Приближающиеся звёзды

— Брат Цие, кто он?

Поодаль У Цюань смотрел в спину едущему впереди верхом Хо Цюйбину и не удержался от вопроса.

— Хо Цюйбин.

— Тот самый... Хо Цюйбин, совершивший жертвоприношение на горе Ланцзюйсюй? — изумился У Цюань. — Но почему я чувствую от него ауру «Властвующего императора»?

— Он изначально обладал «Властвующим императором» и был самым первым в истории Великой Ся мастером, пробившимся к Пределу человечества, — объяснил Линь Цие. — К тому же именно он — древнейший основатель Ночных стражей.

Линь Цие перевёл взгляд на спину Хо Цюйбина. Недавние слова полководца вновь зазвучали у него в ушах, и выражение его лица стало сложным.

Хотя «Властвующий император» позволял в кратчайшие сроки достичь устрашающей мощи, цена за это была непомерна. Хо Цюйбин не говорил, сколько ему ещё осталось жить, однако, судя по скрытой спешке в его взгляде, дни этого Гуаньцзюнь-хоу были сочтены.

Услышав череду столь громких званий, У Цюань поражённо закивал, но тут же о чём-то вспомнил:

— Кстати... это ведь Западная Хань? Почему они не говорят на древнем языке?

Линь Цие оглянулся на пятнадцатилетнего подростка и с лёгкой улыбкой пояснил:

— Все эти книжные обороты вроде «чжи-ху-чжэ-е» — лишь письменный язык, лаконичный стиль, которым древние пользовались исключительно для хроник и документов. В повседневном же общении они говорили на разговорном языке. Однако разговорная речь очень подвержена изменениям во времени и на разных землях. Возьми, к примеру, современную Великую Ся: сколько в ней диалектов? Да и в девятнадцатом веке жители Великой Ся говорили совсем иначе, чем наши современники.

Если даже сотня лет порождает такую колоссальную разницу, представь, что было бы, записывай они всё разговорной речью сквозь тысячи лет: для нас это было бы сущей абракадаброй. Лишь благодаря устойчивому письменному стилю потомки до сих пор способны читать древние летописи.

У Цюань понимающе закивал.

Но затем он снова озадачился и с недоумением спросил:

— Брат Цие, но ты ведь сам сказал, что разговорный язык со временем сильно меняется? От Западной Хань до нашего времени больше двух тысяч лет, так почему мне кажется, что они говорят почти так же, как и мы?

Услышав это, Линь Цие внезапно замер на месте.

А ведь верно... Почему манера речи людей этой эпохи так похожа на современную? Даже если отбросить диалекты разных краёв, одна лишь временная пропасть в две тысячи лет должна была сделать речь жителей Западной Хань совершенно иной, не похожей на современную.

До того как проснулся У Цюань, Линь Цие даже не задумывался об этом. Он считал, что всё дело в магическом круге языков, который Мерлин когда-то запечатлел в глубинах его души, отчего он и понимал жителей Западной Хань без малейших преград... Но почему тогда У Цюань тоже прекрасно их понимает?

Линь Цие нахмурился и долго ломал голову, но ответа так и не нашёл... В конце концов, он не был учёным, поэтому оставалось лишь пока отложить этот вопрос в сторону.

Армейский строй продвигался по бесплодным землям. Поскольку большинство воинов шло пешком, скорость была невелика. Линь Цие не знал, где именно они находятся, видя лишь, как солнце постепенно клонится к западу; казалось, они уже ушли далеко от пустыни.

У Цюань ехал позади Линь Цие верхом, то и дело засыпая, и окончательно очнулся, только когда войско впереди внезапно встало.

— Почему остановились? — У Цюань взглянул на небо: вроде бы было ещё рано.

Линь Цие ничего не ответил. Спустя некоторое время к нему подъехал верхом военачальник и уважительно произнёс:

— Господин, господин хоу просит вас подойти.

Линь Цие вскинул бровь и кивнул:

— Хорошо, я понял.

Обернувшись и бросив У Цюаню пару напутственных слов, Линь Цие направился в голову строя. Там собрались Хо Цюйбин, Чжань Юйу, Янь Чжун и ещё несколько командиров. Лица у всех были мрачными.

— Без клыков чёрного пса сила формации изгнания нечисти ослабнет больше чем наполовину... А ведь нечисть с каждым днём свирепствует всё сильнее! Если разобьём лагерь в глуши, это будет всё равно что сунуться прямо тигру в пасть! — поглаживая длинную бороду, с глубокой тревогой произнёс старый военачальник.

— А что ещё делать? До ближайшего города десятки ли, да и доберись мы туда ночью, тридцати тысячам воинов всё равно не войти за стены. Пока мы в открытом поле, опасности не избежать.

— Разведчики, посланные в ближайший город, уже вернулись. У них там тоже нет клыков чёрных псов...

Все разом умолкли.

— Сколько дней пути нам осталось до Чанъаня? — неожиданно нарушил молчание Хо Цюйбин.

— Докладываю господину хоу: как минимум пять дней, — ответил Янь Чжун.

— Пять дней... — Хо Цюйбин посмотрел на темнеющее небо и слегка нахмурил брови. — А если идти день и ночь без отдыха?

— День и ночь? Господин хоу, по ночам ведь рыщет несметное число нечисти! — предостерёг один из военачальников.

Хо Цюйбин ничего не ответил — лишь молча и нахмурившись смотрел на Янь Чжуна.

— Если идти день и ночь, на полной скорости, без сна и отдыха... мы доберёмся до Чанъаня за три с половиной дня.

— А если бросить семь десятых обоза?

При этих словах все командиры переменились в лице:

— Господин хоу, что вы задумали? Нечисть опасна, но стоит ли настолько спешить в Чанъань?

— Янь Чжун.

— Если бросить семь десятых обоза... за два дня дойдём до Чанъаня! — стиснув зубы, ответил Янь Чжун.

Хо Цюйбин кивнул:

— Передайте приказ: бросить на месте семь десятых обоза и немедленно выступать на предельной скорости! Мы обязаны прибыть в Чанъань до наступления третьей ночи!

— Есть! — без малейших колебаний отозвался Чжань Юйу и тут же развернулся, чтобы передать приказ войску.

Остальные военачальники замерли на месте, совершенно не понимая, к чему Хо Цюйбину такая бешеная спешка.

— Господин хоу, а как же формация изгнания нечисти?..

— Разворачивайте. Даже без клыков чёрного пса остальное принесёт хоть какую-то пользу, — Хо Цюйбин повернулся ко всем. — Как только войско тронется: Янь Чжун, ты встанешь во главе западного крыла. Сунцин возглавит восточное. Юйу с передовым отрядом пойдёт расчищать путь. Сам я поведу центр. Что же до арьергарда...

Взгляд Хо Цюйбина упал на Линь Цие, и он спросил, предлагая выбор:

— Линь Цие, не согласишься ли ты прикрыть тыл вместо меня, чтобы нечисть не ударила нам в спину? Если возьмёшься, по возвращении в Чанъань я лично испрошу для тебя щедрую награду.

Все взгляды тут же скрестились на Линь Цие. За исключением Янь Чжуна, остальные командиры не смогли скрыть изумления: они знали, что господин хоу привёз из уезда Сюэ некоего юношу, но и помыслить не могли, что хоу окажет ему столь высокое доверие.

Хвост колонны был самым уязвимым и опасным местом, и то, что господин хоу поручил его защиту Линь Цие, говорило о безоговорочном признании его силы.

Линь Цие нисколько не колебался и кивнул:

— Без проблем.

Услышав ответ Линь Цие, Хо Цюйбин заметно расслабился. Он быстро отдал ещё несколько распоряжений, после чего Линь Цие сразу направил коня в хвост войска.

Последние лучи угасающего солнца растаяли, и мир погрузился во тьму. Линь Цие ехал верхом, глядя на звёздное небо. Его брови сдвигались всё сильнее, и наконец он неуверенно произнёс:

— ...Эти алые звёзды... не стали ли они ближе, чем вчера?