Глава 1555. Способ Небесного Достопочтенного

Услышав эти слова, Цао Юань постепенно успокоился. Он глубоко вздохнул и убрал ладонь со стола.

— О ваших отношениях с Ань Цинъюем знают все, — Цзо Цин с бессилием закрыл глаза и продолжил. — Именно поэтому я предложил богам Великой Ся отстранить отряд «Ночной покров» от этого дела, чтобы избежать предвзятости.

— В конце концов, если вы что-то предпримете, из-за чего исход дела Ань Цинъюя окажется провальным и «Ключ и Врата» вернется, бедствие постигнет не только Великую Ся — погибнет все живое на Земле... И тогда «Ночной покров» станет преступником перед всем миром.

— Но ведь вы должны были стать героями, разве не так?

Линь Цие встретился взглядом с Цзо Цином, и его сердце слегка дрогнуло.

Во взгляде, которым Цзо Цин смотрел на них, читалось множество сложных чувств: надежда, радость, бессилие, вина... Такой взгляд Линь Цие когда-то видел и в глазах Е Фаня.

Разница заключалась в том, что в свое время Е Фань застал лишь часть восхождения «Ночного покрова», а Цзо Цин своими глазами видел, как они из ничего, шаг за шагом, дошли до сегодняшнего дня.

Никто лучше Цзо Цина не знал, какой вклад «Ночной покров» внес в благополучие Великой Ся и сколько чудес сотворил... Он, словно отец «Ночного покрова», стал свидетелем их взросления, и именно поэтому не желал видеть, как этот отряд в итоге придет к худшему исходу.

— Поэтому не ходите в Небесный двор, не делайте глупостей... Это приказ, — тон Цзо Цина был предельно тверд.

Он достал из ящика стола толстую папку с документами, положил перед Линь Цие и Цао Юанем и произнес чуть мягче:

— Ань Цинъюй покинул отряд, и в «Ночном покрове» временно остались только вы двое. Впрочем, скорее всего, пройдет немного времени, и Цзялань очнется и вернется. Тогда вас станет трое, и «Ночной покров» не расформируют принудительно из-за нехватки людей.

— Это список всех действующих Ночных стражей. Можете просмотреть его и выбрать элитных бойцов, чтобы восполнить численность отряда.

Линь Цие молча смотрел на список Ночных стражей перед собой и не протянул к нему руки.

Прошло немало времени, прежде чем он глубоко вздохнул и медленно пододвинул список обратно к Цзо Цину:

— Прошу прощения, командующий Цзо... У меня пока нет намерений принимать новых людей.

Договорив, Линь Цие не стал больше ничего объяснять, развернулся и направился к выходу из кабинета главнокомандующего. Цао Юань даже не взглянул на список и спокойно последовал за ним.

Бум—!

Когда обе темно-красные фигуры скрылись вдали, тяжелая дверь кабинета с глухим стуком захлопнулась.

В опустевшей комнате Цзо Цин с бессилием закрыл глаза, откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул...

...

Небесный двор.

— Врата истины... значит...

— Значит, пока я жив, я буду ускорять пробуждение Врат истины и в итоге стану «Ключом и Вратами»? — в глазах Ань Цинъюя, выслушавшего объяснение Небесного Достопочтенного Линбао, промелькнула горечь.

Небесный Достопочтенный Линбао молча кивнул.

— Но одного я все же не до конца понимаю, — помолчав, продолжил Ань Цинъюй. — Если Врата истины пробудятся из-за меня, то это я превращусь в «Ключ и Врата» или же «Ключ и Врата» возродится в моем теле?

— Ни то, ни другое, — покачал головой Небесный Достопочтенный Линбао. — «Ключ и Врата» — воплощение истины, Он — часть истины, а также страж Врат истины... Возможно, так тебе не совсем понятно. Знаешь ли ты, что такое дух артефакта?

— Та разумная духовная сущность, что взращивается божественным артефактом?

— Именно так. В определенном смысле «Ключ и Врата» — это дух артефакта Врат истины, а потому Он сам по себе умереть не может: истину невозможно уничтожить. Единственный способ истребить Его — разрушить сами Врата истины, погрузив этот дух артефакта, «Ключ и Врата», в сон, бесконечно близкий к смерти. В древности прабоги поступили именно так.

— Твое же существование заставляет Врата истины непрерывно самовосстанавливаться. В миг, когда они полностью исцелятся, «Ключ и Врата», разумеется, пробудится... Строго говоря, вы — разные сущности, но ваши судьбы неразрывно связаны, словно божественный артефакт и дух артефакта.

— Ты понимаешь, о чем я?

— Я понял, — кивнул Ань Цинъюй.

— И... что же вы намерены делать? — Цзян Эр слегка поджала губы.

— Самый простой и прямой способ — убить тебя, полностью уничтожив и душу, и тело, — после долгого молчания медленно произнес Небесный Достопочтенный Линбао, со сложным чувством глядя на Ань Цинъюя. — Тогда у Врат истины больше не останется возможности пробудиться...

Услышав это, Цзян Эр замерла, и ее лицо мгновенно побледнело.

— Это действительно самый надежный и действенный путь, — лишь спокойно кивнул Ань Цинъюй. — Стоит убить меня — и пробуждение одного из трех лавкрафтовских богов-столпов будет предотвращено.

Выражение его лица ничуть не изменилось, будто он рассуждал не о собственной смерти, а о строгом научном доказательстве.

— Но я не хочу так поступать, — неторопливо продолжил Небесный Достопочтенный Линбао. — Чтобы предотвратить пробуждение Врат истины, главное — заставить их прекратить деконструкцию мира. Ты для них — словно глаза. Если полностью отсечь тебя от этого мира, они естественным образом лишатся возможности восстанавливаться.

— Отсечь от этого мира... Как это сделать?

— Запечатать тебя.

Вокруг Небесного Достопочтенного Линбао возникло мягкое сияние, сплетаясь в бесчисленные замысловатые даосские узоры, развернувшиеся перед Ань Цинъюем: — Объединив силы богов Великой Ся, наложить на тебя девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять печатей, запечатать каждый дюйм твоей кожи и души, а затем погрузить в Духовную бездну Небесного двора... Так можно будет полностью отсечь тебя от этого мира...

— Так удастся и сохранить тебе жизнь, и предотвратить пробуждение «Ключа и Врат».

— Звучит как некая кара... — Ань Цинъюй на мгновение опешил, а затем с беспомощной усмешкой покачал головой. — Меня обрекают на вечное одиночество?

— Нет. Печать скует твои мысли и чувства. Ты не ощутишь бега времени. Сколько бы ты ни пробыл на дне Духовной бездны, для тебя все пройдет как мгновение короткого сна. Ты не испытаешь никаких эмоций, включая одиночество.

— Будь спокоен, Ань Цинъюй, — помолчав, добавил Небесный Достопочтенный Линбао. — Пока я жив, я буду неустанно искать способ окончательно уничтожить «Ключ и Врата». Настанет день, и ты вновь увидишь свет... Вот только ждать, возможно, придется очень долго. Быть может, сотню лет, тысячу или даже... десять тысяч лет.

— Я верю тебе, — Ань Цинъюй помолчал, глядя на Небесного Достопочтенного Линбао, и слабо улыбнулся. — Кем бы ты ни был — Толстяком Байли или Небесным Достопочтенным Линбао, я верю тебе... Но у меня остался еще один вопрос.

Ань Цинъюй протянул руку и указал на стоявшую рядом Цзян Эр:

— Если меня запечатают, как быть с ней?