Глава 1710. Дальний путь

В таком случае дело принимало скверный оборот…

Если «Ключ и Врата» продолжит использовать ми-го для слежки, он рано или поздно раскроет эту великую партию, что неизбежно затронет даже те «фигуры», чья причинность ещё не была сокрыта, и насторожит лавкрафтовских богов.

В его памяти тотчас всплыл тот древний гроб в самом сердце Фэнду, где он впервые встретил Цзялань…

Неужели в итоге остаётся лишь один этот способ?

Меч Небесных Густых Облаков бешено метался среди ми-го, истребляя их одного за другим, а затем слегка содрогнулся, стряхивая с клинка кровь, и вернулся в ладонь Линь Цие.

Глядя на усеянную трупами ми-го землю, Линь Цие по-прежнему не разжимал нахмуренных бровей.

— Что с тобой? — заметив это, с недоумением спросила Цзялань.

— Ничего… — Линь Цие глубоко вздохнул и повернулся к Цзялань: — Когда вернёмся, найду тебе какую-нибудь работу, хочешь?

Услышав это, Цзялань оживилась: — Давай! Какую работу? Сколько лянов серебра смогу зарабатывать в месяц?

— Когда придёт время, узнаешь.

…

Чанъань.

— Вы не вернётесь?! — поражённо воскликнула во дворе Хлоя.

— Верно, — слегка кивнул Линь Цие. — Ты и сама сказала, что нынешней силы веры не хватит, чтобы перенести нас на две тысячи лет вперёд. Раз так, мы не станем возвращаться.

— Но как же вы…

— Срок моей жизни невероятно долог, так что дотянуть до эпохи спустя две тысячи лет не составит труда. А что касается У Цюаня… — Линь Цие вынул из-за пазухи колокольчик и слегка встряхнул его. Тот обратился в древний исполинский колокол и с глухим гулом опустился во дворе.

— Я одолжил у Небесного Достопочтенного Линбао этот колокол Дунхуан, способный подавлять время. С ним можно заморозить время для У Цюаня вплоть до эпохи спустя две с лишним тысячи лет.

Ещё когда Линь Цие впервые встретил Хлою в этой эпохе и узнал, что силы веры не хватит на обратный путь, он уже догадался: скорее всего, это путешествие во времени в один конец… Будущая Хлоя лишь вернула их в прошлое, а оставшиеся две тысячи лет им придётся преодолевать самим, шаг за шагом следуя течению реки времени.

Сам Линь Цие обладал бесконечной жизнью, и переждать две тысячи лет ему ничего не стоило, но с У Цюанем дело обстояло иначе.

У Цюань от рождения был ущербным носителем «Властвующего императора». В его нынешнем возрасте ему оставалось от силы пять лет, а о двух тысячах нечего было и мечтать. Вопрос о том, как позволить У Цюаню благополучно дожить до будущего спустя две тысячи лет, всё это время мучил Линь Цие.

Но стоило Небесному Достопочтенному Линбао передать колокол Дунхуан, как эта трудность разрешилась сама собой.

У Цюань с любопытством подошёл к колоколу Дунхуан и внимательно обошёл его кругом. Пространство под сводом колокола идеально подходило для него, будто было создано точь-в-точь по его меркам.

— Я не против, — кивнул У Цюань. — Лишь бы вернуться на две тысячи лет вперёд, а каким способом — мне всё равно.

— К тому же у этого решения есть ещё одно преимущество.

Линь Цие указал себе на грудь: — Если бы мы решили вернуться, нам непременно пришлось бы заключить такой же «Священный завет». Из-за этого не только впустую растратилась бы сила веры, но и потратилась бы возможность заключить ещё один «Священный завет».

А раз мы остаёмся, оставшиеся два «Священных завета» можно пустить на другие цели.

Всего на груди Линь Цие находилось три знака «Священного завета». Первый перенёс их более чем на две тысячи лет назад, в эпоху Западной Хань, подарив человечеству надежду на краю гибели и положив начало этой великой партии причинности… Для чего понадобятся второй и третий, Линь Цие пока не знал, но ничуть не сомневался: каждый «Священный завет» имеет для человечества решающее значение, и потратить один из них ради простого возвращения было бы колоссальной потерей.

— И ты уже решил, для чего используешь оставшиеся два «Священных завета»? — поинтересовалась Хлоя.

— Пока нет… — покачал головой Линь Цие. — «Священный завет» слишком важен, мне нужно как следует всё взвесить.

— Ты ведь говорил, что спустя две тысячи лет я должна буду заключить «Священный завет» с тобой из прошлого в церкви? Тогда спешить некуда, впереди ещё две тысячи лет, думай не торопясь.

— Кстати, мы с Цзялань на некоторое время покинем Чанъань.

— Покинете Чанъань? Куда направитесь?

— Пока точно не решили, но приблизительно так: выступим из Чанъаня на север до Ляодуна, на восток — до Гуайцзи, на юг — до Чжуя, на запад — до Лоуланя… а в конце вернёмся в Чанъань.

Хлоя раскрыла рот от изумления: — Вы что, задумали обойти всю Великую Хань?! Сколько же времени на это уйдёт?

— Если поспешить, то около года.

Взгляд Хлои упал на Цзялань, которая невдалеке играла с Гунъян Чжо, и выражение её лица сделалось двусмысленным:

— Не получится так, что через год вы вернётесь уже с ребёнком?

— Ты слишком много выдумываешь, — со всей серьёзностью осадил её Линь Цие. — С самого своего появления на свет она не покидала Яшмовое озеро. Я просто хочу прогуляться с ней… показать ей этот мир людей.

— О? Тогда ты ведь наверняка возьмёшь с собой и У Цюаня?

— Э-э… в общем-то можно…

— Брат Цие, я не хочу просто гулять ради забавы, — подойдя к Линь Цие, серьёзно сказал У Цюань. — Я ведь не такой, как вы… Моя жизнь коротка, и я хочу сделать что-то стоящее.

— Что же именно?

— Раз уж ты, брат Цие, решил уехать из Чанъаня, то и я хочу отправиться в путь. Я хочу пройти по следам походов господина хоу, прочувствовать то, что некогда чувствовал он сам… Быть может, это поможет мне лучше усвоить всё то, чему господин хоу учил меня за это время.

Глядя на предельно серьёзного У Цюаня, Линь Цие удивлённо вскинул брови.

— Хочешь этим странствием преодолеть сердечный барьер?

— Да.

Линь Цие долго со сложным чувством смотрел на У Цюаня, затем едва заметно кивнул:

— Хорошо. Раз у тебя есть такая решимость, так и поступи… Когда придёт срок, я сам найду тебя и запечатаю в колоколе Дунхуан до наступления будущего.

— В таком случае и мне пора в дорогу, — потянулась во дворе Хлоя. — Я слишком задержалась в Чанъане, а великое дело основания религии так и не сдвинулось с места. Пора отправляться…

— А как мне разыскать тебя, когда я решу, для чего понадобятся два оставшихся «Священных завета»?

Хлоя призадумалась и провела пальцем по тыльной стороне ладони Линь Цие, оставив на коже едва заметную отметину.

— Я заключаю с тобой обет. Если захочешь найти меня, напиши этой рукой моё имя, и сила обета тотчас перенесёт меня к тебе.

— Договорились.

…

Они попрощались во дворе, и спустя две стражи повозка в лучах заходящего солнца медленно выехала из шумного, бурлящего жизнью Чанъаня.

В покачивающемся экипаже, одетая в тёмно-синее ханьское одеяние, Цзялань сидела напротив Линь Цие. Алый закат озарял её щёки мягким румянцем. Опустив занавеску, она не удержалась от вопроса:

— Работа, которую ты обещал мне найти… это быть твоей служанкой в дороге?

— Вовсе не служанкой, — объяснил Линь Цие. — Ты же знаешь, мне нельзя связывать себя узами причинности со слишком многими людьми. Поэтому, если я отправляюсь в дальний путь, мне непременно нужен тот, кто покупал бы еду, менял лошадей, расспрашивал дорогу и…

— Но разве такие простые хлопоты нельзя было поручить кому-то другому?

— Что такое? Не хочешь? Ну ладно, Янь Чжун говорил, что знает одну мастерскую, где как раз набирают людей…

— Кто это сказал, что я не хочу?! — Цзялань тут же упёрла руки в бока. — Я уже села в повозку, а ты вздумал меня высадить? Только уговор: за это ты платишь серебром!

— Не переживай, с жалованьем не обижу.

Линь Цие улыбнулся и безмятежно прислонился к стенке повозки. Под мерное покачивание экипажа они вдвоём постепенно скрывались за пылающей линией горизонта…