто обойти его и атаковать Ань Цинъюя.

Но Вишну вцепился в неё, словно банный лист: не вступая в открытую схватку, он лишь упорно тянул время.

Чем больше божественной силы перетекало в Скипетр царя, тем сильнее иссякали запасы Никты. Накатила волна слабости, и её движения заметно замедлились.

Когда последняя струйка божественной силы покинула тело, Никта была вынуждена опуститься на землю; её шёлковое платье из звёздного флёра окончательно потускнело.

Сжимая в руке меч Небесных Густых Облаков, она настороженно следила за усмехающимся Вишну и стоящим поодаль Ань Цинъюем. Выражение её лица было предельно напряжённым.

Опустошив запасы сразу двух верховных богов, Скипетр царя засиял с ослепительной яркостью — казалось, Ань Цинъюй сжимает в руке пылающее солнце.

— Этого количества должно хватить, — тихо пробормотал Ань Цинъюй себе под нос.

Он поднял ослепительно сияющий Скипетр царя и со всей силы вонзил его в землю!

Основание скипетра пробило твердь, и под контролем Ань Цинъюя бурный поток божественной силы хлынул во все стороны по неким таинственным жилам, накрывая собой всю землю и устремляясь к парящим в небе расколотым сгусткам света.

Никта нахмурилась, глядя на мерцающие вокруг узоры божественной силы, и в её глазах мелькнуло сомнение:

— Здесь задействованы пространственные колебания... Что это такое?

Когда узоры полностью оплели мир за вратами, пространство вокруг яростно задрожало. Раздался оглушительный грохот, в глазах у всех помутилось — и они в то же мгновение очутились обратно на усеянном каменными глыбами осколке времени.

А обломки Врат истины, прежде высившиеся перед ними, бесследно исчезли.