Глава 1858. Закон мироздания тьмы

Золотое сияние клинка яростно рассекало третье «Поглощение тёмной стороны». Ужасающая взрывная волна раздирала плоть Линь Цие; сочащаяся кровь заливала всё тело, в мгновение ока превратив его в человека, с ног до головы покрытого кровью.

Выдержав удары трёх метеоритов подряд, Линь Цие получил немалые раны, но ни на миг не замедлил ход: прямо сквозь взрывную волну он взмыл в поднебесье, и простой, лишённый всяких прикрас росчерк клинка обрушился на эту звёздную реку!

Лязг——!!

От оглушительного металлического звона едва не лопались барабанные перепонки. Божественный свет и звёздное сияние развеялись под лезвием меча Небесных Густых Облаков, и на серебряном кольце силой удара была прорублена щербина.

Никта нахмурилась. Серебряное кольцо стремительно закружилось в воздухе, и щербину тут же скрыл бесконечный звёздный свет. Божественная мощь и сила содрогания, влитые при ударе клинка, непрерывно нарастали внутри кольца, и всего через какую-то долю секунды вырвались наружу сокрушительной отдачей!

Золотая рябь пронеслась по небосводу; от мощной отдачи Линь Цие выплюнул сгусток крови и отлетел назад на сотни метров.

Этот серебряный браслет — божественный артефакт, — по-видимому, мог поглощать любые направленные на него удары, а затем возвращать их в удвоенном размере в виде ответной отдачи. Линь Цие почувствовал себя так, словно сам только что нанёс себе два или три удара клинком подряд: казалось, весь его костяк вот-вот рассыплется на части.

С этим браслетом — божественным артефактом — сокрушить оборону Никты было практически невозможно... разве что Линь Цие станет раз за разом наносить удары мечом Небесных Густых Облаков, пока не раскрошит его на куски. Вот только к тому времени его самого, скорее всего, попросту искалечит собственной отдачей.

Разумеется, это касалось лишь обычных врагов... Нынешний же Линь Цие уже нашёл способ всё преодолеть.

Под ногами Линь Цие распахнулся ослепительный магический круг. Его силуэт постепенно растворился в сиянии магии, а когда возник вновь... это по-прежнему был Линь Цие.

Этот «Линь Цие» поднял ладонь и указал пальцем в сторону серебряного кольца: нить причинности, скользнув прямо в прорубленную мечом Небесных Густых Облаков щербину, обвила артефакт!

【Магия превращения】!

Магия превращения клона серафима позволяла обратиться в любое виденное им существо или предмет, причём чем ближе он знал того, чей облик принимал, тем точнее скопированные способности соответствовали оригиналу.

А во всём мире никто не знал основное тело Линь Цие лучше, чем он сам.

Приняв облик основного тела, клон серафима также обрёл способность в малой степени взывать к силе кармы, однако в сравнении с основным телом эта мощь всё ещё была несоизмеримо слабее: пусть даже он мог насильно внедрить в серебряный браслет «Беспричинную причину», продлиться это могло лишь кратчайшее мгновение...

Впрочем, Линь Цие этого было вполне достаточно.

Когда нить причинности оплела поверхность серебряного кольца, была соткана прежде не существовавшая причинность: звёздная река, струившаяся подле Никты, резко содрогнулась и в тот же миг обратилась обратно в крошечный серебряный браслет, устремившись к земле!

Увидев, что её божественный артефакт внезапно вышел из повиновения, Никта слегка растерялась, но стоило ей попытаться что-то предпринять, как прямо перед ней уже мелькнул остаточный силуэт!

Вспыхнуло сияние магии превращения, и серафим Линь Цие вернулся вновь. Под пристальным взором его пылающих золотом глаз луч золотого клинка рассёк небосвод надвое!

В следующее мгновение окутавший небо и землю ночной мрак раскрошился на куски!

Трещины расползлись по телу Никты, и она, подобно треснувшему зеркалу, рассыпалась бесчисленными мелкими песчинками, которые, словно ведомые некой силой, поплыли к сгустку света в вышине...

Но не успели эти песчинки отлететь далеко, как перед ними уже возник силуэт, шагнувший прямо по пустоте!

Линь Цие сжимал в руке первооснову тьмы. Чернильная ночь распахнулась под его ногами подобно гигантской сети, целиком поглотив все эти песчинки.

С притоком этих законов мироздания Линь Цие отчётливо ощутил, как из первоосновы непрерывно струится густая сила закона мироздания. В этот миг свет вокруг зримо потускнел, словно незримый исполинский зверь тьмы припал к земле за спиной Линь Цие, крупица за крупицей пожирая всё сияние.

— Он победил?!

Афина, ощутив, как рассеялось дыхание Никты, обернулась и, увидев в воздухе с ног до головы залитого кровью Линь Цие, застыла в крайнем потрясении!

Неужели он и впрямь убил госпожу Никту в пору её юности?

Пусть даже он владел «Божественным царством бренного мира», но, если судить по рангу силы, он стал главным богом всего несколько лет назад... Для божеств несколько лет — ничтожный срок, в то время как Никта была не только непревзойдённым гением своей эпохи, но и одной ногой уже ступила в высший ранг!

При столь колоссальной разнице в ступенях силы он всё равно сумел сразить юную Никту — в глазах Афины это казалось невозможным.

— Закон мироздания ночи... Нет, не так, это дыхание куда величественнее закона мироздания ночи! — ошеломлённо проговорила Артемида, ощутив разлившиеся в воздухе колебания закона мироздания. — Закон мироздания тьмы? Он собирается сформировать закон мироздания тьмы?

— Кроме древнего Тёмного прабога, никто и никогда не владел полным законом мироздания тьмы... Откуда у него этот закон?

— И разве он уже не владеет законом мироздания чуда? Разве может главный бог обладать сразу двумя законами мироздания?

— Разве его тело не разорвёт на куски?!

Если то, что Линь Цие в одиночку сразил Никту, лишь поразило обеих богинь, то появление закона мироздания тьмы без сомнения бросало вызов самим пределам их разумения... Даже не говоря о том, откуда у Линь Цие взялся закон мироздания тьмы, то, что главный бог может владеть двумя законами мироздания одновременно, было делом неслыханным!

Конечно, это было лишь их представление: Линь Цие же собственными глазами видел бога, объединившего в себе два закона мироздания... И тем богом был Браги.

Именно поэтому Линь Цие нисколько не осознавал, насколько неслыханный поступок он совершает. В его понимании, раз уж Браги сумел стать богом двух законов мироздания, то почему этого не может он?

Вот только он упустил одну деталь: Браги мог нести в себе два закона мироздания лишь потому, что в его теле билось сердце Идун.

Закон мироздания Жизни Идун таился в её сердце, сосуществуя с телом Браги, и лишь после бесконечно долгой притирки Браги сумел задействовать закон из сердца Идун. В сущности, они по-прежнему оставались двумя отдельными существами — это было редчайшим, исключительным стечением обстоятельств, единственным во всём мире.

Первооснова тьмы слегка задрожала, и на её поверхности вдруг проступила тонкая трещина, из которой потянулись чернильно-чёрные побеги, медленно взращивая перед Линь Цие плод величиной с большой палец.

Названный плодом, он на самом деле куда больше походил на клубок туго скрученных чёрных нитей. В то самое мгновение, когда эта вещь явилась на свет, сияние вокруг Линь Цие вмиг угасло, и бесконечная тьма поглотила его без остатка!

Линь Цие ошеломлённо смотрел на плод перед собой и лишь долгое время спустя протянул к нему руку...

— Так это и есть... закон мироздания тьмы?