Глава 1581. Исключение

— Усмирись!.. — низкий, раскатистый возглас донёсся из вышины над Небесным двором. Пагода пронзила пустоту и в то же мгновение возникла прямо над Хаосом!

Одновременно с этим сияние Зеркала Куньлунь обратилось вспять, отчётливо окутав силуэт Хаоса на ступенях лестницы. Незримая мощь хлынула со всех сторон, намертво сковав его на месте.

Хаос нахмурился и одеревеневшим движением задрал голову к небу. Над облаками высились Нефритовый император и Си Ванму: из их ушей тоже сочилась кровь, а лица были небывало мрачны.

Божественная сила расходилась кругами. Давление двух верховных божественных артефактов наложилось друг на друга и обрушилось на Хаоса, силой увлекая его оцепеневшее тело: в воздухе оно постепенно уменьшалось, затягиваемое к основанию пагоды!

— Жалкая кучка туземных божков... И вы надеетесь меня остановить?

Облик Хаоса в воздухе стремительно исказился, в мгновение ока обратившись в высокого худощавого мужчину с абсолютно чёрной кожей. На массивном золотом уборе и оплечье теснились бесчисленные таинственные знаки — издали он казался древним египетским фараоном.

Его угольно-чёрные глаза скользнули по округе. Сокрушительная, несущая гибель аура сдавила сердца всех богов Великой Ся, кто ещё сохранял рассудок. На губах божества заиграла зловещая усмешка.

В Небесном дворе сейчас не было верховного бога, способного возглавить оборону. Божества послабее лишились чувств от одного лишь недавнего рёва, так что на площади устояли лишь несколько золотых бессмертных, Сунь Укун с остальными да немногие из Пределов человечества.

Ощущая чудовищную ауру, исходившую от Чёрного фараона, все присутствующие помрачнели.

— Этот гад что, хамелеон?! Чего он то и дело меняет облик? — Лу Увэй сорвал расколотый громовым рёвом шлем, тряхнул головой, прочищая затёкшие кровью уши, и громко спросил у Цзо Цина.

— Ньярлатхотепа прозвали Ползучим Хаосом именно потому, что он обожает примерять всевозможные обличья и затаиваться в разных эпохах и мирах... То он свирепый мифический зверь, то древнейший первозданный фараон тысячелетней давности, то безупречно одетый представитель человеческой элиты из наших дней...

Ему нравится в этих обличьях играть людскими сердцами и морочить умы, и каждая такая форма наделяет его особыми способностями.

Цзо Цин крепко сжимал прямой клинок мокрой от пота ладонью. Не сводя немигающего взгляда с древнего чернокожего фараона, он глухо произнёс:

— Хаос отличается от Чёрной Козы, которая искусна лишь в размножении и осквернении. Его мощь по-настоящему чудовищна. Хоть мы и не знаем, сколько сил он успел вернуть, расслабляться нельзя ни на секунду!

Едва прозвучали эти слова, как к небесам устремились снопы божественного сияния. Гуанчэнцзы, Истинный владыка Тайъи, Истинный владыка Юйдин и другие золотые бессмертные ударили сообща: блеск магических сокровищ и божественных артефактов озарил ночной небосвод.

Скованный пагодой и Зеркалом Куньлунь, Хаос невозмутимо смотрел сверху вниз на мчащихся богов. На его лице проступила леденящая улыбка:

— Что ж, прекрасно... Сперва перебью вас всех.

***

Посреди сплошного мрака сознание Линь Цие, точно сорвавшись в бездну океана, непрерывно погружалось всё глубже.

Пустота и мёртвое безмолвие заполняли его разум. Он крепко зажмурил глаза, лицо побелело — казалось, юноша увяз в кошмарном сне.

— Эх-х...

Беспомощный вздох прокатился эхом по тёмным глубинам.

Тонущее тело Линь Цие внезапно замерло, зависнув посреди безмолвной пустоты. Вдали сквозь небытие медленно приближался белый силуэт.

Это был мальчик лет шести-семи. Ступая по полосе белого света, он беззвучно шагал вперёд.

Мальчик посмотрел на зависшего вниз головой Линь Цие, и в глубине его бездонных глаз промелькнуло бессильное смирение.

— Ты опять здесь, — бесстрастно произнёс он. — И каждый твой визит не сулит ничего хорошего...

Линь Цие висел вниз головой во тьме с закрытыми глазами и, казалось, вовсе не слышал мальчика. Черты его лица мучительно исказились: он всецело пребывал во власти кошмара.

Заметив это, мальчик чуть сощурился, и в глубине его зрачков блеснул слабый свет:

— Ньярлатхотеп, значит?.. Эта мерзость снова зашевелилась? — пробормотал он себе под нос.

— Лечебницу отняли? И тело тоже? Неудивительно, что на этот раз ты даже очнуться не можешь... Впрочем, не имеет значения. Что лечебница, что тело — всё это лишь внешняя оболочка. Нам ведь она ни к чему, разве не так?

Мальчик говорил тихо, словно беседовал с беспамятным Линь Цие, однако тот, не размыкая век, ничем не ответил.

Тогда мальчик умолк. Он спокойно скользнул взглядом по перевёрнутому телу Линь Цие, развернулся и зашагал в глубь тьмы...

Но мгновение спустя внезапно замер.

— Ладно, — покачал он головой и вновь посмотрел на нахмурившегося Линь Цие. — Если ты исчезнешь, моё лечение тоже оборвётся. Нечасто удаётся добиться такого успеха, бросить всё в шаге от цели было бы жаль...

Запомни: я сделаю исключение лишь однажды. В следующий раз, развеется ли твоя душа прахом или погибнет тело и оборвётся путь, я больше пальцем не пошевелю...

В крайнем случае просто начнём всё с самого начала.

Мальчик не спеша поднял палец и прикоснулся к межбровью Линь Цие.

В тот же миг мёртвая бездна тьмы озарилась, сделавшись яркой, как ясный день!!

***

БУМ-М-М!.. Потрясший небо и землю грохот донёсся с небес: снопы божественного света сорвались с вышины и с сокрушительной силой врезались в чертоги Небесного двора!

Ужасающая ударная волна хлынула во все стороны, разнося в щебень величественные обители бессмертных. В воздух взметнулись тучи каменных обломков и пыли: большая часть Небесного двора уже лежала в руинах.

Разорванная в клочья Картина гор и рек, точно кружащийся снегопад, осыпалась на обломки. Залитые кровью золотые бессмертные неподвижно лежали среди руин; колебания их божественной силы едва ощущались.

— Проклятье, почему этот гад настолько силён?! Он ведь тоже пациент, у него должно быть только духовное тело! — Сунь Укун, опираясь на Цзиньгубан, шатаясь поднялся с земли. С ног до головы покрытый тёмно-красной кровью, он походил на окровавленную обезьяну.

— Должно быть, это то самое «Вместилище души», которым пользовались и мы... Вот только на этот раз контроль над лечебницей в руках Хаоса. Он силой завладел телом Линь Цие, потому и способен высвободить куда большую мощь.

Гильгамеш тяжело хрипел; покрытая трещинами Сокровищница царя над его головой излучала лишь слабое божественное сияние.

— Что, уже выдохлись? — стоя над Небесным двором в облике Чёрного фараона, Хаос с насмешкой взирал на изнурённых Нефритового императора и Си Ванму. Величественная золотая пагода теперь тускло и безжизненно валялась среди руин.