Глава 1672. Два способа

— Именно так, — кивнул Линь Цие. — Вот о какой помощи я прошу.

Сила «Беспричинной причины» и «Предрешённого следствия» была слишком велика. Как и говорил мальчик, Линь Цие уже отчётливо ощущал то давление, которое они оказывали на его дух... Духовной силы уровня Предела человечества попросту не хватало, чтобы выдержать мощь этой пары близнецов. Словно два палящих солнца прямо перед глазами, они наносили его духу непоправимый урон.

Однако Линь Цие достиг Предела человечества совсем недавно. Стать богом за два месяца было совершенно невозможно, более того — он, вероятно, не протянет и двух месяцев.

Ему требовалось разрешить эту проблему как можно скорее, а «Странствие по чужим мыслям», безраздельно властвовавшее над духом, пожалуй, было единственными Запретными руинами в эту эпоху, способными ему помочь.

— Но... чем же я могу помочь? — во взгляде Ху Цзя промелькнула горечь. — Господин Линь, по силе мы с вами на совершенно разных уровнях. Раз уж даже вы не в силах справиться с этой проблемой, то мне это и подавно не под силу.

— У каждого дела свои мастера. Хоть моя ступень и выше, в управлении духом ты превосходишь меня. — Лицо Линь Цие оставалось предельно серьёзным. — Ху Цзя, твоя способность куда могущественнее, чем ты думаешь. Если уж ты не сможешь мне помочь, в этом мире не справится никто.

Возможно, слова Линь Цие придали ему уверенности: Ху Цзя окинул взглядом пространство вокруг, нахмурился и принялся ходить взад-вперёд, погрузившись в раздумья.

Спустя долгое время Ху Цзя стиснул зубы и всё же заговорил:

— Господин Линь, в вашем нынешнем положении, боюсь, есть лишь два пути...

— Вот как? — Линь Цие приподнял бровь. — Говори.

— Ваша главная трудность сейчас в том, что дух не в состоянии выдержать мощь этих способностей. Поэтому самый прямой и лучший способ — поднять дух до уровня, достаточного для их удержания, прежде чем они окончательно разрушат ваш духовный мир. — Ху Цзя сделал паузу и продолжил:

— Конечно, возможно, это лишь пустые фантазии с моей стороны... Ведь, на мой взгляд, духовная сила господина Линя уже достигла предела, и расти дальше, вероятно, попросту невозможно...

Линь Цие кивнул. Об этом способе он думал и сам, но тот действительно был неосуществим. Куда больше его интересовал второй вариант.

— А второй?

— Второй... тоже решает проблему в самом корне. — Ху Цзя поднял руку и указал на два солнца в небе. — Раз уж дух господина Линя не может выдержать два солнца, то стоит убрать одно из них, и беда исчезнет сама собой.

Линь Цие замер на месте.

— Убрать одно?

Предложение Ху Цзя и впрямь не приходило ему в голову, и в теории оно действительно было осуществимо. Но пойти на такое значило лишиться либо «Беспричинной причины», либо «Предрешённого следствия».

— Нельзя, — Линь Цие покачал головой. — Причина и следствие изначально едины. Если уничтожить хоть одно из них, целостность будет утрачена...

— Господин Линь, не «уничтожить», а «убрать», — со всей серьёзностью возразил Ху Цзя. — Я могу отделить часть вашего духовного мира, позволив ей существовать отдельно от вашего тела. А когда ваш духовный мир окрепнет настолько, чтобы вместить их оба, вы просто заберёте её обратно.

Линь Цие нахмурился, ничего не отвечая.

И причина, и следствие зародились благодаря ему, и расставаться ни с одним из них он, разумеется, не желал. К тому же они были напрямую связаны с его замыслами и приготовлениями к будущему, в которых нельзя было допустить ни единого просчёта.

— Об этом... поговорим позже.

Ху Цзя и Линь Цие вернулись из духовного мира. Стол к тому времени уже был уставлен фруктами и сладостями; подперев щёку рукой, Хлоя с любопытством разглядывала сидевшего напротив Ху Цзя:

— И впрямь необычная способность...

— Брат Цие, только что передали весть: завтра господин хоу закончит со всеми делами и вернётся, — сказал вошедший в комнату У Цюань.

Линь Цие кивнул:

— Когда господин хоу вернётся, настанет пора и нам отправляться в путь.

— Отправляться? Похоже, у тебя уже есть планы? — Глаза Хлои загорелись. — Куда мы отправимся? Что будем делать?

— Завтра сама всё узнаешь.

...

За стенами Чанъаня.

Сквозь клубы взметнувшейся пыли вынеслись два быстрых скакуна. Закованные в доспехи Хо Цюйбин и Чжань Юйу осадили коней под недавно возведённой городской стеной Чанъаня; лица обоих выражали глубокую усталость.

Навстречу им из города вышел Янь Чжун, словно поджидавший их уже долгое время. С улыбкой поклонившись, он произнёс:

— Господин хоу, всё готово.

— Всё ещё «господин хоу»? Пора бы называть его главой Палаты, — отерев пыль с лица, усмехнулся Чжань Юйу.

— Да что ты понимаешь, неотёсанный вояка? Разве «господин хоу» звучит не куда внушительнее, чем «глава Палаты»? — Янь Чжун гордо расправил плечи. — В Палате усмирения нечисти могут сменяться поколения глав, но господин хоу навсегда останется один!

К подобной витиеватой лести Янь Чжуна Хо Цюйбин, казалось, давно привык. Он проворно спешился; лицо его было сосредоточенным и хмурым.

— Господин хоу, что-то стряслось? Возникли трудности с выбором места для Палаты усмирения нечисти? — Янь Чжун чутко уловил перемену в его настроении.

— Нет, с местом всё прошло гладко... — покачал головой Хо Цюйбин. — Подробности потом. Где Линь Цие?

— Он вместе с отобранными за эти дни людьми для Палаты усмирения нечисти уже ждёт в усадьбе. Вот их список и краткие сведения о каждом. Не желаете просмотреть ещё раз, господин хоу?

— Не нужно. Людям, которых выбрал Линь Цие, я доверяю.

— Слушаюсь. Тогда прошу господина хоу переодеться и пройти в усадьбу — новички уже заждались вас.

Хо Цюйбин отозвался согласием и последовал за Янь Чжуном в город, чтобы переодеться: сегодня ему как главе Палаты предстояло впервые предстать перед подчинёнными, и оставаться в запылённых доспехах было не к лицу. Вскоре он впервые за долгое время облачился в парадное одеяние хоу чёрно-золотого цвета, скрадывающее воинственную стать, прикрепил к поясу пайцзу главы Палаты усмирения нечисти и неспешно вышел из покоев.

— Господин хоу поистине несравненен... — глядя на статного молодого полководца, не удержался от вздоха восхищения Янь Чжун. — Если бы однажды господин хоу объявил, что собирается жениться, девицы, желающие упасть в ваши объятия, заполнили бы весь Чанъань!

Хо Цюйбин пропустил эти слова мимо ушей и, оправив одежду, спросил:

— А где Гунъян Вань?

— Всё ещё под домашним арестом на прежнем месте, — улыбка Янь Чжуна угасла, и он заговорил серьёзным, низким голосом: — Господин хоу, быть может, воспользоваться случаем и казнить Гунъян Вань, чтобы утвердить ваш авторитет?

Хо Цюйбин помолчал мгновение и всё же произнёс:

— Приведите её тоже.

— Слушаюсь.

Хоть Янь Чжун и не понимал замысла Хо Цюйбина, но всё же сделал, как велено. Вскоре несколько солдат привели Гунъян Вань.

Она всё так же была одета в грязное тюремное рубище. Заметив перед собой Хо Цюйбина в парадном одеянии хоу, Гунъян Вань холодно усмехнулась:

— Что, продержал меня до этой поры и наконец решил прикончить?

Хо Цюйбин ничего не ответил. Скользнув взглядом по неопрятной Гунъян Вань, он спокойно велел:

— Ступайте, переоденьте её тоже.