Глава 1650. Радужное сияние над городом

— Это... — глаза Гунъян Вань загорелись ещё ярче.

— Ты... подчинила её себе? — удивлённо спросил Линь Цие, заметив, что её тело не вышло из-под контроля.

— Я так и знала, у меня обязательно получится! — расхохоталась Гунъян Вань, но на полуслове её смех оборвался, а лицо застыло. — Никакой новой способности менять облик? Гу покорности тоже никуда не делся... Проклятье! И зачем мне тогда сдалась эта рука?!

Гунъян Вань пошла на смертельный риск и проглотила ивовую ветвь лишь в надежде обрести лавкрафтовскую силу и вырваться из-под контроля Хо Цюйбина. Но теперь она не только не получила никаких способностей, но ещё и превратилась в этакое получеловека-получудовище. В чём же тогда был смысл её риска?

Выражение лица Гунъян Вань сменилось несколько раз, но в конце концов она с мрачным видом вновь принялась разглядывать омерзительную руку из ивовых веток.

— Проиграла так проиграла... По крайней мере, выглядит достаточно устрашающе, — холодно хмыкнула она.

Поразительная душевная стойкость Гунъян Вань ошеломила Линь Цие и У Цюаня. Поставь обычный человек свою жизнь на кон в столь безумной игре и получи взамен лишь омерзительную руку, он наверняка в тот же миг сорвался бы и впал в отчаяние. Она же смогла мгновенно успокоиться и невозмутимо принять реальность...

Гунъян Вань оказалась куда сильнее, чем Линь Цие себе представлял... как по своим способностям, так и по силе духа.

— Ты точно не чувствуешь ничего дурного? — нахмурившись, спросил Линь Цие. — Не слышишь голосов над самым ухом? Нет ли необъяснимого раздражения? Тело не чешется, будто изнутри пытается что-то пробиться наружу?

— Нет, — с досадой отмахнулась Гунъян Вань.

Вот теперь Линь Цие окончательно зашёл в тупик... Он столько раз сталкивался с мифами Ктулху, но чтобы после столь близкого контакта с лавкрафтовским существом человек не подвергся мутации — такое он видел впервые. Судя по известным свойствам всего лавкрафтовского, подобное было попросту невозможно.

К тому же в современности облик Гунъян Вань ничем не напоминал нынешнее жуткое зрелище... Неужели впоследствии она нашла способ скрыть эту руку?

— Вы кто такие?! — пока троица переговаривалась, издалека донёсся громогласный окрик.

Линь Цие обернулся: к ним стремительно приближались несколько фигур в доспехах, сжимавших окровавленное оружие.

Линь Цие нахмурился и уже собрался заговорить, как стоявшая рядом Гунъян Вань вдруг удивлённо протянула:

— Странно...

— Что такое?

— Почему внутри их тел сплелись ивовые ветви? — прищурилась Гунъян Вань и указала правой рукой на лежавшие у её ног трупы из веток. — В точности как у этих.

Линь Цие сперва замер, но затем его словно озарило, и он резко посмотрел на её сплетённую из веток руку с глазом на конце!

— Ты... видишь их основное тело?

Эти доспехи Линь Цие узнал: судя по всему, то были солдаты экспедиционной армии, вошедшие во дворец вместе с господином хоу. Если снаружи все оказались подделками, то и эти фигуры перед ними с огромной вероятностью были фальшивками... А Гунъян Вань с одного взгляда распознала их основное тело?

Неужели именно эту способность она обрела, проглотив ивовую ветвь?

— У Цюань, — позвал Линь Цие.

— Слушаюсь!

У Цюань взмахнул рукой, и несколько брошенных на землю клинков мгновенно взмыли в воздух, насквозь пронзив тела бегущих солдат.

С истошными воплями те один за другим повалились на землю, а миг спустя и впрямь обратились в сплетения ивовых веток!

При виде этого глаза Линь Цие блеснули. Сейчас главная беда заключалась в том, что они не могли отличить настоящих людей от занявших их место подделок. Простых горожан, которых успели подменить, уже перебила Хлоя, но как быть с остальными?

Чжань Юйу, Янь Чжун, У Цюань и даже сам Хо Цюйбин... Как распознать, кто из них подлинный, а кто фальшивка?

Но раз уж Гунъян Вань по счастливой случайности получила такую способность, все трудности разрешатся сами собой! В этом крылась их надежда переломить гибельный расклад!

Тем временем Гунъян Вань, похоже, тоже осознала собственную исключительность. Она взглянула на уродливую руку из прутьев и слегка прищурилась:

— Любопытно...

— Похоже, теперь я единственная, кто способен отличить настоящих от подделок... — повернулась она к Линь Цие с улыбкой на губах. — Может, в таком случае обсудим условия?

— Каких условий ты хочешь?

— Я помогу вам выявить всех чудовищ-самозванцев, а Хо Цюйбин за это извлечёт из меня гу покорности... Как тебе?

— В этом я не властен решать за господина хоу, — помолчав немного, ответил Линь Цие. — Однако я могу попытаться убедить его, хоть и не ручаюсь за исход... Впрочем, если ты окажешь Великой Хань столь великую услугу, зная прямодушие господина хоу и его привычку справедливо воздавать по заслугам, он вряд ли откажет.

— По рукам!

— Только не вздумай хитрить при опознании, — кивнув, добавил Линь Цие спустя миг. — Правда это или ложь — трупы докажут сами... И если я замечу, что ты пытаешься исказить истину, я первым убью тебя.

— Будь спокоен, до такого я не опущусь, — невозмутимо отозвалась Гунъян Вань.

Линь Цие уже сделал шаг, собираясь уйти, но его нога замерла в воздухе. Поколебавшись мгновение, он всё же указал на стоящего за спиной У Цюаня:

— Он ведь не подделка... верно?

Гунъян Вань повернулась к У Цюаню. Глазное яблоко, выросшее на конце сплетённой из прутьев руки, уставилось на него в упор.

Она слегка прищурилась и спустя пару мгновений кивнула:

— Угу, не подделка.

...

За стенами императорского дворца.

— Госпожа Святая дева, вы наконец вернулись!

Увидев, как знакомый силуэт переступает порог постоялого двора, миссионеры поднялись на ноги, и лица их озарились радостью!

— Госпожа Святая дева, вы не ранены?

— Что ты несёшь! Госпожа — посланница Господа, разве может она пострадать?

— Госпожа Святая дева, мятежники снаружи... все перебиты?

— Да, со всеми покончено, — едва заметно кивнула Хлоя, войдя в дом в окружении миссионеров.

Она подошла к деревянному стулу у окна, опустилась на него и глубоко вздохнула. С тех пор как она покинула Господа и пришла в мир смертных нести веру, ей впервые довелось убить стольких... И хотя она понимала, что все они были лишь подделками, в которых обратились чудовища, на душе всё равно оставался неприятный осадок.

Один из миссионеров принёс таз с горячей водой, осторожно поставил рядом с ней и уже собирался что-то сказать, но, краем глаза взглянув в окно, остолбенел.

— Госпожа Святая дева... что это там?

Хлоя вскинула бровь и посмотрела туда, куда он указывал. Там, под сумрачным небом, посреди пустоши за стенами Чанъаня, медленно надвигалась исполинская пелена тумана...

Завеса этого тумана была колоссальных размеров: под ночным небом она походила на сияющее переливами красок благовещее облако, озаряя чернеющий небосвод призрачным радужным светом. Бесчисленные простолюдины, уцелевшие в бедствии, завидев это зрелище, замирали на месте и, словно узрев явленное свыше чудо, падали на колени и отвешивали поклоны!

— Это же... — зрачки Хлои едва заметно сузились.