Глава 1843. След от меча Линь Цие

Дойдя до этого, Линь Цие больше не собирался ничего скрывать и прямо обозначил свои намерения.

Он перекрыл вход в лабиринт времени, и дело было даже не в том, существовал ли отсюда выход: даже если да, он все равно не выпустил бы наружу ни единой души...

Теперь, когда путь назад был отрезан, под угрозой сверкающего клинка Линь Цие у людей из «Рая божественных страстей» не оставалось иного выбора, кроме как двигаться дальше вглубь лабиринта.

Сжимая в руке Меч царя царя, Номер 22 яростно буравил Линь Цие взглядом, его грудь тяжело вздымалась.

Тот первый выпад мечом поглотил большую часть похищенной им божественной силы. Хотя осталось меньше половины, этот запас все еще почти вдвое превосходил резерв обычного главного бога, к тому же с Мечом царя в руках он вполне мог дать Линь Цие бой.

Однако, помедлив мгновение, он все же сдержался.

Боевая мощь серафима Линь Цие была явно не по зубам рядовому главному богу. Номер 22 упустил инициативу и не имел твердой уверенности в победе. Если бы он сейчас навязал бой и проиграл, они не просто окончательно превратились бы в марионеток Линь Цие, но и вовсе лишились бы способности сопротивляться.

А вступить в лабиринт времени с истощенной божественной силой означало верную гибель.

Глубоко вздохнув, Номер 22 развеял отобранную божественную силу. Несколько потоков божественной силы вернулись в тела спутников: пусть каждый из них и растратил большую часть сил, кое-какой запас все же остался.

— Господь, мы... — вполголоса спросил Кубера.

— В лабиринт! — процедил сквозь зубы Номер 22, метнув взгляд на парящего в небе Линь Цие.

Увидев, что Номер 22 сразу же прекратил сопротивление, Линь Цие слегка удивился. Он унял сияние божественной силы вокруг себя и плавно опустился на землю у реки, лишь оставив божественное величие давить на плечи собравшихся.

Хотя они находились внутри лабиринта времени, в обособленном пространстве и времени, здешний пейзаж был очень похож на ледяную равнину снаружи — разве что яркая луна в небе казалась какой-то ненастоящей.

Кроме того, стоило посмотреть вдаль, как очертания расплывались, будто сквозь бесчисленные наложенные друг на друга вогнутые зеркала: чем дальше тянулся взор, тем сильнее преломлялся и двоился свет, вызывая головокружение.

Под двойным гнетом тяжелого взгляда Линь Цие и его божественного величия Номер 22 обернулся и произнес глухим голосом:

— Будьте начеку каждую секунду... Вы двое, пойдете первыми.

На лицах двух младших богов, на которых указал Номер 22, читалось крайнее нежелание, однако, переглянувшись, они все же осторожно двинулись вперед.

Перед ними по-прежнему простиралась пустая равнина; по крайней мере, насколько хватало глаз, угрозы не предвиделось. Но стоило им сделать шаг, как предстало странное зрелище.

Их силуэты дрогнули и в то же мгновение исчезли.

Темная безлюдная равнина погрузилась в мертвую тишину. Лишь бледный лунный свет покрывал гладкую ледяную поверхность тонким слоем белого инея.

При виде этого люди из «Рая божественных страстей» разом оцепенели, а Номер 22 нахмурился, и лицо его потемнело.

— Куда они подевались?! — вырвался чей-то испуганный вскрик в толпе.

Как ни крути, младшие боги оставались божествами, и то, как беззвучно они исчезли на глазах у всех, не оставив даже крупицы ауры, лишь многократно усилило всеобщий ужас перед лабиринтом. Тех, чья воля была слабее, и вовсе прошиб холодный пот.

Номер 22 хмурил брови, неотрывно глядя на то место, где исчезли младшие боги, и о чем-то напряженно размышлял.

В этот миг из-за спин раздался голос Линь Цие:

— Запомнили, где именно стоял левый младший бог перед тем, как исчезнуть? Пусть выйдет следующий и шагнет ровно туда, где стоял тот. Помните: ни на шаг не ошибиться.

Услышав приказ Линь Цие, никто не пошевелился. Все повернулись к Номеру 22, а тот, немного подумав, указал на одного из младших богов:

— Ты. Сделай туда шаг.

Названный младший бог побледнел.

— Сделав шаг, что бы ты ни увидел и ни услышал, не дергайся. Просто стой на месте, — снова раздался голос Линь Цие.

Младший бог нервно сглотнул, негнущимися ногами ступил на участок льда — и вмиг исчез.

Все вновь вздрогнули, не понимая, что произошло.

— Следующий. Точно так же, — совершенно спокойно, ничуть не удивившись, скомандовал Линь Цие.

Под началом Линь Цие больше десяти человек по очереди ступили на тот же участок льда и бесследно исчезли, пока не остались только Номер 22 и сам Линь Цие.

Номер 22 взглянул на Линь Цие и под его непререкаемым взором все же шагнул вперед, исчезнув.

Лишь тогда Линь Цие сделал шаг следом.

Стоило ему сделать шаг, как в голове промелькнуло едва заметное головокружение, и в следующее мгновение он уже очутился на том самом льду. Рядом теснились темные силуэты, а когда ступил сам Линь Цие, с краю раздался вскрик — и тут же оборвался.

Линь Цие поднял взгляд: прямо к его груди прижималась спина Номера 22. На этой площадке умещались еще четверо или пятеро — все сбились в кучу на крохотном пятачке льда.

— А где остальные? — спросил Линь Цие.

— Их вытолкнуло, — глухо отозвался Номер 22. — Этот ледяной пятачок слишком мал. Стоит появиться новому человеку, как кого-то выталкивает наружу на шаг, и он исчезает.

Линь Цие задумчиво посмотрел под ноги.

Происходящее вполне согласовывалось со словами Ван Мяня: перемещение в пространстве внутри лабиринта легко порождало сдвиги во времени. Делая шаг, они преодолевали не только пространство, но и время...

Судя по результатам нынешнего «эксперимента», область пространства, способная вместить один и тот же отрезок времени, была ничтожно мала — примерно в один взрослый шаг в диаметре. Как этот ледяной пятачок, где они сейчас стояли: стоило выйти за его границы, как человек попадал в другое время.

Но это доказывало и другое: если неотступно идти шаг в шаг за впереди идущим, вполне возможно переноситься в то же самое время и не разделяться.

Поразмыслив мгновение, Линь Цие мечом Небесных Густых Облаков высек на льду под ногами единицу, а затем снова обратился к стоявшему впереди:

— Продолжай. Сделай любой шаг вперед и не двигайся.

Учтя прошлый опыт и поняв, что исчезновение вовсе не обязательно означает смерть, спутники приободрились. Самый передний младший бог шагнул вперед и вновь пропал без следа.

Остальные ступали след в след, и вскоре Линь Цие опять оказался вплотную к ним.

Он оглянулся назад: знак «1», оставленный им на льду, исчез без следа...

Расстояние не превышало и метра, так что не заметить его было невозможно. К тому же меч Небесных Густых Облаков обладал свойством наносить неизлечимые раны — высеченный им след ни за что не сгладился бы со временем. Значит, этот шаг вперед вел в «прошлое».

Как говорил Ван Мянь, каждый шаг в лабиринте времени вел в неведомое время: сделав шаг, можно было очутиться на неделю раньше или на пару-тройку дней позже...

И то, что след от меча исчез, означало: в том времени, где Линь Цие находился сейчас, он еще не высек метку на льду.

По сравнению с предыдущим шагом это время было еще более ранним.