Глава 1748. Погружение в сон

Линь Цие подавил нахлынувшие чувства и, нахмурив брови, поднял взгляд на происходящее.

— Судьба, это тоже входило в твои расчёты? — хрипло спросил он.

— Я не Всеведущий и всевидящий и уж тем более не способен предвидеть будущее. Разве можно просчитать каждый шаг? — монах Судьба покачал головой. — Через Хлою я передал ему фигуру. Если бы он примкнул к нам и нанёс удар в спину трём богам-столпам, наше преимущество стало бы ещё весомее...

Однако я не ожидал, что он просто раздавит фигуру и наотрез откажется объединять с нами силы. Даже мне не дано понять, о чём он думает.

Забрав разом девять лавкрафтовских богов, Ань Цинъюй, судя по всему, больше не собирался задерживаться.

Он вновь натянул капюшон, бросил последний взгляд на Линь Цие, развернулся и шагнул во Врата истины. Очертания врат постепенно растаяли, растворившись без следа...

Всё произошло слишком быстро. Когда боги опомнились, на поле боя, где ещё недавно кипела беспорядочная резня, уже воцарилась мёртвая тишина.

— И всё-таки мы дали им уйти?.. — Цзян Цзыя прищурился и невольно зевнул.

— Странно, отчего на меня навалилась такая сонливость?

— И на меня... Спать хочется всё сильнее...

Стоило схлынуть ожесточению битвы богов, как богов Великой Ся охватила глубокая дремота. Ощущая, как меняется их божественность, они один за другим устремили недоумённые взгляды на далёкую, почти исчезнувшую из виду Луну.

— Дал волю чувствам? Если выплеснул всё, то пойдём, — произнёс монах Судьба.

— Пойдём? Куда?

— В Небесный двор, — спокойно ответил монах Судьба. — Польза, которую Пилюля вечности принесла Небесному двору, неизмеримо больше простого укрепления лунной печати... Сотри слёзы, расправь плечи. Ты должен от лица человечества проводить их.

...

Вечный Небесный двор.

— Божественная сила всё ещё растёт... Что происходит? — Небесный Достопочтенный Даодэ с недоумением посмотрел на свои ладони.

— Пилюля вечности слилась с первоосновой Небесного двора, качественно преобразила и саму первооснову, и это божественное царство. Божественность каждого из богов Великой Ся неразрывно связана с первоосновой, так что мы закономерно получаем от вечности отдачу, — со сложным выражением лица произнёс Небесный Достопочтенный Линбао.

— Проще говоря, весь наш пантеон Великой Ся возносится на более высокую ступень... И это возвышение не сводится к простому приросту божественной силы. Расширяются сами наши пределы, и те, кто уже стоял на вершине своего уровня, могут воспользоваться этим шансом, чтобы пробить барьер.

— Ты хочешь сказать, что сильнейшие из главных богов способны стать верховными? — изумился Небесный Достопочтенный Даодэ и тут же, словно что-то сообразив, добавил: — А как же ты?

— Я прошёл через круговорот истинного «я», и моя ступень достигла совершенства. Пользуясь этой возможностью... я хочу попытаться прорваться на тот уровень.

При этих словах Изначальный Небесный Достопочтенный и Небесный Достопочтенный Даодэ поражённо замерли.

— Если ты ступишь на этот уровень, да ещё и другие главные боги совершат прорыв в ранг верховных, Небесному двору даже без колоссального моря веры удастся встать вровень с Царством Небесным... или даже превзойти его! — глаза Изначального Небесного Достопочтенного ярко блеснули.

— Верно. Для всего Небесного двора это невиданная прежде возможность, — Небесный Достопочтенный Линбао сделал паузу. — Однако возвышение целого пантеона не происходит в мгновение ока. Нам, возможно, придётся погрузиться в сон...

— В сон? — слегка нахмурился Небесный Достопочтенный Даодэ. — Если подумать, меня и впрямь начало клонить в сон...

— А сколько примерно продлится этот сон?

— Трудно сказать. Самое малое — три-пять лет, а то и восемь-девять. Подобного шанса ещё никогда не выпадало, так что я не могу утверждать наверняка.

Изначальный Небесный Достопочтенный глубоко нахмурился. Поразмыслив мгновение, он всё же покачал головой:

— Нельзя. Сейчас слишком опасный момент. Ань Цинъюй увёл девять лавкрафтовских богов, а боевой мощи этих девяти божеств Ктулху хватило бы, чтобы стереть в порошок любое божественное царство прежней Земли. Они ушли в тень, и никто не знает, в какой момент они нанесут новый удар.

Если мы погрузимся в сон, что станется с Землёй?

Все трое Небесных Достопочтенных разом смолкли.

— Тогда... остаётся лишь силой прервать возвышение, — вздохнул Небесный Достопочтенный Линбао. — Жаль упускать такую возможность, но иного выхода нет...

— Нельзя прерывать возвышение.

В этот миг издалека донёсся голос.

Три Небесных Достопочтенных обернулись: в самом центре Вечного Небесного двора плавно опускались трое совершенно одинаковых «Линь Цие».

У Линь Цие слева за спиной раскрывались шесть белоснежных крыльев, от него исходило палящее священное дыхание; Линь Цие справа кутался в запятнанную грязью кашаю, и лицо его оставалось бесстрастным; Линь Цие посередине был облачён в тёмно-красный плащ, а глаза его ещё слегка покраснели.

— Ты... — Небесный Достопочтенный Даодэ глядел на троих Линь Цие перед собой, на мгновение совершенно растерявшись.

— Возвышение Вечного Небесного двора — решающий ход на будущей доске. Если прервать его сейчас, в краткосрочной перспективе риск снизится, однако окончательно выиграть эту партию в будущем станет трудно до невозможности, — спокойно произнёс монах Судьба.

Небесный Достопочтенный Линбао взглянул на монаха Судьбу, затем перевёл исполненный тревоги взор на Линь Цие в центре:

— Но если Небесный двор погрузится в сон, как быть Великой Ся?

— Великая Ся уже давно не та, что прежде, — Линь Цие указал в сторону далёкой Земли. — Ещё со времён командующего Е Великая Ся непрестанно взращивала сильнейших среди людей. Ныне семена созрели: даже без покровительства Небесного двора человечество способно постоять за себя.

Три Небесных Достопочтенных переглянулись; на их лицах всё ещё читалось колебание.

Нынешняя боевая мощь человечества действительно была немалой: случись это раньше, люди могли бы в одиночку бросить вызов любому божественному царству Земли. Однако сейчас им противостояли девять затаившихся во тьме лавкрафтовских богов, а также «Ключ и Врата» и «Чёрная Коза». Риск был колоссальным.

Это была грандиозная ставка. Выиграв, Земля обретёт сверхмощное божественное царство, превосходящее Царство Небесное; проиграв — они потеряют всё, чего достигли.

Можно ли поставить судьбу этой вселенной на человечество... именно это тревожило трёх Небесных Достопочтенных.

— Боги защищали смертных слишком долго. Отныне мы сами должны сражаться за свою судьбу, — трое Линь Цие одновременно соединили руки в почтительном жесте и отвесили глубокий поклон трём Небесным Достопочтенным.

— Прошу богов Великой Ся погрузиться в сон.

Увидев это, Небесный Достопочтенный Линбао всё же вздохнул:

— Раз ты сам решился просить об этом, значит, у тебя уже есть решение... Что ж, мы сделаем эту ставку вместе с тобой. Надеюсь, всё накопленное за две тысячи лет позволит тебе повести за собой всё человечество к небывалым высотам.

Небесный Достопочтенный Даодэ с изумлением взглянул на Небесного Достопочтенного Линбао. Он никак не ожидал, что Линбао действительно решится поставить столь великое дело на Линь Цие и человечество... Ведь перед ними стоял юноша, которому едва перевалило за двадцать.

На лице же Изначального Небесного Достопочтенного отразилось подтверждение давних догадок. Скользнув взглядом по Линбао и Линь Цие, он произнёс:

— Значит, тем, кто вёл с тобой тайные беседы две тысячи лет назад и унёс колокол Дунхуан, и впрямь был Линь Цие...

— Что? — услышав это, Небесный Достопочтенный Даодэ опешил.

— В таком случае и у бедного даоса нет возражений... Линь Цие, будущее человечества и исход этой партии мы вверяем тебе, — с облегчением произнёс Изначальный Небесный Достопочтенный.