Глава 1492. План Ань Цинъюя

— Мы боялись, что что-то стряслось, вот и пришли проверить... — вздохнул Цао Юань.

И вправду: догадка Ань Цинъюя подтвердилась.

Внезапное возвращение Изначального Небесного Достопочтенного означало, что над Великой Ся нависла не просто беда — надвигалась настоящая катастрофа!

— Небесный Достопочтенный, неужели Цие и остальных и впрямь никак не вернуть? — нахмурившись, спросил Ань Цинъюй, глядя на Изначального Небесного Достопочтенного.

— Будь у бедного даоса довольно времени, я непременно отыскал бы их... Но сейчас у Великой Ся времени нет.

Услышав эти слова, Ань Цинъюй едва заметно вздрогнул, а кулаки его невольно сжались.

— Медлить нельзя. Я сейчас же отдам приказ мобилизовать всех Ночных стражей в пределах Великой Ся и направить их на военные заставы. — Шао Пингэ, приняв решение, повернулся и зашагал к столу. На ходу он обратился к троице:

— Хоть вашего командира и нет на месте, дело не терпит отлагательств. Ань Цинъюй, ты временно примешь на себя обязанности командира. Веди остальных и надежно удержи заставу Чэньнань.

— ...Есть.

Когда троица вышла из командного пункта, лица у них были предельно мрачными.

— Неужели всё зашло настолько далеко... — со вздохом произнес Цао Юань. — Теперь, когда Цие и остальные исчезли, в Великой Ся остались только два особых отряда — наш и «Феникс», а еще толпа новобранцев Ночных стражей. Неужели этими силами и впрямь удастся защитить рубежи страны?

Ань Цинъюй шел впереди, невольно ускоряя шаг. В его глазах мелькнула решимость. Он так резко остановился, что Цао Юань едва не врезался лбом в крышку гроба за его спиной.

— Ты чего? — спросил Цао Юань.

— Возможно, надежда вернуть Цие и остальных еще есть... — медленно произнес Ань Цинъюй.

— Но ведь даже Небесный Достопочтенный не может определить, где они! Как же их вернуть?

Ань Цинъюй ничего не ответил — лишь молча прибавил шагу, направляясь в свою лабораторию.

...

*Скрип!..*

Дверь лаборатории распахнулась. Ань Цинъюй прямиком подошел к извивающейся на столе руке, опустил на пол чёрный гроб со спины и принялся снимать запоры с металлического контейнера.

— Цинъюй, ты что задумал? — при виде этого у Цао Юаня возникло недоброе предчувствие.

— Мы не можем отыскать то пространство и время, где находятся Цие и остальные, из-за того, что в окружающей почве и прочих материалах осталось слишком мало информационных следов. Если мы хотим выяснить их координаты, придется зайти с самого корня...

— С корня? С какого еще корня?

— Лавкрафтовские боги не похожи ни на одно божественное царство в этом мире. Они явились из-за его пределов, и между ними существует неописуемая связь, исходящая из их родного мира — вроде радиосигналов у людей. Та бакэкудзира, что покоилась на морском дне у рыбацкой деревни, даже после смерти смогла таранить врата Равнины Высокого Неба именно благодаря этой связи.

Вот только подобную связь людям не понять — ее не способно постичь ни одно сущее в этом мире. Для нашего слуха это бессмысленный, неразборчивый «шепот». А при долгом воздействии он осквернит даже наш разум.

— Как тогда Чэнь Янжун в рыбацкой деревне? — опешил Цао Юань.

— Именно, — ответил Ань Цинъюй, отставляя в сторону снятый тяжелый металлический контейнер. На середине стола остался лишь стеклянный сосуд, заполненный темно-желтой жидкостью, в которой плавала покрытая мясистыми наростами рука.

— «Ключ и Врата» изначально входит в число трех лавкрафтовских богов-столпов. Пусть даже он расколот на осколки, связь с остальными лавкрафтовскими сущностями никуда не делась. Если я смогу подключить свое сознание к их «связи», то получу достаточно информации, чтобы вычислить местонахождение Цие и остальных.

— Цинъюй, ты... — Цао Юань наконец понял замысел Ань Цинъюя и ошарашенно округлил глаза.

— Я буду слушать их «шепот».

Ань Цинъюй отчеканил каждое слово.

— Ты с ума сошел?! Они же осквернят тебя! — закричал Цао Юань.

— Осквернение требует времени! — отрезал Ань Цинъюй. — Чэнь Янжун пробыл в теле бакэкудзиры слишком долго, потому его сознание и уподобилось ей. Тогда под алой луной боги Равнины Высокого Неба тоже сошли с ума не в один миг. И тем телам в Царстве Небесном после соприкосновения с пеплом тоже потребовалось время, чтобы скверна разъела их крупица за крупицей...

— Нет, это слишком опасно! Случись что не так — и ты превратишься в такого же безумца, как Чэнь Янжун! Или ты хочешь стать похожим на тех ангелов, обросших мясистыми наростами?!

Цао Юань и слушать не хотел никаких оправданий. Он с силой вцепился в плечи Ань Цинъюя и неотрывно уставился ему в глаза.

Грудь Ань Цинъюя тяжело вздымалась. Выдержав долгий взгляд Цао Юаня, он глубоко вдохнул и негромко произнес:

— Цао Юань, всё не так опасно, как ты думаешь... В аду я уже подвергался заражению этим пеплом. Если быстро отсечь оскверненную плоть, ничего страшного не случится.

— Нет!

— Тогда скажи мне, что делать?! — в ярости выкрикнул Ань Цинъюй. — Позволить отродьям «Чёрной Козы» ворваться в Великую Ся и утопить в крови тысячи городов?! Или отправить двоих Небесных Достопочтенных на верную гибель к «Чёрной Козе»?! Ты правда веришь, что с одними только Небесными Достопочтенными и нашими силами у нас есть хоть шанс на победу?!

Цао Юань остолбенел.

— Даже если так... не обязательно тебе делать это самому! На худой конец, я могу слушать вместо тебя! Или пусть двое Небесных Достопочтенных...

— Цао Юань, послушай меня, — Ань Цинъюй убрал его руки со своих плеч и твердо сказал: — Быть оскверненным дыханием Ктулху само по себе не страшно. Но после заражения необходимо немедленно отсечь пораженную часть тела... На заставе Чэньнань только у меня есть способность к мгновенной регенерации. Даже если я отрублю себе голову, я не умру. А ты так сможешь?

К тому же двое Небесных Достопочтенных — последний козырь Великой Ся. Не говоря уже о том, способны ли они регенерировать, но если из-за риска хоть одного из них осквернит Ктулху... у нашей Великой Ся не останется ни единого шанса переломить исход битвы.

Глядя в предельно серьезные глаза Ань Цинъюя, Цао Юань не нашелся с ответом.

— Только я могу бесконечно регенерировать. Только я могу расшифровать их шепот. Только я сумею по добытой информации рассчитать, где находятся Цие и остальные... Цао Юань, сейчас во всей Великой Ся спасти Цие и богов Великой Ся под силу лишь мне. — Ань Цинъюй медленно прикрыл кроваво-красные глаза. Голос его охрип от нескольких яростных выкриков подряд.

— Обещаю тебе: когда я стану слушать их «шепот», ты будешь стоять рядом и наблюдать. Если заметишь, что скверна грозит поглотить меня целиком, без колебаний руби пораженную плоть. Договорились?

— Считай... считай это возвратом долга за тот удар клинком, что я нанес тебе в рыбацкой деревне, — на этот раз в голосе Ань Цинъюя зазвучала мольба.

Пальцы Цао Юаня судорожно сжали рукоять прямого клинка, костяшки побелели от напряжения. Он долго стоял неподвижно, словно каменное изваяние, и лишь потом с трудом выдавил:

— ...Ладно.