Глава 1696. Отсечение Запретных руин

— И меня посчитайте! — Чжань Юйу шагнул следом за Хо Цюйбином и, приняв камень из рук Линь Цие, расплылся в улыбке: — Куда господин хоу, туда и я.

— Ишь, какой шустрый, — Янь Чжун стоял прямо за Линь Цие, однако так и не смог опередить Чжань Юйу. Сердито зыркнув на соратника, он тоже взял белый камень: — Что, хочешь показать, будто предан господину хоу больше меня?

— Да я ради народа Поднебесной стараюсь!

Пока Янь Чжун спорил с Чжань Юйу, У Цюань молча вышел вперёд и взял один камень.

Поколебавшись мгновение, он всё же спросил:

— Брат Цие, а брат Цинчжу… потом тоже получит такой камень?

— Конечно. Он же Шэнь Цинчжу, — улыбнулся Линь Цие.

У Цюань кивнул и крепко сжал камень в ладони:

— Я обязательно защищу его.

— Этот первый ход сделала я, так что мне, похоже, в любом случае не отвертеться, — Хлоя беспомощно пожала плечами. — Дай и мне один.

Ху Цзя подошёл к Линь Цие, обеими руками принял белый камень и торжественно произнёс:

— Господин Линь, Ху Цзя не посрамит вашего доверия!

Видя, как все разбирают камни, Цзялань моргнула, тоже поднялась и потянулась к последнему белому камню на ладони Линь Цие.

Но прежде чем кончики её пальцев коснулись руки Линь Цие, тот отдёрнул ладонь.

Цзялань опешила, а затем уставилась на Линь Цие и, уперев руки в боки, спросила:

— Линь Цие, это ещё что значит? Я, по-твоему, недостойна послужить народу Поднебесной?

— Ты не торопись, — тут же успокоил её Линь Цие. — В твоём теле находится Пилюля нерушимости, и одной этой вещицей её не скрыть. Лучше оставить камень тому, кому он нужнее…

Договорив, Линь Цие перевёл взгляд на сидевшую в углу Гунъян Вань.

Почувствовав на себе взгляд Линь Цие, Гунъян Вань нахмурилась:

— С какой стати мне присоединяться к вам и сражаться за всех живых? Даже без «Странствия по чужим мыслям» я вполне могу жить вечно.

— Разве ты не хочешь, чтобы твой брат возродился?

При этих словах зрачки Гунъян Вань резко сузились. Вперившись взглядом в Линь Цие, она тяжело задышала:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я о том, что пусть ты и проглотила Гунъян Чжо заживо, его сознание всё ещё теплится в твоей голове, не так ли? Раз он не погиб окончательно, откуда тебе знать, что в будущем нет надежды на воскрешение? — Линь Цие указал на Ху Цзя: — Взять хотя бы «Странствие по чужим мыслям» Ху Цзя: оно направлено исключительно на духовный мир. Если он вмешается, то, быть может, сумеет отделить сознание твоего брата от твоего тела? А если так, останется лишь найти способ перенести его сознание в новую плоть — и тогда возрождение вполне возможно.

Тело Гунъян Вань задрожало. Она приоткрыла рот, но так и не смогла ничего сказать, а затем просто ринулась к Линь Цие и единым духом выхватила последний белый камень!

— Хорошо, на этот раз я поверю тебе! — Гунъян Вань поджала губы, её глаза слегка покраснели. — Если получится спасти брата… я готова на всё, что угодно!

Хо Цюйбин посмотрел на Гунъян Вань с лёгким недоумением.

— Что ж, наш костяк предварительно сформирован, — Линь Цие обвёл взглядом собравшихся и глубоко вздохнул. — Теперь остаётся ещё один жизненно важный вопрос…

— Какой?

— Вести эту партию… мне пока не по плечу.

Все опешили:

— ???

— Я хочу сказать, что наш соперник в этой партии — верховный бог внешних пределов, обладающий взглядом Всеведущего и всевидящего… Он способен обозревать всю реку истории, опирается на Врата истины и обладает практически бесконечной вычислительной мощностью и способностью к логическим вычислениям.

Даже если я способен менять причинность и прятать себя, только этим Его не одолеть. Я всего лишь создание из плоти и крови и не могу с точностью вычислить пути развития всех нитей причинности на протяжении двух тысяч лет… Человеческий мозг попросту не выдержит подобной нагрузки.

Мне нужен «разум», который точно так же сможет повелевать причинностью и безошибочно расставлять каждый камень на положенное ему место; «суперкомпьютер», способный безупречно укрывать любые следы причинности и не уступать вычислительной мощности Ключа и Врат.

— Супер... какая ещё курица? — Цзялань облизала губы.

— Верно. Тебе самому нельзя связывать себя с причинностью, но в то же время нужно управлять партией, проходящей сквозь две тысячи лет истории… Это попросту невозможно, — Янь Чжун оказался единственным, кто поспевал за ходом мыслей Линь Цие.

— И что тогда делать? Где же нам найти такого умника? — растерялся Чжань Юйу.

— Искать не придётся.

Линь Цие медленно поднял обе руки. В его взоре между ладонями проявились два сгустка света, от которых тянулись густые нити:

— Противостоять «правилам» могут только «правила»… Причинность обладает способностью к самоисправлению, и они станут лучшей заменой мне самому.

Линь Цие повернулся к Ху Цзя:

— Ху Цзя, ты ведь говорил, что можешь отсечь одну из моих способностей, верно?

— Верно.

Линь Цие глубоко вздохнул и протянул к Ху Цзя правую руку, несущую в себе «Предрешённое следствие»:

— Помоги мне, отсеки его.

— Господин Линь, вы уверены?

— Причина и Следствие — близнецы, которых я нынешний удержать не в силах. Раз уж мне суждено на время отказаться от одного из них, сейчас самый подходящий момент… Причина и следствие изначально связаны воедино, так что даже если ты отсечёшь «Предрешённое следствие», я смогу наладить с ним связь через «Беспричинную причину».

Благодаря этому не только решится проблема с перегрузкой моего разума, но мы к тому же получим способный действовать самостоятельно супермозг, который станет исправлять для нас причинность и вычислять будущее. Это лучший выбор.

Я, владея «Беспричинной причиной», буду создавать «камни», а другой я, порождённый «Предрешённым следствием», благодаря колоссальной вычислительной мощности и абсолютно хладнокровному разуму станет игроком.

Мы с ним разделим партию пополам — только так у нас появится хоть крупица надежды на победу.

Видя непреклонность Линь Цие, Ху Цзя не стал больше отговаривать его. Он тотчас вынул из-за пояса каменный сюнь и негромко заиграл.

Линь Цие расслабился, впуская Ху Цзя в свой духовный мир. В следующее мгновение исполинский призрачный меч пронзил небосвод и рассёк правое солнце надвое!

Острая боль затопила сознание Линь Цие. Он мучительно согнулся пополам: мука от насильственного отсечения Запретных руин едва не лишила его дыхания. В то же самое время сгусток света в правой руке начал постепенно ускользать из-под контроля ладони.

И в этот миг из «Беспричинной причины» в левой руке Линь Цие протянулись нити причинности, вновь удерживая «Предрешённое следствие» на месте, словно воздушный шар, опутанный нитями пряжи.

Превозмогая дикую боль, Линь Цие огляделся по сторонам: ему нужно было во что бы то ни стало найти новое вместилище для «Предрешённого следствия».

Вскоре он зашагал прямо к центру полуразрушенного храма. Взмах руки — и «Предрешённое следствие» влетело прямо в глиняную статую Будды, бесследно скрывшись внутри…

— Получилось? — спросил Хо Цюйбин.

— Будем считать, первый шаг удался… «Предрешённое следствие» уже покинуло тело, и ему потребуется какое-то время, чтобы обрести собственное сознание. Тогда он превратится в точнейший разум, связанный с моими мыслями, но лишённый каких-либо эмоциональных колебаний. А когда настанет день, и я стану богом, я смогу вновь вобрать его в своё тело.

Услышав это, все наконец с облегчением выдохнули.

— И Причина, и Следствие настолько могущественны, что даже «Властвующий император» этого хоу им и в подмётки не годится, — тяжело вздохнул Хо Цюйбин. — Линь Цие, раз уж он стал неразрывно связанной с тобой сущностью и игроком за нашими спинами… разве ты не дашь ему имя?

— Имя?..

Линь Цие с трудом выпрямился. Его взгляд упал на глиняную статую Будды. Сознание, зарождающееся в «Предрешённом следствии», Ключ и Врата тоже не должен был обнаружить, поэтому Линь Цие предстояло создать ещё один «парадокс» причинности, чтобы сокрыть этот отрезок истории. А раз так…

— «Предрешённое следствие» — это «судьба»…

Пусть зовётся… «Будда Судьбы».