Глава 1648. Вечерний ветер, прошу, убей

В Чанъани.

— С этими разберусь я, а ты займись остальными подменышами.

Взгляд Хлои скользнул по изувеченным руинам. Бесчисленные воины все так же безумно растекались по улицам, а зарево пожаров заливало ночное небо, превращая ночь в день.

— Их больше тридцати тысяч, и они рассеялись по всем улицам Чанъани. Ты точно справишься одна? — нахмурившись, спросил Линь Цие.

Хлоя бросила на него взгляд. Огненно-рыжие волосы слегка колыхались на ветру. Девушка усмехнулась:

— Подумаешь, тридцать тысяч… Не стоит недооценивать посланницу Господа.

Линь Цие не стал больше ничего говорить. Его силуэт качнулся, и он стремительно рванул в сторону императорского дворца.

Легко оттолкнувшись, Хлоя взмыла в воздух и плавно опустилась на изломанный карниз полуразрушенной крыши. Она окинула взглядом окрестности: десятки тысяч подмененных солдат накатывали на Чанъань подобно бурному приливу, и со всех сторон доносились истошные вопли и вой.

Хлоя глубоко вдохнула. В ее глазах блеснул огонек, и она медленно подняла палец к ночному небу:

— Вечерний ветер, прошу, убей.

Едва сорвались эти слова, как воздух у кончика ее пальца резко исказился. Тончайшее, толщиной меньше миллиметра лезвие ветра со свистом вырвалось в ночную тьму, издав пронзительный визг!

Мчась над улицей, ветряной клинок в мгновение ока разделился надвое, из двух стало четыре, из четырех — восемь… Под ночным небом они множились с поразительной быстротой: тонкие и прозрачные, даже разделившись на тысячи и десятки тысяч, они оставались совершенно невидимыми для простого глаза!

Словно наделенные зрением, эти лезвия ветра брызнули во все стороны, и их резкий свист тут же привлек внимание всех, кто находился в городе.

— Что это?

Один из воинов с факелом в руке вскинул голову к небу, но, кроме непроглядной ночной тьмы, ничего не увидел.

— Вон туда побежали мелкие твари! Перехватите их! — в сотнях метров от него закричал другой солдат, свалив одним ударом клинка отчаянно сопротивлявшегося мужчину.

Пока мужчина отвлекал нападавшего, несколько маленьких детей в ужасе выскочили из пылающего дома и, заливаясь слезами, бросились в противоположный конец улицы.

Воин с факелом прищурился. Небрежно швырнув факел в соседний дом, он выхватил клинок и, уставившись на плачущих бегущих сюда детей, со всех ног бросился вперед!

*Вжу-у-ух!..*

Пронзительный свист разорвал воздух за его спиной, в то же мгновение обогнал его и стал удаляться… Опешивший воин замер. Он хотел обернуться назад, но взгляд его неудержимо пополз вниз, пока голова с глухим стуком не шлепнулась оземь.

Сознание угасало. Один глаз уткнулся в землю, другим же он видел, как обезглавленное тело со сжатым в руке клинком бездумно застыло на месте.

«Это… я?»

Едва эта мысль мелькнула в голове, как зрачки окончательно остекленели. Обезглавленный труп простоял неподвижно еще мгновение и тяжело повалился на землю.

Несущиеся без оглядки дети остолбенели. Резкий свист пронесся над самыми их ушами, и в следующий миг голова гнавшегося за ними солдата взмыла ввысь и со стуком покатилась по брусчатке.

Все произошло слишком быстро. Не прошло и двух секунд, как одно-единственное лезвие ветра пронеслось по улицам на несколько ли, и головы сотен солдат взлетали одна за другой,

словно алые одуванчики, подхваченные нежным вечерним ветром.

И подобное зрелище разворачивалось на каждой улице Чанъани…

Тридцатитысячное войско было истреблено в одно мгновение!

В этот миг перед высочайшим дворцом императорского комплекса фигура в императорском облачении смотрела на кружащие над городом кровавые одуванчики, и глаза ее слегка сузились.

Император У-ди долго стоял перед чертогом в молчании, с нечитаемым, сложным выражением лица:

— Ли Ин.

— Старый раб слушает, — евнух Ли тотчас шагнул вперед и с почтением склонил голову.

— Скажи мне… неужели в этом мире и впрямь есть те, кто способен обладать силой творить подобные чудеса?

Евнух Ли на мгновение опешил, а затем неторопливо ответил:

— Обладает ли кто-то силой творить чудеса, старому рабу неведомо… Но старый раб знает одно: если хочешь обуздать стаю свирепых волков, среди них должен появиться вожак.

Император У-ди смотрел на объятую кровью и пламенем Чанъань, и брови его сошлись на переносице.

……

Линь Цие стремительно мчался по улицам. Киноварные стены дворца надвигались все ближе.

В этот момент сбоку донесся знакомый голос:

— Брат Цие!

Линь Цие резко остановился и оглянулся: с противоположной стороны улицы к нему торопливо бежал У Цюань.

Увидев У Цюаня, Линь Цие первым делом инстинктивно отступил на полшага назад и нахмурился:

— Что ты здесь делаешь?

— Мы ждали тебя в доме танцовщиц и пили чай. Близился комендантский час, так что мы просто нашли первое попавшееся место для ночлега. Кто ж знал, что снаружи вдруг начнется такой хаос? — с мрачным лицом произнес У Цюань. — Я взлетел в воздух и как раз увидел, что ты, брат Цие, направляешься к дворцовым воротам, вот и поспешил к тебе.

— А Янь Чжун?

— Когда он увидел доспехи солдат, которые убивали людей, у него лицо переменилось. Он сломя голову бросился прочь, и я не знаю, куда он побежал.

Глядя на У Цюаня, который спокойно все излагал, Линь Цие не только не ослабил бдительность, но, напротив, принялся пристально его разглядывать.

Судя по тому, что ему было известно, даже созданные туманом фальшивки мыслили и вели себя точь-в-точь как настоящие люди — изъяна почти нельзя было заметить. К тому же Алая звезда, по всей видимости, могла изменять их восприятие и тем самым управлять их действиями.

Так было и с тридцатитысячным войском снаружи: днем они вели себя как ни в чем не бывало, но стоило ночью вспыхнуть свету Алой звезды, как они приняли простых жителей за чудовищ и пошли вырезать город. Сейчас отличить настоящих солдат от поддельных было легко по их поведению, однако с У Цюанем все обстояло иначе.

У Цюань тоже побывал в радужной дымке. Пусть пока он не совершал ничего безумного, одно это еще не снимало с него подозрений.

Иными словами, пока Линь Цие не вонзит клинок в сердце У Цюаня и не превратит того в труп, невозможно наверняка понять, перед ним настоящий юноша или занявшее его место лавкрафтовское существо.

— Брат Цие? — У Цюань, заметив странное выражение лица Линь Цие, недоуменно спросил: — Что с тобой?

— Кем ты меня видишь?

Услышав этот вопрос, У Цюань растерянно захлопал глазами. Он помедлил и неуверенно протянул:

— Ты… э-э… начальник Линь? Старший? Брат?

— Я имею в виду: я человек или лавкрафтовское существо?

— Брат Цие, о чем ты? С чего бы тебе быть лавкрафтовским существом? Твой же двойник уже мертв!

Линь Цие немного расслабился, но бдительность до конца не потерял. Он не знал, способна ли Алая звезда по своей воле искажать восприятие подделок в любой момент. Что, если ответ У Цюаня был лишь притворством? Или восприятие фальшивки изменится чуть позже?

— …Ничего.

Линь Цие немного подумал:

— Мне нужно попасть внутрь императорского дворца, идем со мной.

— Хорошо, — без малейших колебаний согласился У Цюань.

Линь Цие, само собой, не мог просто так взять и убить У Цюаня. Одно дело, если бы он убил фальшивку, но если перед ним настоящий У Цюань… Словом, Линь Цие не имел права рисковать его жизнью.

Сейчас лучшим выходом было держать У Цюаня рядом. Если парень окажется подделкой, Линь Цие достаточно будет время от времени подставляться, и тот рано или поздно не выдержит и нападет сам.