Глава 1491. Безысходность

— Бесполезно... Всё бесполезно... — Ань Цинъюй бросил горячее полотенце в таз, стремительно подошёл к стене, сплошь исписанной формулами, с досадой сорвал все приколотые к ней чертежи и, разорвав в клочья, швырнул их в воздух.

— Проклятье! Почему я никак не могу найти, где они...

— Цинъюй... — Цзян Эр слегка поджала губы. Она подплыла к нему сзади, мягко обняла руками и попыталась утешить: — Ты уже сделал всё, что мог... Но если даже Небесный Достопочтенный не сумел вычислить их местонахождение, зачем ты так себя изводишь?

Все старания Ань Цинъюя за эти дни Цзян Эр видела своими глазами: она наблюдала, как он раз за разом заполнял вычислениями всю стену, затем всё перечёркивал, искал новую отправную точку, бился день и ночь напролёт и в итоге всё равно оставался ни с чем... И так повторялось без конца. Как бы Ань Цинъюй ни пытался совладать с собой, даже он не мог вынести отчаяния от череды неудач.

— Пространство и время непрерывно меняются. Чем дольше это тянется, тем призрачнее вероятность, что они вернутся. — Ань Цинъюй глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. — Небесный Достопочтенный опирается на небесные тайны и метафизику, а я рассчитываю всё на основе науки и истины. Одно другому не противоречит.

Цзян Эр приоткрыла рот, собираясь сказать что-то ещё, но в дверь постучали.

— Это Цао Юань, — Цзян Эр увидела гостя на мониторах наблюдения в коридоре.

Ань Цинъюй оправил измятую одежду, пригладил растрёпанные волосы, чтобы выглядеть не столь измождённым, и поспешил отпереть дверь лаборатории.

— Ну как? — спросил Цао Юань.

— ...Так и не нашёл.

Краем глаза Цао Юань заглянул в комнату: усеянный обрывками бумаги пол, сплошь покрытая формулами стена... Выражение его лица стало невыразимо сложным.

— Ты сделал всё, что мог, не изводи себя, — похлопал его по плечу Цао Юань.

— То, о чём я просил... принёс?

— Да.

Цао Юань вошёл в лабораторию и поставил на стол чёрный металлический контейнер. Тот имел цилиндрическую форму и напоминал тубус для воланчиков, только был в несколько раз больше и весьма увесист.

Ань Цинъюй подошёл ближе и коснулся края металлического цилиндра. Средняя часть корпуса тотчас сдвинулась, обнажив секцию из специального стекла.

В тёмно-жёлтой жидкости медленно извивался толстый червь из комьев плоти. Если приглядеться, в нём угадывались очертания человеческой руки, однако теперь эта рука густо поросла алыми червеглазами, а пять пальцев превратились в щупальца с присосками, шевелившиеся в растворе.

При виде этого даже Цао Юань нахмурился, ощутив подступившую тошноту.

— Цинъюй, зачем тебе эта дрянь? — хмуро спросил Цао Юань.

Ань Цинъюй ничего не ответил, лишь опустил голову, погрузившись в раздумья.

Вспышка света, прочертившая небосвод, прервала их разговор. Ань Цинъюй выглянул наружу и удивлённо произнёс:

— Почему Небесный Достопочтенный вернулся?

— Не знаю... Пойдём посмотрим.

Взвалив на спину стоявший в углу чёрный гроб, Ань Цинъюй вместе с Цао Юанем вышел из лаборатории. За последнюю неделю он впервые перешагнул этот порог, и яркий свет снаружи заставил его невольно сощуриться.

Силуэт даоса вошёл прямо в главный командный пункт заставы Чэньнань и скрылся из виду.

— Сразу по возвращении пошёл к командиру Шао? — Цао Юань в замешательстве почесал затылок. — Случилось что-то?

— У меня нехорошее предчувствие... Пойдём глянем.

Они ускорили шаг и направились прямиком к главному командному пункту.

...

— Временный главнокомандующий Ночных стражей Шао Пингэ приветствует Изначального Небесного Достопочтенного.

В командном пункте заспанный Шао Пингэ при виде даоса мгновенно подобрался, лицо его стало предельно серьёзным, и он отвесил глубокий уважительный поклон.

— Оставь церемонии. — Изначальный Небесный Достопочтенный огляделся по сторонам. — Даодэ вернулся?

— Небесный Достопочтенный Даодэ вернулся два дня назад, но вас всё это время не было в Великой Ся, поэтому вы не знали.

Пока Шао Пингэ говорил, Небесный Достопочтенный Даодэ в чёрно-белом даосском одеянии бесшумно шагнул из пустоты. Волосы, растрепавшись из-под шпильки, падали на плечи, а в чертах лица застыла глубокая тревога.

— А Вишну? — спросил Изначальный Небесный Достопочтенный.

— Я отсёк ему пол-лица, но он сбежал, — беспомощно вздохнул Небесный Достопочтенный Даодэ. — Я загнал этого мерзавца к самому полярному кругу Антарктики, а он взял и разделился надвое: одна часть тела связала меня боем, а вторая тем временем улучила момент и скрылась.

Изначальный Небесный Достопочтенный не удивился: в схватках между верховными богами, если только речь не идёт о сокрушительном превосходстве уровня Михаила, исход редко решает чья-то гибель. Того, что удалось тяжело ранить Вишну и обратить его в бегство, уже было достаточно — в ближайшее время он вряд ли сможет поднять новую волну.

— Ты ведь тоже это почувствовал?

— Да, — нахмурился Небесный Достопочтенный Даодэ. — Дело рук «Чёрной Козы»?

— Судя по всему...

Изначальный Небесный Достопочтенный помолчал и продолжил:

— Михаилу приходится охранять Луну, в ближайшее время спуститься на Землю он никак не сможет. Сейчас почти все божественные царства уничтожены, а боги нашей Великой Ся изгнаны. Я опасаюсь...

— Будь я той «Чёрной Козой», непременно ударил бы по Великой Ся прямо сейчас. — Мысли Небесного Достопочтенного Даодэ практически полностью совпадали с его мыслями. — И что же нам делать?

— Эта «Чёрная Коза» — лавкрафтовская праматерь богов. Её сильнейшая сторона — не открытый бой, а порождение потомства... Не имея твёрдой уверенности в победе, она вряд ли осмелится лично явиться на поле брани. Скорее всего, она пошлёт своих отпрысков истреблять народ Великой Ся или распространять скверну в наших землях.

Три лавкрафтовских бога-столпа явились из-за пределов этого мира, поэтому предсказания небесных тайн против них бессильны. Единственный способ — с помощью «Сети грёз» Шао Пингэ распознать направление удара, а затем тебе встретить его и дать отпор...

Изначальный Небесный Достопочтенный неспешно изложил свой план.

— Мне дать отпор? А как же ты? — спросил Небесный Достопочтенный Даодэ.

Изначальный Небесный Достопочтенный помолчал мгновение и, чеканя каждое слово, произнёс:

— Я пойду по следу отпрысков и уничтожу основное тело «Чёрной Козы».

Все присутствующие опешили.

— Нельзя! «Чёрная Коза» — один из трёх лавкрафтовских богов-столпов! Даже если она слаба в прямом бою, в одиночку тебе с ней не сладить! — решительно покачал головой Небесный Достопочтенный Даодэ.

— Порождений «Чёрной Козы» слишком много. Даже если мы объединим усилия, нам не сдержать их всех. Рано или поздно они обойдут заслон, ворвутся в пределы Великой Ся и начнут истреблять народ... Чем дожидаться этого, лучше пойти на решительный бой, — в глазах Изначального Небесного Достопочтенного вспыхнула леденящая жажда убийства.

Небесный Достопочтенный Даодэ приоткрыл рот, желая возразить, но слова застряли в горле.

— Какая жалость... Будь здесь Линбао и остальные боги Великой Ся, всё могло бы сложиться иначе... — с горечью покачал он головой.

— Я искал их целых семь дней, но безуспешно... Теперь мы можем полагаться только на себя, — отозвался Изначальный Небесный Достопочтенный.

Видя, как помрачнели оба Небесных Достопочтенных, Шао Пингэ ощутил колоссальное давление. Он как раз раздумывал, не стоит ли мобилизовать всех Ночных стражей на территории Великой Ся, когда краем глаза заметил троицу новоприбывших.

— А вы как здесь оказались? — обратился он к Ань Цинъюю и остальным.