Глава 1575. Взаимный поклон

— Изменить физиологическое строение одним лишь взглядом? — изумилась Цзян Эр. — Неужели эта сила настолько поразительна?

— Да, такова сила Врат истины… И я способен на гораздо большее.

Ань Цинъюй наклонился, подобрал у мелководья камешек и слегка покачал его в руке. В мгновение ока тот обратился горстью земли; из почвы пробился нежный росток, и всего за несколько секунд вырос и распустился пышной белой розой.

Глядя на эту диковинную картину, Цзян Эр слегка приоткрыла рот.

Ань Цинъюй взял белую розу и невольно потянулся вплести её в волосы Цзян Эр, но его пальцы лишь рассекли пустоту.

Его рука замерла в воздухе, во взгляде промелькнула горечь:

— Даже если я могу обращать камень в золото, какой в этом толк… Я всё равно не в силах спасти тебя.

Увидев это, Цзян Эр слегка поджала губы. Она нежно погладила Ань Цинъюя по голове и ласково произнесла:

— Мы ведь договаривались провести это последнее время счастливо? А ты не держишь слово…

Ань Цинъюй глубоко вдохнул, с силой смахнул слёзы из уголков глаз и выдавил улыбку:

— Всё хорошо, пойдём дальше… Нам ещё далеко идти. Расскажи мне ещё, во что ты играла здесь в детстве.

Ань Цинъюй развернулся и зашагал вдоль берега озера Эрхай. Пройдя несколько шагов, он заметил, что Цзян Эр не идёт следом, и в недоумении обернулся:

— Цзян Эр?

Цзян Эр молча парила в воздухе. Её полупрозрачные глаза смотрели на Ань Цинъюя. Приоткрыв губы, она произнесла:

— Цинъюй… похоже, на этом наш путь подошёл к концу.

Зрачки Ань Цинъюя слегка сузились.

— Ты…

— Моё время почти истекло. — Цзян Эр медленно подняла руки. Её тело размылось, словно матовое зеркало, и даже Ань Цинъюй уже не мог различить выражение её лица.

Рука Ань Цинъюя, сжимавшая белую розу, непрестанно дрожала, грудь тяжело вздымалась. Он изо всех сил заставлял себя успокоиться, но глаза всё равно покраснели.

— Вот как… — пробормотал он и после короткого молчания шагнул прямо к Цзян Эр.

Глубоко вздохнув, он с силой потёр белую розу в ладонях; лепестки свернулись в комочек, и в мгновение ока цветок обратился чистым, белоснежным кольцом.

Ань Цинъюй медленно опустился на одно колено. Глядя на тающую перед ним девушку, он благоговейно протянул кольцо на ладони и отчётливо, слово за словом, произнёс:

— Я знаю, что должен был сказать это давным-давно… Но, быть может, перед свидетелями — горами Цаншань и озером Эрхай — ещё не слишком поздно…

Цзян Эр, ты выйдешь за меня?

Ласковый тёплый ветер коснулся моря облаков над горами Цаншань и побережья озера Эрхай. Этот ветер не мог всколыхнуть подол девушки-призрака, но заставил глубоко трепетать её сердце.

Смутный лик Цзян Эр дрогнул — не разобрать было, плачет она или улыбается. Она слегка изогнула палец, и белоснежное кольцо с трудом приподнялось в воздух, невесомо опустившись на её пальчик.

— Да, — тихо отозвалась она. — А когда свадьба, мой жених?

— Прямо сейчас.

Ань Цинъюй поднялся с земли. С улыбкой взяв Цзян Эр за руку, он повернулся вместе с ней к вздымающимся вдали призрачным горам Цаншань и чистым, безмятежным водам озера Эрхай. Слёзы текли по его щекам, и он тихо произнёс:

— Пусть горы Цаншань будут свидетелем, а озеро Эрхай — сватом… Сегодня я, Ань Цинъюй, и Цзян Эр становимся мужем и женой. В жизни и в смерти наши сердца навеки неразлучны…

Первый поклон — Небу и Земле…

Под свидетельством гор Цаншань и озера Эрхай обе фигуры медленно склонились в поклоне.

Спустя мгновение они выпрямились. Глядя на почти прозрачную Цзян Эр, Ань Цинъюй хрипло произнёс:

— Родителям… я поклонился совсем недавно. Давай перейдём сразу к следующему шагу: поклонимся друг другу, хорошо?

— Хорошо, — донёсся до слуха Ань Цинъюя голос Цзян Эр; он звучал призрачно и зыбко, но по интонации казалось, что она улыбается:

— А ты слышал одну примету?

— Какую примету?

— Когда муж и жена кланяются друг другу, тот, кто склонится ниже, любит сильнее.

Ань Цинъюй опешил, а затем с лёгкой улыбкой сказал:

— Тогда я точно склонюсь ниже тебя.

— А вот и не обязательно! Я ведь теперь призрак, и связок у меня нет! — Цзян Эр озорно показала кончик языка.

Ань Цинъюй глубоко вздохнул и раздельно произнёс:

— Поклон… друг другу.

Стоя лицом к лицу с Цзян Эр, Ань Цинъюй смотрел на девушку и наклонялся всё ниже и ниже. Лишь когда его лоб почти коснулся коленей, он медленно начал выпрямляться.

— Я… — хотел было сказать Ань Цинъюй, но внезапно замер на месте.

Под синим небом, на берегу озера Эрхай, перед ним никого не было.

Белоснежное кольцо упало на мелководье — тихо-тихо, без единого звука… точно так же, как ушла она.

Ань Цинъюй застыл на месте, погрузившись в молчание.

Плеск——!

Волна мягко накатила на отмель и подхватила кольцо, словно раскрытая ладонь, унося его обратно в прозрачные глубины озера Эрхай… прямо как их любовь и значение цветка белой розы на языке цветов —

— «чистая любовь».

Ань Цинъюй, чьё лицо было залито слезами, отрешённо смотрел на воду и спустя долгое время прошептал:

— Будем считать, ты приняла его… Цзян Эр.

Угасающий закат опускался за горы Цаншань, сумрак ночи окутывал землю. В глухом, одиноком безмолвии Ань Цинъюй молча развернулся и зашагал прочь.

……

Небесный двор.

— Сколько они уже отсутствуют?

Перед Южными Небесными вратами Гуанчэнцзы взглянул на темнеющее небо и повернулся с вопросом.

— Полторы стражи, — ответил Истинный владыка Тайъи.

— Там обошлось без происшествий?

— Те, кого отправили тайно защищать их, регулярно выходят на связь; похоже, всё спокойно. — Истинный владыка Тайъи посмотрел на далёкое море облаков и тяжело вздохнул с противоречивым выражением лица: — Кажется, мы и впрямь напрасно усомнились в этом мальчике.

— На кону сотни миллионов жизней Великой Ся, мы лишь исполняли свой долг.

— Осталось полстражи, им пора возвращаться. — Истинный владыка Тайъи помедлил. — Неужели нам действительно придётся пустить в ход то оружие?

— Он получил усиление от Врат истины, и убить его чрезвычайно трудно. Чтобы окончательно искоренить возможность пробуждения Ключа и Врат и развеять его душу и дух без следа, остаётся лишь задействовать формацию мечей Чжусянь… К счастью, этот процесс не причинит ему мучений.

Гуанчэнцзы оглянулся на центр Небесного двора и хотел было ещё что-то сказать, но глаза Истинного владыки Тайъи слегка сощурились:

— Они вернулись.

За Южными Небесными вратами расступилось клубящееся сумрачное море облаков: Облако-кувырок, несущее множество фигур, плавно замерло в вышине над Южными Небесными вратами.

Три тёмно-красные фигуры одна за другой опустились вниз. Ань Цинъюй неторопливо подошёл к богам Великой Ся; его покрасневшие глаза были спокойны, словно бездонное озеро.

— Заместитель командира «Ночного покрова» Ань Цинъюй явился на смерть, как и обещал…