Глава 1852. Световой конус

По первоначальному предположению Линь Цие, в этом лабиринте не должно было быть пути в «будущее». Всё это было лишь осколками времени, расходящимися от точки отсчёта — разрушения Врат истины сто лет назад... Иными словами, начальной точкой лабиринта являлось «настоящее».

Однако, выслушав описание лабиринта от Лины, Линь Цие заколебался... Раз это перевёрнутая пирамида, то её самый верхний ярус по логике должен занимать наибольшую площадь; Линь Цие же всё время искал дорогу вниз и верхний ярус исследовал крайне мало.

Кто мог поручиться, что на верхнем ярусе этой перевёрнутой пирамиды, в ещё не исследованных им местах, нет пути, ведущего в «будущее»?

Поколебавшись немного, Линь Цие всё же подхватил Лину и зашагал в ту сторону, где, как он помнил, оставил цифру «3».

Стоило ему ступить на ледяную поверхность, как под ногами проступила цифра «3». Линь Цие оглянулся: отсюда он мог видеть все высеченные им числа, ведь здешнее время уходило в будущее дальше всех прошлых моментов.

Однако вокруг «3» больше не было следов клинка: добравшись сюда, Линь Цие сразу повернул назад и отправился исследовать путь в «прошлое».

Привычным способом Линь Цие принялся методично исследовать направления — вперёд, влево, вправо — и, сверяясь с видимыми числами от клинка, оставлял на соответствующих льдинах отметки.

«-1,25», «2,5», «4», «2,75»...

Следы клинка расходились всё шире, а сам Линь Цие уходил всё дальше в сторону, противоположную «прошлому».

Но если оглядеть всю ледяную равнину, покрытый насечками лёд не составлял и половины... Иными словами, возле входа в лабиринт у Линь Цие оставалось ещё множество неисследованных участков.

Он продвигался вокруг реки, через которую проник в лабиринт, но большинство высекаемых чисел всё так же начинались со знака «минус». Время шло, и незаметно для него наибольшее найденное число выросло до «37».

Когда Линь Цие ступил на последнюю неразмеченную льдину и оглянулся назад, все числа открылись его взору как на ладони.

Он аккуратно высек на льду под ногами: «38».

Здесь и находилось самое далёкое «будущее», какое Линь Цие только смог отыскать... Но когда он закончил, ничего необычного так и не произошло.

Холодный ветер овевал мёртвую ледяную равнину. Посреди густой россыпи чисел Линь Цие стоял на месте, не шевелясь.

— Эх... — невесть сколько времени спустя тяжело вздохнул он.

Похоже, его мысль была ошибочной... На краю «будущего» ничего не оказалось.

Чтобы разбить этот тупик, пожалуй, придётся зайти с другой стороны.

Пока Линь Цие, нахмурившись, размышлял, ресницы Лины чуть дрогнули, и немного погодя она медленно открыла глаза.

— Очнулась? — раздался голос Линь Цие.

Лина, держась за лоб, с трудом села на льду; лицо её было бледным.

— Где мы?

— Неподалёку от входа в лабиринт. Здесь время наиболее раздроблено, так что даже Вишну нас не найдёт.

— Вот как...

— Ты в порядке?

— Нормально... Просто духовная сила перерасходована, нужно время, чтобы восстановиться, — Лина потёрла уголки глаз.

Видя это, Линь Цие с недоумением спросил:

— Как тебе удалось призвать короля Артура?

— Он сам позволил мне призвать его... К тому же этот Меч в камне изначально несёт в себе толику силы времени: он способен связать его из прошлого со мной и позволить мне использовать часть его мощи. Единственный недостаток — моё тело едва может это выдержать.

— Вот оно что... — кивнул Линь Цие.

Лина краем глаза огляделась и, увидев испещрённый следами клинка лёд, с недоумением во взгляде спросила:

— Что ты делаешь?

— Ищу конец «будущего»...

Линь Цие пересказал свои мысли, на что Лина, ненадолго задумавшись, покачала головой:

— Одним этим способом ничего не выйдет... Осколки времени существуют не только на плоскости, они объёмны. К примеру, буквально в нескольких метрах над нашими головами — уже другое время. Если пытаться найти конец «будущего» простым перебором, на это уйдёт слишком много времени и сил.

Линь Цие опешил и, подняв взгляд в пустоту над головой, слегка нахмурился:

— Вот как... Если так, то работы здесь и впрямь непочатый край.

Но тут он словно вспомнил о чём-то и посмотрел на Лину:

— Разве твой Меч в камне не чувствует, куда течёт время? Ты можешь определить направление к «будущему»?

Лина подумала:

— Попробую.

Её тонкие пальцы обхватили рукоять Меча в камне. Прикрыв глаза, она несколько мгновений вслушивалась в ощущения и неуверенно указала рукой в пространство над Линь Цие:

— Кажется... прямо над тобой. Только на какой высоте, я и сама толком не знаю.

Прямо над ним?

Линь Цие поднял взгляд к небу: высь точно так же заволакивали хаотичные всполохи света и тени, от одного взгляда на которые кружилась голова.

— Поднимемся и проверим, — Линь Цие расправил крылья за спиной, мощно взмахнул ими и взмыл ввысь, а Лина с Мечом в камне в руке устремилась следом за ним!

Пять метров, десять метров, сто метров, двести метров...

С набором высоты Линь Цие проносился сквозь бесчисленные осколки времени; то и дело накатывавшее лёгкое головокружение сбивало ориентиры, рождая иллюзию потери направления, но он упрямо терпел дурноту и летел строго вверх!

В тот самый миг, когда он пролетел сквозь очередной осколок времени, вспыхнул таинственный слабый свет, и обе фигуры разом исчезли без следа!

...

В глазах Линь Цие зарябило, и окружающий мир утратил краски, став чёрно-белым.

В этот миг исчезла даже гравитация, уступив место невесомости. Взмахивая крыльями, он оглянулся назад: бесчисленные дрейфующие осколки времени беззвучно мерцали в этом чёрно-белом мире.

Издали эти осколки времени, собираясь воедино, напоминали световой конус. Вершиной конуса служили разбитые врата, из которых вырывались и расходились во все стороны бесчисленные осколки времени; и чем дальше от врат, тем сильнее дробилось время и тем плотнее оно становилось.

А если взглянуть в перевёрнутом виде, то картина и вовсе ничем не отличалась от перевёрнутой пирамиды, описанной Линой.

— Так вот каков лабиринт времени целиком... — пробормотал Линь Цие, глядя на световой конус.

Всё оказалось почти так, как он и предполагал: весь лабиринт времени родился сто лет назад из-за разрушения Врат истины и протянулся сквозь вековую историю. До сих пор они лишь непрерывно перемещались из одного такого осколка времени в другой.

Взмахивая крыльями, Линь Цие нёс Лину от края светового конуса всё ближе к его вершине — Вратам истины; при желании они могли прямо отсюда шагнуть в любой осколок времени.

— Что это... что это вообще за место? — ошеломлённо проговорила Лина, глядя на эту картину, и глаза её были полны недоумения.