Глава 1627. Зловещие звёзды в зените, близится гибель

Раны У Цюаня оказались ещё тяжелее, чем предполагал Линь Цие.

Он сидел в лечебнице и смотрел, как помощники лекаря вправляют юноше кости, наносят снадобья и накладывают повязки. Суматоха продолжалась до самых сумерек, и лишь когда возглавлявший их старик утёр пот со лба и опустился на стул, Линь Цие шагнул к нему.

— Как он?

— Раны у этого юноши весьма странные: не похоже на увечья от удара при падении, но и на ранения от схватки тоже не походит… Кости я вправил, на самые опасные раны наложил снадобья. Если обеспечить ему должный покой, вовремя менять повязки и какое-то время поить восстанавливающими отварами, он поправится.

— Какое-то время — это сколько?

— Повредишь кости да жилы — лечись сто дней. А с такими ранами ему придётся не меньше полугода провести в постели, прежде чем он полностью поправится.

Полгода?

Услышав этот ответ, Линь Цие нахмурился… Полгода постельного режима, снадобий и покоя? Разве это не значит, что им придётся оставаться здесь целых полгода?

Нет. Он до сих пор не знал, почему они вообще угодили в эту эпоху, и уж тем более не представлял, как вернуться назад. Перед Линь Цие стояло слишком много загадок, а в его родном времени ждало бесчисленное множество дел — разве мог он со спокойной душой оставаться здесь полгода?

Оставить У Цюаня одного он тоже не мог: денег у них не было, надёжного человека, способного присмотреть за юношей, — тоже. Это было слишком опасно.

Пока Линь Цие терзался сомнениями, один из учеников принёс несколько свёртков с лекарственными травами и робко протянул их ему.

— Уважаемый воин, — осторожно заговорил старик, — старик сделал всё, чтобы помочь этому юноше. Этих трав ему хватит на месяц, а внутрь я вложил рецепт. Если закончатся, возьмёте его и пойдёте в аптечную лавку за новым сбором. Как полагаете… мы теперь можем идти?

Линь Цие окинул взглядом присутствующих. Все они стояли понурив головы, с явным страхом на лицах.

— Уходите. Я останусь здесь на одну ночь, а завтра поутру покину вас, — Линь Цие освободил проход к дверям. — За лечение я расплачусь серебром через пару дней. Не вздумайте поднимать поли… кхм, уездные власти. Сами понимаете, что тогда будет.

— Слушаемся, слушаемся!

Лица людей наконец расслабились. Они один за другим выскочили за дверь, но, взглянув на темнеющее небо, тут же переменились в лице и спешно припустили к своим домам.

— А вы почему не уходите? — спросил Линь Цие, заметив, что пожилой лекарь так и не сдвинулся с места.

— Э-э… так ведь это моя лечебница. Старик живёт прямо здесь.

Он указал на боковую дверь: за ней виднелся тесный дворик, а в глубине — жилая комната.

— Тогда ступайте, — кивнул Линь Цие. — Мы с ним переночуем в приёмной и вас не побеспокоим.

— Уважаемый воин, — старый лекарь уже собрался уходить, но, поколебавшись, всё же обернулся: — Коли ночуете здесь, непременно заприте двери и ставни. И лучше даже свечей не зажигайте. Что бы там снаружи ни шумело, ни в коем случае не открывайте дверь…

— Почему? — вскинул бровь Линь Цие.

— Вы, должно быть, впервые на северо-западном порубежье? — немного растерялся старик.

— …Можно сказать и так.

— Неужто по дороге сюда вы не встречали ничего странного? — нахмурился лекарь. — Нынче ведь зловещие звёзды в зените, близится гибель мира, повсюду бесчинствует нечисть… Днём твари ещё хоть как-то притихают, но ночью снаружи безраздельно властвуют они!

В эти дни люди гибнут что внутри города, что за его стенами. Вы, воин, хоть и наделены недюжинной силой и отвагой, но против нечисти сила может оказаться бесполезной. Так что лучше поберечься.

Услышав столь странные предостережения, Линь Цие слегка нахмурился, не совсем понимая, о чём речь.

Небо темнело всё сильнее. Старик поднял со стола масляный светильник, прикрыл боковую дверь приёмной и, дрожа, заковылял на задний двор.

Хлоп——

Раздался негромкий стук закрывшейся двери, и во всей приёмной лечебницы воцарилась тишина.

Линь Цие подошёл к распахнутым воротам лечебницы и посмотрел по сторонам. Улица, днём полная жизни и гомона, теперь погрузилась в мёртвое безмолвие. В сгущающихся сумерках нигде не было видно ни души. Двери домов по обе стороны дороги были наглухо заперты, окна закрыты ставнями, и, несмотря на наступающую ночь, изнутри не пробивалось ни единого отблеска свечи.

Линь Цие знал, что в древности существовал комендантский час и по ночам на улицах никого не бывало, но нынешняя картина явно выходила за рамки того, что можно объяснить простым комендантским часом.

— «Зловещие звёзды в зените, близится гибель мира, нечисть бесчинствует»?

Линь Цие вполголоса повторил слова старика и поднял голову. В темнеющем ночном небе высоко висели несколько багровых звёзд. Подобно налитым кровью глазам, они сияли столь зловеще, что обычные звёзды вокруг них совершенно померкли.

— Что это? — глядя на алые звёзды, Линь Цие хмурился всё сильнее.

Линь Цие никогда прежде не видел алых звёзд, а в небе современного мира их не существовало и в помине… Что же стряслось в этой эпохе?

Глядя на эти алые звёзды, Линь Цие почувствовал, как в груди зарождается дурное предчувствие.

Он уже собирался закрыть дверь и вернуться в дом, когда краем глаза уловил свет на углу улицы. В древнем городе, неумолимо погружавшемся во мрак, лишь в одном-единственном трактире по-прежнему ярко горели огни.

— Это… — Линь Цие слегка прищурился.

***

— Что?!

— Нет клыков чёрного пса? — помощник полководца в трактире поднялся со своего места и хмуро уставился на начальника уезда.

— Да, господин! Мы весь город обыскали, нигде нет! — с жалкой миной подобострастно залепетал начальник уезда. — Всё остальное ваш покорный слуга нашёл и доставил… но чёрных собак нынче просто не сыскать!

— В таком большом городе нет ни единой чёрной собаки?

— Раньше-то их хватало, но каково нынче положение, господину хоу наверняка и самому ведомо… Нечисть бесчинствует, людей жрёт направо и налево! Самим бы выжить, какое уж тут зверьё? А ежели кто дома собаку держит, так она ж по ночам лает — нечисть прямо к порогу приманивает!

Ещё несколько дней назад горожане сами всех собак забили да в котлах сварили! Теперь не то что в нашем уезде Сюэ — даже если отправитесь в уезд Бянь или куда покрупнее, и там чёрную собаку уже вряд ли найдёте!

Выслушав эти сетования, сидевший за круглым столом Хо Цюйбин слегка нахмурил брови и погрузился в раздумья.

— Господин хоу, видит небо, ваш покорный слуга старался изо всех сил, просто мне и впрямь не под силу…

— Довольно, я всё понял. Ступай, — не дав начальнику уезда продолжить причитания, оборвал его Хо Цюйбин.

Услышав это, начальник уезда почувствовал себя так, словно ему даровали высочайшее помилование. Он поспешно рассыпался в благодарностях и во главе сотни стоявших за ним латников торопливо покинул трактир. Они почти бегом припустили в сторону уездной управы, словно боясь, что их вот-вот настигнет нечто ужасное.

— Господин хоу, без клыков чёрного пса… как же нам теперь быть? — вздохнул помощник полководца.

Сидевшая на коленях в углу пленница холодно усмехнулась:

— Раз не можете собрать всё необходимое, лучше отпустите меня. Таскать меня с собой — лишняя обуза, разве не так?

— Заткнись! Не то прямо сейчас прикончу!

— Неужто? Ну так попробуй, убей!

— Ах ты!..

Стук —!

Тихий стук оборвал перепалку. Хо Цюйбин опустил палочки на стол, неспешно поднялся и подошёл к окну трактира, вглядываясь в скованный тьмою мёртвый город.

— Их становится всё больше… — его брови сдвигались всё сильнее.