Глава 1576. Внезапное пришествие

На этот раз спуск в смертный мир обошёлся без происшествий.

Линь Цие вместе с Ань Цинъюем вернулся в Небесный двор в пределах двух страж, в точности как они и договаривались перед уходом.

Истинный владыка Тайъи со сложным выражением лица посмотрел на мужчину, от которого исходила аура Ктулху:

— Ты действительно готов?

— Готов, — кивнул Ань Цинъюй. — Начнём поскорее, чтобы промедление не принесло беды.

— ...Следуйте за нами.

Под предводительством двух золотых бессмертных все пошли по мощёной сизым камнем широкой дороге за Южными Небесными вратами, направляясь в самую глубь Небесного двора.

Всю дорогу никто больше не проронил ни слова; лишь издалека время от времени доносились крики журавлей. По мере того как они шли вперёд, духовная энергия становилась всё гуще. Неизвестно, сколько прошло времени, когда они наконец остановились перед пустой площадью, где не стояло ни единого дворца.

Это место находилось позади чертога Линсяо и было самым сердцем Небесного двора. Вокруг белых, точно нефрит, каменных плит уже собралось множество божественных силуэтов. Завидев двух золотых бессмертных, ведущих за собой три тёмно-красные фигуры, небожители тут же приглушили голоса.

Их взгляды сошлись на Ань Цинъюе: бессилие, сожаление, спокойствие... На лицах читались самые разные чувства.

Посреди площади величественно высилась белая башня мечей, к вершине которой вело больше сотни ступеней. В вышине над её верхним ярусом парили четыре древних бессмертных меча, источавших леденящую, смертоносную ауру.

— Это один из смертоносных бессмертных массивов нашего Небесного двора — формация мечей Чжусянь, — неторопливо произнёс Гуанчэнцзы.

— Эта формация способна свести на нет твою быструю регенерацию и в единый миг стереть в небытие и плоть, и душу... не причинив тебе никакой боли.

Почувствовав гибельную мощь четырёх бессмертных мечей, Линь Цие и остальные переменились в лице. Хотя до формации мечей Чжусянь оставалось ещё больше сотни метров, каждому казалось, будто к самому горлу приставили остриё клинка — ощущение смертельной опасности сжимало грудь. Такой сокрушительной силы с лихвой хватило бы, чтобы мгновенно сразить даже сущность уровня главного бога.

Ань Цинъюй поднял голову. В его глазах отразилось грозное величие четырёх бессмертных мечей. Он спокойно кивнул:

— Мне нужно просто войти в формацию мечей?

Увидев его невозмутимое спокойствие, Гуанчэнцзы слегка опешил, но после долгой паузы всё же ответил:

— ...Да.

— Хорошо, тогда я пошёл.

Ань Цинъюй ни на миг не заколебался: он сразу подошёл к ступеням башни мечей и начал подниматься.

В этот миг чья-то ладонь мягко перехватила его запястье.

Ань Цинъюй оглянулся: следом за ним шли Линь Цие и Цао Юань, во взглядах которых читалась невыразимая буря чувств.

— Цие, ты ведь говорил, что с уважением отнесёшься к моему выбору, — беспомощно произнёс Ань Цинъюй.

— Я знаю и не стану тебя удерживать, — Линь Цие указал на возвышающуюся башню мечей. — Мы лишь проводим тебя в этот последний путь.

Цао Юань с покрасневшими глазами тяжело кивнул.

Ань Цинъюй долго молчал, а затем на его лице появилась мягкая улыбка:

— Что ж, ладно.

Он повернулся и продолжил путь наверх. Шаг за шагом преодолевая давящую мощь бессмертных мечей, три тёмно-красные фигуры бок о бок, не дрогнув лицом, шли к смертному рубежу.

— Эх... — у подножия лестницы тяжело вздохнул Ван Мянь и отвёл взгляд в сторону, не в силах смотреть дальше.

— Быть может, такова судьба особых отрядов, — тихо проговорил стоявший рядом с Ван Мянем Старый Пёс У, надвинув капюшон. — В эту эпоху... скольким из тех, кто шёл рука об руку, суждено вместе дойти до конца?

Стоявший позади них двоих Цзо Цин пристально смотрел на три фигуры, почти добравшиеся до вершины; под плащом его руки были крепко сжаты в кулаки...

— Дальше провожать не нужно.

Ступив на последнюю ступень, Ань Цинъюй остановился на вершине белой башни мечей и глубоко вдохнул:

— Дальше мне предстоит идти одному... командир.

Линь Цие стоял рядом с ним и после долгого взгляда глаза в глаза тяжело кивнул.

Ань Цинъюй ступил на площадку верхнего яруса башни мечей и замер прямо под четырьмя клинками, от которых исходила безбрежная жажда убийства.

— Ань Цинъюй, ты всё обдумал? — гулким голосом спросил парящий над формацией мечей Чжусянь Нефритовый император. — Стоит запустить формацию мечей, и пути назад уже не будет.

Ань Цинъюй спокойно кивнул:

— Да.

Увидев это, Нефритовый император не стал больше тратить слов. Он поднял обе ладони, и от четырёх бессмертных мечей стремительно разошлись узоры духовной энергии, вмиг окутав башню целиком!

Бесчисленные сияющие лезвия мечей начали собираться над головой Ань Цинъюя. Тот медленно закрыл глаза...

Бум-м-м!..

И в этот самый миг из недр башни мечей грянул глухой оглушительный удар, заставив землю под ногами яростно содрогнуться!

Поток хаотичного чёрного света вырвался из основания башни, и высокое строение покрылось трещинами, распадаясь на куски. Чёрный свет, извиваясь подобно парящему дракону, взмыл к Ань Цинъюю и обратился расплывчатым жутким ликом.

В то же мгновение, как это лицо открылось взорам, у всех без исключения переменились лица!

— Аура божества Ктулху?! — изумлённо воскликнул наставник Чэнь. — Как под башней мечей мог оказаться лавкрафтовский бог?

— До чего мощные колебания ауры... Они ничуть не уступают Чёрной Козе? — пробормотал Цзо Цин. Не отрывая взгляда от смутного хаотичного лица, он, словно поняв что-то, резко сузил зрачки:

— Плохо дело... Это Ньярлатхотеп!

— Ползучий Хаос? Тот самый из трёх лавкрафтовских богов-столпов, что находит забаву в играх с человеческими сердцами? — лицо Линь Цие резко исказилось.

Он отчётливо помнил, как в архивах Утопии Цзи Нянь отзывалась об этом боге-столпе: одно из главных свойств Хаоса — неудержимая страсть к обману и искушению людей, а наивысшую радость ему приносит погружение смертных в пучину ужаса и отчаяния, вплоть до полного помрачения рассудка.

Но до сих пор им не встречалось никаких сведений о Хаосе; в представлении каждого его присутствие казалось наименее ощутимым.

Внезапное явление Хаоса застало всех врасплох!

Башня мечей рушилась, и расплывчатый лик в единый миг поглотил Ань Цинъюя. Взгляд зависшего над формацией мечей Нефритового императора ожесточился. Четыре древних бессмертных меча одновременно выплеснули свою мощь, и формация в тот же миг замкнулась вокруг жуткого лица!

Ужасающее намерение меча с бешеной яростью ударило в этот лик, однако лишь невесомо прошло сквозь него, точно сквозь иллюзию, которой вовсе не существовало в этом мире.

При виде этого брови Нефритового императора сошлись на переносице:

— Нет, это не сам Хаос... Лишь частица его тела.

— Частица тела? — Си Ванму с Зеркалом Куньлунь в руке слегка прищурилась. — Это... его лицо?

— Без побуждения основного тела одно лишь лицо не могло бы действовать само по себе... Его основное тело непременно находится где-то поблизости! — Нефритовый император резко вскинул голову, и его ослепительные очи окинули всё вокруг. — Но... почему мы не почувствовали даже малейшего следа его ауры?

Где же Он прячется?!

Кха-а!..

Пока они говорили, со ступеней внезапно донёсся глухой стон.

Линь Цие брызнул изо рта кровью, его зрачки вмиг остекленели, и он, точно потерявшая сознание пустая оболочка, безвольно рухнул вниз.