Глава 1831. Нечестный торговец

Услышав это, Ань Цинъюй погрузился в молчание.

— И даже если так, что с того? — медленно произнес Ань Цинъюй. — Равноценный обмен уже начался, и даже если остановиться прямо сейчас, уплаченную мной цену уже не вернуть.

Линь Цие опустил взгляд на следы крови божественных зверей, рассеивавшиеся на поверхности Врат истины. Спустя мгновение он поднял руку и кончиком пальца легко полоснул себя по запястью.

Острое сияние лезвия рассекло кровеносный сосуд, и брызнул обильный поток алой крови!

— Сейчас я главнокомандующий Ночных стражей Великой Ся, но в то же время я и командир отряда «Ночной покров».

— С позиции главнокомандующего Ночных стражей Великой Ся мне следовало бы воспользоваться моментом, пока ты платишь цену, и напасть, чтобы убить тебя на месте. Но с позиции командира отряда «Ночной покров» я куда больше хочу, чтобы Цзян Эр вернулась в этот мир... — спокойно произнес Линь Цие.

— Вражду между нашими лагерями мы продолжим после того, как спасем Цзян Эр... По крайней мере, в этот миг я всё ещё считаю тебя заместителем командира «Ночного покрова».

Хлынувшая кровь брызнула на звездные щупальца, и те тотчас с жадностью поглотили её; струясь вслед за мистическим мерцанием, она потекла прямо внутрь величественных врат.

Ань Цинъюй, глядя на это, слегка опешил, а затем поднял голову к Линь Цие в вышине, однако сквозь густой туман не смог разглядеть выражение его лица.

— Кровь духовного зародыша Изначального Хаоса во сто крат ценнее крови тех божественных зверей, — холодно хмыкнул Линь Цие.

— Если они заберут твои чувства, выпьют до капли мою кровь и всё ещё не насытятся... я собственноручно изрублю эти проклятые врата!

Леденящее намерение убийства вливалось в кровь и по звездным щупальцам без остатка поглощалось Вратами истины. Линь Цие возвышался над затянутой туманом гладью озера, позволяя собственной крови изливаться наружу, и лицо его становилось всё бледнее.

Он ведь вскрыл артерию, и без каких-либо попыток остановить кровотечение потеря крови была чудовищной. Очень скоро в его теле почти не осталось крови.

Окажись на его месте обычный человек, от столь ужасающей потери крови он бы давно погиб на месте. Однако жизненная стойкость духовного зародыша Изначального Хаоса неизмеримо превосходила человеческую.

Линь Цие не знал, сколько крови уже отдал; он знал лишь, что сознание затуманивается всё сильнее, а на него накатывает небывалая слабость.

Однако парящий в воздухе фантом Врат истины продолжал жадно поглощать его кровь, вовсе не собираясь останавливаться.

Прежде чем кровь в теле иссякла окончательно, Линь Цие прищурился и мгновенно затянул рану на сосуде, после чего без остатка высвободил из тела чудовищное намерение убийства!

Шаг за шагом ступая по пустоте, он направился к фантому Врат истины.

Он всерьез намеревался разрубить эти врата.

— Эти Врата истины — всего лишь фантом. Даже если ты разрубишь его на куски, основному телу вреда не причинишь, — заметив, что Линь Цие действительно собрался напасть на врата, заговорил Ань Цинъюй.

Линь Цие остановился и спустя мгновение медленно произнес:

— Ну и что с того, что фантом?.. Не верю я, что между фантомом и основным телом нет связи причинности!

— Даже если я не смогу уничтожить этот фантом, мне уже известно местонахождение его основного тела. Когда всё это закончится, я попрошу учителя обрушить меч на Антарктиду и разрушить лабиринт времени вместе со всеми остатками его основного тела...

— Погляжу я, как они потом станут надувать людей!

Гу-у-ум——!!

Словно поняв угрозу Линь Цие, возвышавшийся в густом тумане фантом Врат истины резко содрогнулся!

Все вытянувшиеся наружу звездные щупальца разом втянулись внутрь врат. В то же мгновение из щели между створками вырвалось мистическое сияние, накрыв собой всю область озера Эрхай!

В тот миг, когда вспыхнуло это сияние, Ань Цинъюй оторопел.

«И правда сработало?!»

Если бы Врата истины не лишили его эмоций, даже Ань Цинъюй, пожалуй, не сдержался бы от отборной брани.

Когда мистическое сияние окутало озеро Эрхай, магнитные поля, когда-либо существовавшие здесь, стали подниматься от земли и воды, словно дивные ленты, что колыхались, соединяясь с небом.

Ань Цинъюй стоял посреди озера, ошеломленно глядя на это зрелище. Затем он опомнился и принялся торопливо выискивать нужный след среди множества магнитных полей.

Время шло, самые разные магнитные поля то возникали, то исчезали, отчего рябило в глазах.

Неизвестно, сколько прошло времени, когда из вод озера Эрхай медленно поднялся знакомый силуэт.

Это была девушка в длинном белом платье; черные пряди волос рассыпались по плечам, делая её похожей на призрак со дна озера.

Глаза её были закрыты, а лицо хранило безмятежность, словно она просто спала.

— Цзян Эр...

Увидев эту фигуру, Ань Цинъюй замер, его зрачки чуть сузились, но в этот миг он не мог ощутить в сердце ни единого эмоционального всплеска.

Он тихо шептал её имя, словно звал её и вместе с тем напоминал самому себе... напоминал, что нельзя забывать, что она для него значила.

Когда тело Цзян Эр подплыло к Вратам истины, остальные магнитные поля вокруг полностью рассеялись. Над гладью озера струились лишь полосы рассеянного сияния, превращая всё вокруг в подобие сна.

Ань Цинъюй только протянул руку к силуэту Цзян Эр в потоке света, как её тело тут же рассыпалось, превратившись в такие же струи мистического сияния, что разлетелись во все стороны!

Протянутая рука Ань Цинъюя застыла в воздухе.

В глубине его глаз мелькнула растерянность... но этим всё и ограничилось.

Зато у Линь Цие при виде этого зрачки резко сузились!

Он резко вскинул голову к исполинскому фантому Врат истины, и бурлящее намерение убийства вспыхнуло с новой силой:

— Ты издеваешься над нами?!

Створки Врат истины захлопнулись, их силуэт стремительно истаял и растворился в густом тумане. Огромное озеро Эрхай вновь погрузилось в мертвую тишину.

Прежде чем Линь Цие успел что-либо предпринять, вновь раздался спокойный голос Ань Цинъюя:

— Вот, значит, как...

Линь Цие повернулся к нему:

— Что?

— Цена, которую мы заплатили, оказалась недостаточной, чтобы полностью воскресить Цзян Эр, чьи душа и дух развеялись без остатка четыре года назад... Поэтому Врата истины, поглотив плату, исполнили мою просьбу лишь по самому минимуму...

Ань Цинъюй поднял голову, глядя на расходящуюся во все стороны рябь магнитных полей:

— Они... вернули лишь часть магнитного поля Цзян Эр. Пусть у неё нет ни жизни, ни сознания, ни воспоминаний, но в некотором роде она действительно вернулась.

Линь Цие нахмурился:

— Но она по-прежнему не воскресла, разве нет? Какой в этом толк?

— Раз уж удалось вернуть часть её магнитного поля, способ полностью воскресить её непременно найдется... К тому же, как ты и сказал, сейчас во мне нет чувств, и то, что Цзян Эр вернулась именно так, возможно, к лучшему.

Линь Цие замер на месте.

Нынешняя Цзян Эр была лишь магнитным полем, лишенным жизни и сознания. Она, разумеется, не могла проснуться и заговорить с Ань Цинъюем, не могла узнать, каким он стал... Для неё это, пожалуй, и вправду было милосердием.

Если бы она действительно воскресла целиком и увидела, что тот, кого она любила больше всего, встал плечом к плечу с лавкрафтовскими богами, предал прежнюю Великую Ся, лишился чувств и превратился в совершенно чужого человека, этот удар ранил бы её куда сильнее.

Линь Цие, с трудом удерживая ослабевшее тело, после долгого молчания беспомощно вздохнул.

Кровь двенадцати божественных зверей, чувства Ань Цинъюя, да ещё и выпитая почти до капли кровь духовного зародыша Изначального Хаоса... и взамен удалось вернуть всего лишь крупицу магнитного поля. Пришлось бы Ань Цинъюю платить одному, он, скорее всего, отдал бы собственную жизнь, но так и не смог бы воскресить Цзян Эр целиком.

Врата истины хоть и следовали принципу «равноценного обмена», но по манере вести дела были самым настоящим нечестным торговцем.

Линь Цие только собрался сказать что-то ещё, как перед глазами мелькнуло, и возникли две фигуры.

Юйэр, Юйсы!

Они пристально смотрели на Линь Цие, и взгляды их были полны холода.

— С личными делами покончено... Теперь пора заняться делами официальными, — медленно прозвучал за спиной Линь Цие абсолютно лишенный чувств голос Ань Цинъюя.