Глава 1580. Пришествие Хаоса

Бум-м-м!..

Небесный двор, подножие башни мечей.

Раскаленная черная аура хлынула из семи отверстий на лице Линь Цие, обратившись столбом света толщиной в десятки метров, что устремился прямо к небесам. Слой облаков духовной энергии, сгустившихся над Небесным двором, в мгновение ока разорвало, пробив зияющую брешь, и ужасающая аура божества Ктулху стремительно расползлась во все стороны.

Аура, таившаяся в этом столбе света, была в десятки раз плотнее, чем у того жуткого лица, что поглотило Ань Цинъюя!

— Цие?!

В тот миг, когда возникла эта аура, все присутствующие разом повернули головы. И стоило им увидеть фигуру, шаг за шагом выходящую из столба света, как на их лицах отразился невиданный доселе ужас.

— Ошибки быть не может, это аура Хаоса! — ошеломленно глядя на него, выговорил Цзо Цин. — Как такое возможно?.. Откуда у него аура трех лавкрафтовских богов-столпов?

— Его контролируют! Должно быть, Хаос в какой-то неведомой нам форме всё это время таился в его теле. — Взгляд Гуанчэнцзы был подобен факелу; он с первого же взгляда понял, что тело Линь Цие лишилось души, и заговорил низким, тяжелым голосом.

— Проклятье... Когда Он успел спрятаться в теле Цие? — наставник Чэнь крепко нахмурился.

Из-под широкого черного капюшона Номер двадцать семь прищуренно смотрел на окутанного черной аурой Линь Цие, и трудно было понять, о чем он думает.

— Посмел занять тело моего ученика... Смерти ищешь?!

В глазах Чжоу Пина мелькнула жажда убийства. Не говоря ни слова, он ударом ладони вдребезги разнес висевший за спиной футляр для меча. Старинный клинок опустился в его ладонь, и мечник стрелой ринулся к окутанной черной аурой фигуре!

В то же самое время из толпы одновременно вылетели два луча света!

— Обезьяна, ты чуешь? — Гильгамеш в царском облачении заговорил глухим голосом.

Глаза Сунь Укуна полыхали, словно расплавленное золото. Вперив пристальный взгляд в Линь Цие, он зловеще процедил:

— Среди этой черной ауры... примешан запах того старика?

— Этот царь давно его невзлюбил, с ним и впрямь было нечисто!

Гильгамеш и Сунь Укун переглянулись, и их божественная сила, вплотную приблизившаяся к уровню «верховного бога», с грохотом вырвалась наружу. Золотое и пурпурное сияния едва не раскололи площадь надвое — эти заклятые враги, что яростно враждовали в лечебнице, в мгновение ока встали в один строй и с ревом ринулись вперед!

Чжоу Пин, Сунь Укун и Гильгамеш — три фигуры с трех разных сторон устремились в атаку на Линь Цие. Могучее божественное величие дюйм за дюймом крошило каменные плиты с рельефами у них под ногами!

— Мы снова встретились, двое старых друзей... нет, точнее сказать, собратьев по палате?

Пронзительный голос Хаоса вырвался из горла Линь Цие. Он холодно усмехнулся, его тело бешено запульсировало и задвигалось, в мгновение ока превратившись в бесформенный комок искривленной плоти, на поверхности которого густо разверзлись острые клыкастые пасти.

В следующий миг пронзительный, истошный вопль вырвался из этой гигантской пасти!

Невидимые звуковые волны, точно ряды преград, покатились во все стороны от Хаоса, вдребезги сокрушив атаки божественной силы всех троих. Лица нападавших мгновенно переменились, а из ушей потекла черная кровь.

Стремительно расходящаяся звуковая волна прокатилась по Небесному двору. Все главные боги крепко нахмурились, их лица исказились от мучительной боли, а младшие боги разом сплюнули кровь и мгновенно лишились чувств.

Бессмертные журавли один за другим падали с неба над Небесным двором, стены дворцов покрылись густой сетью трещин, и даже на поверхности моря за несколько километров от Небесного двора под чудовищным давлением образовалась зияющая впадина!

— Это ты?! Чудовище, снизошедшее на Асгард, это был ты?!

Ни Гильгамеш, ни Сунь Укун не впервые слышали этот голос. Тогда в Асгарде именно рев этого чудовища развеял их божественные силы, но сейчас мощь звука превосходила прежнюю в несколько раз!

Под натиском этого рева боги были вынуждены замереть на месте. Чудовищный ком плоти за долю секунды снова принял облик Линь Цие.

Он холодно усмехнулся и, сделав всего шаг, мгновенно очутился перед формацией мечей Чжусянь!

Яростная ци древних мечей переплеталась друг с другом; призрачное лицо непрерывно металось среди этих потоков. Хотя ци меча не могла причинить ему вреда, вырваться из формации лицо тоже было не в силах.

Хаос поднял голову и окинул взглядом четыре древних меча в небе. Из-за его спины вытянулась длинная, черная как смоль рука и схватила один из древних мечей за рукоять. Бесконечный туман хаоса хлынул в ладонь, и клинок разломился прямо посередине!

Осколки древнего меча разлетелись во все стороны, формация мечей Чжусянь тут же распалась, а призрачное лицо стрелой вырвалось наружу и с размаху влетело в тело Линь Цие!

Лицо Линь Цие слегка исказилось, но вскоре вернулось в прежний вид. Он небрежно взмахнул рукой, и из черной ауры выпал силуэт, покачнувшись и повалившись на землю.

Ань Цинъюй растерянно поднялся на ноги. Оглядевшись по сторонам и увидев перед собой Линь Цие, из спины которого росла черная как смоль рука, он опешил:

— Цие? Что с тобой...

Договорить он не успел: серый глаз Ань Цинъюя слегка дрогнул, и лицо его мгновенно потемнело:

— Нет, ты не Цие. Кто ты такой?!

— Ха-ха-ха-ха... — холодно рассмеялся Хаос.

— Ты вздумал искать смерти? Это не так-то просто... Без Ключа и Врат мой план неосуществим.

Услышав это, Ань Цинъюй блеснул глазами. В его голове вихрем промелькнули бесчисленные мысли, и он, резко развернувшись, очертя голову бросился к трем оставшимся древним мечам!

Однако он не успел преодолеть и двух ступеней, как длинная черная как смоль рука намертво стиснула его железной хваткой!

Схваченный за горло Ань Цинъюй прищурился. Его голова резко повернулась назад на сто восемьдесят градусов, серый зрачок судорожно сузился — и черная рука, тянувшаяся из-за спины Линь Цие, внезапно превратилась в мягкую расползающуюся жижу.

Эта неожиданность заставила даже Хаоса слегка опешить. Выскользнув из жижи, Ань Цинъюй понимал, что до древних мечей ему ни за что не добраться, а потому, стиснув зубы, прыгнул прямиком во внезапно закружившееся сбоку пространственно-временное возмущение.

По ауре, исходившей от врага, Ань Цинъюй уже в целом догадался, кто перед ним. Ни в коем случае нельзя было угодить ему в руки. Раз уж умереть не вышло, оставалось лишь положиться на мощь пространственно-временного возмущения и временно бежать отсюда.

Но в то самое мгновение, когда он уже готов был врезаться в пространственно-временное возмущение, ладонь внезапно сокрушила искривленное пространство и опустилась ему прямо на лоб!

Хаос неведомо когда уже стоял за этим пространственно-временным возмущением.

— Зачем искать смерти? Разве плохо принять силу Врат истины? Неужели ты не знаешь, что значит обладать «истиной»? — Под ладонью Хаоса Ань Цинъюй не мог применить ни капли сил. Ему оставалось лишь смотреть, как окутанное черной аурой лицо Линь Цие сантиметр за сантиметром приближается вплотную к нему.

— А-а... Я понял. Ты ведь еще не видел «истину» во всей ее полноте, так?

Ты не видел «нас», не видел принадлежащего «нам» будущего... Ты даже сам толком не понимаешь, кто ты такой на самом деле. Лишь по их наущению безотчетно отвергаешь Ключ и Врата.

Ничего страшного... дитя мое, стоит тебе лишь разглядеть всю «истину» целиком, как ты всё поймешь.

И тогда мне даже не придется применять силу: ты сам пойдешь за мной...

Улыбка в уголках губ Хаоса стала еще шире. Рука, которой он удерживал Ань Цинъюя, резко надавила, и бесконечная черная аура бурным потоком хлынула в тело юноши.

В следующий миг зрачки Ань Цинъюя судорожно сузились, и исполинский призрачный силуэт врат стал медленно опускаться за его спиной...