Глава 1657. Я… тоже ненастоящая?

Грохот! Грохот! Грохот! —

Тёмно-фиолетовые молнии безумными змеями метались по небу, и жаркие вспышки взрывов от столкновений двух силуэтов раз за разом озаряли ночной небосвод.

В Чанъани бесчисленные простолюдины, пережившие бедствие, при виде этих двоих, сходившихся в схватке подобно божествам, падали на колени и непрестанно били поклоны.

— Зловещая звезда в зените, нечисть бесчинствует, а сегодня кровь залила Чанъань... Что же творится с этим миром?!

— Мы прогневали богов... Мы прогневали богов!

— Господин хоу, защити нас, господин хоу, спаси...

— ...

Во дворце император У-ди смотрел на две фигуры под ночным небом, что в смертельной схватке повелевали божественными чудесами, и застыл неподвижно, точно изваяние.

Спустя неизвестно сколько времени император У-ди пробормотал:

— Я знал, что мощь Гуаньцзюнь-хоу превосходит всякое воображение, но и подумать не мог, что он способен зайти настолько далеко...

— Божественная сила Гуаньцзюнь-хоу столь велика... Чем же он отличается от богов?

Евнух Ли помедлил и с беспомощной усмешкой отозвался:

— Боюсь, ничем.

Император У-ди долго молчал. На его лице проступила горечь:

— Прежде я ещё опасался, что Палата усмирения нечисти выйдет из-под моего контроля и станет угрозой... Теперь же вижу: если бы Гуаньцзюнь-хоу действительно задумал мятеж, весь мой двор не выстоял бы и против одного его пальца...

— Коль скоро так, властен я над Палатой усмирения нечисти или нет — какой в этом смысл?

Евнух Ли улыбнулся:

— Беззаветная преданность Гуаньцзюнь-хоу известна всем в Поднебесной. К чему Вашему Величеству подобные тревоги?

Император У-ди едва заметно покачал головой, в последний раз бросил взгляд на две бьющиеся в небе фигуры, развернулся и зашагал прямиком в покои дворца.

— Ли Ин, подай кисть.

...

Бум! —

Один из силуэтов пушечным ядром рухнул с неба, с оглушительным грохотом врезавшись в землю. Следом с вышины низверглась яростная молния, и бушующие вспышки в мгновение ока поглотили эту фигуру.

Покрытая пылью ладонь показалась из клубов дыма и взмахом рассекла воздух, силой пробив брешь в бушующих молниях. Сжимая в руке копьё, оттуда медленно вышел Хо Цюйбин в доспехах — его латы были разбиты и растерзаны.

Хо Цюйбин в халате с обнажённым торсом плавно опустился на землю. Под действием «Алой крови императора» рана на его спине, оставленная «Стирающим жизнь сверкающим полумесяцем», временно перестала кровоточить и больше не сковывала движений.

— Не будь я ранен прежде, ты бы уже давно потерпел поражение от моих рук... Теперь же, когда мы оба находимся под действием «Алой крови императора», как тебе, подделке, тягаться со мной? — глухо произнёс Хо Цюйбин в халате.

— Стоишь на краю могилы, а всё хорохоришься, — холодно усмехнулся Хо Цюйбин в доспехах. — Даже если твоя мощь сейчас на волосок превосходит мою, ты платишь куда более высокую цену... На сколько ещё твоего срока жизни хватит, чтобы поддерживать «Алую кровь императора»?

— Чтобы убить тебя — хватит.

Хо Цюйбин в халате с силой метнул копьё. Подстёгнутое силой подчинения, оно в то же мгновение преодолело звуковой барьер с оглушительным хлопком, разрывая в клочья саму землю под собой!

Хо Цюйбин в доспехах прищурился и надавил ладонью на воздух навстречу летящему копью. Та же сила подчинения обрушилась на древко в противоположном направлении, силой заставив его замереть в воздухе. Копьё зависло между ними, бешено вращаясь, а по его поверхности заплясали плотные электрические дуги.

Внезапно дыхание Хо Цюйбина в доспехах сбилось. Улучив эту брешь, копьё со свистом пробило его плечо, оставив зияющую кровавую рану!

Зрачки Хо Цюйбина в доспехах судорожно сузились. Он метнулся на несколько шагов назад и в сторону, глядя на своё плечо взглядом, полным неверия.

— Что ты сделал? Почему моя «Алая кровь императора» теряет устойчивость?

— Я ничего не делал, — Хо Цюйбин в халате поднял правую руку, уверенно перехватив вернувшееся вращающееся копьё, и неторопливо ответил: — Твоя «Алая кровь императора» нестабильна просто потому, что твой срок жизни подходит к концу.

— Нет! У меня должен оставаться ещё год жизни, как он мог иссякнуть так быстро?!

— Год? Это у меня, — медленно произнёс Хо Цюйбин в халате. — А ты... ты всего лишь созданная из ивовой ветви подделка. Твой срок жизни, естественно, ничтожно краток. Стоило нам обоим задействовать «Алую кровь императора», как твоего срока жизни попросту не хватило надолго.

— Я... подделка?!

Хо Цюйбин в доспехах оцепенел. Он ошеломлённо смотрел на своё бледнеющее тело, и в его глазах появилось смятение:

— Я... как я могу быть подделкой?.. Я же совершенно точно...

Лязг! —

Копьё Хо Цюйбина в доспехах со звоном упало на землю. Аура вокруг него стремительно угасала. Срок жизни иссяк, действие «Алой крови императора» оборвалось, и его огонь жизни в одно мгновение стал едва различим.

— Я же сказал: подделка остаётся подделкой. Тебе... никогда меня не заменить.

Хо Цюйбин в халате с копьём в руке не спеша подошёл к Хо Цюйбину в доспехах. Пляшущие электрические дуги стремительно сгустились на острие копья, и вокруг разлилась сокрушительная аура уничтожения.

Выражение лица Хо Цюйбина в доспехах сменилось с неверия и растерянности на горькие сомнения в самом себе... Глядя на приближающегося Хо Цюйбина, он замер на долгое время и наконец тяжело вздохнул.

— Вот оно как... Значит, вот оно как.

— Ты моя подделка. Теперь ты должен понимать, что тебе следует сделать, — Хо Цюйбин в халате пристально посмотрел в его глаза. — Хочешь сказать что-нибудь напоследок?

Хо Цюйбин в доспехах на миг задумался и беспомощно покачал головой:

— Нет. В моей памяти ничего не осталось. Та тварь способна искажать восприятие и наверняка стёрла всё, что связано с Ней... Пока Она не лишила меня рассудка, покончи со мной. Быстрее.

Хо Цюйбин в халате, казалось, ничуть не удивился такому ответу. Он кивнул, и копьё в его руках в то же мгновение пронзило грудь Хо Цюйбина в доспехах!

Хо Цюйбин в доспехах даже не пытался сопротивляться. Он стоял неподвижно, пронзённый насквозь, пока алая кровь стекала по губам. Его взгляд был прикован к лицу, в точности повторявшему его собственное, и в глазах промелькнуло чувство вины:

— Прости...

С этими словами последняя искра жизни в Хо Цюйбине в доспехах окончательно угасла. Бездыханное тело глухо повалилось на землю, и когда вокруг растеклась лужа крови, наружу проступила ивовая ветвь, усеянная глазными яблоками.

Хо Цюйбин со сложным чувством посмотрел на мёртвую ивовую ветвь. Он развеял «Алую кровь императора», и его тут же захлестнула небывалая слабость!

Опираясь на копьё, он с трудом удержался на ногах. Лицо его было бледным как полотно.

Его срок жизни и без того подходил к концу, а теперь, после вынужденного применения «Алой крови императора», сократился ещё сильнее... Он чувствовал: его времени почти не осталось.

— Как такое возможно...

Раздался голос издалека. Только что подоспевшая Гунъян Вань смотрела на мёртвую ивовую ветвь на земле, и её взгляд был полон потрясения:

— Он был ненастоящим... а ты настоящий? Но как такое возможно? Я ведь собственными глазами видела...

Не договорив, она словно что-то осознала, оцепенело повернула голову к Хо Цюйбину, подняла руку и указала на себя:

— Моё восприятие было искажено... Я... тоже ненастоящая?