Глава 1824. Обломки

— Трудно, — помолчав немного, ответил Ван Мянь. — Не то чтобы временем совсем невозможно управлять, но делать это как минимум в двадцать раз труднее, чем во внешнем мире, да и область воздействия крошечная.

— А что за «врата», о которых ты только что говорил?

— Стоило нам случайно забрести в тот лабиринт времени, как в следующее же мгновение мы разделились... Он сделал шаг вперед, я остался на месте, и он просто исчез у меня на глазах.

Хоть он и сделал всего один шаг, в этом лабиринте времени тот вызвал временной сдвиг. Шаг-то он сделал, но этот шаг перенес его в ту же самую точку неделей раньше.

Тогда мы еще не понимали, как устроен этот лабиринт времени. Увидев, что он внезапно пропал, я тут же бросился на поиски — и меня забросило уже в другое время...

Позже, когда до меня дошел сам принцип лабиринта времени, я изо всех сил пытался отыскать его в разных временных точках. А когда наконец нашел, он уже лежал на земле без сознания, весь в крови.

Перед ним высились исполинские врата...

— Что за врата?

— Материалом похожи на какой-то камень, серые, с виду невероятно древние... На них множество трещин, а в правом верхнем углу не хватает куска. Но стоило мне взглянуть на них прямо, как в голове начинало гудеть и распирать, словно череп вот-вот расколется.

При этих словах зрачки Линь Цие резко сузились:

— Врата истины?!

Сражаясь с Ань Цинъюем, Линь Цие видел призрачный образ Врат истины, призванный тем; внешне они выглядели в точности так, как описал Ван Мянь.

Если память ему не изменяла, тот столетней давности Туман, что стер всё сущее, возник по воле «Ключа и Врат» ценой погружения в вечный сон... И местом, откуда хлынул этот Туман, тоже была Антарктида.

Значит, врата, увиденные Ван Мянем и Лу Увэем, вполне могли быть основным телом Врат истины — или, вернее... останками?

— Это Врата истины? — недоуменно спросил Ван Мянь. — Но разве ты не говорил, что «Ключ и Врата» находится в самых верховьях реки времени и взирает оттуда на всё сущее?

— «Ключ и Врата» — хранитель Врат истины, нечто вроде духа артефакта. Это не одно и то же... К тому же тот «Ключ и Врата», что пребывает в самых верховьях реки времени, — лишь Он из прошлого.

Он способен обозревать всю реку времени, но вмешаться в настоящее сквозь толщу временного потока Ему крайне тяжело: ведь в нашей эпохе Он на самом деле уже погрузился в спячку, и пригодного для действий основного тела у Него нет.

Ван Мянь слегка кивнул.

— Отыскав Лу Увэя, я увидел, что он уже при смерти, поэтому мне пришлось сжигать собственный срок жизни, чтобы силой сдвинуть тамошнее время. Лишь после множества попыток нам кое-как удалось выбраться наружу...

Услышав это, Линь Цие наконец понял, как всё произошло, и спросил:

— Так вы нашли какие-нибудь следы Никты?

— Ее саму не нашли, однако...

Ван Мянь запустил руку за пазуху, достал некий предмет и вложил его в руку Линь Цие.

— Блуждая по лабиринту, я наткнулся вот на это. Не знаю, связано ли оно с Никтой.

Линь Цие опустил взгляд и, разглядев предмет, внутренне содрогнулся!

Это был обрывок черного тюлевого платья.

В поле зрения Линь Цие от лоскута платья протянулась нить причинности, связавшая его с самим Линь Цие. Это означало, что между ним и владелицей вещи существовала прочная связь причинности.

Это без сомнения принадлежало Никте!

— И впрямь... Ее исчезновение тоже связано с лабиринтом времени и Вратами истины, — пробормотал Линь Цие.

— В этот раз вам пришлось нелегко, спасибо, — Линь Цие похлопал Ван Мяня по плечу.

Перебросившись с Ван Мянем еще парой фраз, Линь Цие толкнул дверь и вошел проведать Лу Увэя. Все оказалось так, как и говорил Ван Мянь: телу бойца ничто всерьез не угрожало, он просто всё еще был без сознания.

Линь Цие стоял у больничной койки, опустив голову и погрузившись в раздумья.

Если в глубинах Антарктиды действительно покоятся обломки Врат истины, для человечества это несомненный шанс... Сумей они найти способ совладать с «Ключом и Вратами» в верховьях реки времени, и с угрозой этого владыки из трех богов-столпов удастся покончить в самом корне.

Но вопрос в том, как справиться с тем лабиринтом времени? К тому же Лу Увэй наверняка не просто так свалился перед вратами с тяжелейшими ранами. С чем же он столкнулся возле тех врат?

Линь Цие долго размышлял, но так и не нащупал зацепки: в конечном счете они все еще слишком мало знали о «Ключе и Вратах».

Впрочем... пожалуй, был один человек, который мог знать все ответы.

Немного поколебавшись, Линь Цие погрузил сознание в психиатрическую больницу всех богов.

……

Шэньнунцзя.

— Стало быть, снаружи всё почти так же, как и до того, как мы вошли в гротовую гротовая обитель... Единственная странность — луна куда-то подевалась, — задумчиво произнес Луань Ле, выслушав доклад троицы.

— Да не обязательно же она пропала! А вдруг прошлой ночью просто было пасмурно, вот ее и не увидели?

— Ты сначала на Одиннадцатую посмотри, а потом говори, — беспомощно вскинул руку Луань Ле.

Все повернули головы. В углу сидела, сжавшись в комок, беловолосая красноглазая девушка; она с тоской смотрела вверх, и слезы без остановки текли по ее щекам.

— Нефритовый заяц плачет... Похоже, с Луной действительно что-то стряслось.

Тихо пробормотал Третий.

Пока они переговаривались, по небу пронеслись несколько темно-фиолетовых силуэтов и, словно обнаружив их местонахождение, стремительно пошли на посадку!

— Кто там? — нахмурились все, мгновенно насторожившись.

Луань Ле первым разглядел лицо предводителя; сперва он озадаченно замер, но в следующее же мгновение глаза его вспыхнули:

— Это же старший брат Фан Мо!!

Услышав это, все словно взорвались: они запрыгали и замахали руками в небо, будто ватага обезумевших от радости ребятишек.

Бойцы отряда «Демон» опустились на горный склон. Су Чжэ и остальные с весьма странным выражением лиц смотрели на несущуюся к ним толпу «дикарей».

— И это остальные одиннадцать представителей золотых бессмертных? Почему они производят впечатление каких-то шалопаев?

— До того как войти в гротовую гротовая обитель, они были детьми младше десяти лет. Шестнадцать-семнадцать лет в гротовой обители без связи с внешним миром — естественно, у них до сих пор сохранился тогдашний склад ума.

Фан Мо объяснял это на ходу, с улыбкой помахивая им рукой.

Толпа гурьбой ринулась вперед, мигом окружив Фан Мо, и принялась со всех сторон принюхиваться к нему. Возгласы посыпались наперебой:

— Босс Фан Мо!! Двенадцать лет не виделись! Почему ты все еще такой мелкий?!

— Вот именно, босс Фан Мо, даже Двенадцатый выглядит взрослее тебя!

— Хе-хе, босс! Зацени мою бороду, крутая?

— Босс... есть охота-а...

— ...

Уголок рта Фан Мо слегка дернулся. Среди этих людей, каждому из которых было уже по двадцать пять — двадцать шесть лет, он выглядел молодым, точно недавний выпускник университета, однако исходившее от него не по годам зрелое спокойствие разительно контрастировало со всей этой гурьбой.

— Пошли, сначала я отведу вас поесть, — махнул рукой Фан Мо, вдоволь наговорившись с ними.

Когда Фан Мо увел их прочь из горных дебрей, из-под земли бесшумно вылезла серая мышь.

В ее серых глазах отчетливо отражались удаляющиеся силуэты людей.