Глава 1058. События былых дней на Яшмовом озере

Су Чжэ застыл на месте.

Похоже, осознав, что слишком сильно ударил по столу, Кэ Чанлинь дважды кашлянул, машинально погладил ладонью столешницу и продолжил:

— Прошу прощения, я погорячился… Просто последние пару дней мне постоянно снятся кошмары, будто что-то лезет из Тумана, вот и реагирую так болезненно…

Ладно, пойду на смену заступать. Ешьте лепешку горячей, а то остынет.

Кэ Чанлинь поднялся со своего места, махнул брату с сестрой рукой и, плотнее запахнув шинель, вышел на пронизывающий мороз.

Сквозь щели мягкой пластиковой завесы влетали редкие снежинки. Су Чжэ молча смотрел на оставшуюся на столе лепешку.

— Что с тобой? — спросила Су Юань, заметив его оцепенение.

— Да нет, ничего, — опомнился Су Чжэ и покачал головой. Он взял со стола лепешку и жадно откусил большой кусок.

— Ну как, вкусно?

— Очень вкусно, — жевал Су Чжэ, а затем, словно вспомнив что-то, на миг замолчал. — Разве что самую малость уступает… той, что когда-то пекла мама.

***

Линь Цие плавно опустился на вершину горы.

Заметив его возвращение, скучавший до этого Нэчжа тут же оживился. Подбежав к нему, мальчик с нетерпением спросил:

— Я только что видел, как Владычица вмешалась лично! Что стряслось?

Сидевший неподалеку Ян Цзянь тоже открыл глаза и взглянул на Линь Цие.

Линь Цие лишь беспомощно усмехнулся и пересказал все, чему стал свидетелем.

— Похитили Пилюлю вечной жизни и нерушимости? — слегка нахмурился Нэчжа.

— А что вообще представляет собой эта Пилюля вечной жизни и нерушимости? — поинтересовался Линь Цие.

— Пилюля вечной жизни и нерушимости — это эликсир бессмертных, созданный Небесным Достопочтенным Линбао несколько тысяч лет назад, — раздался сбоку голос Ян Цзяня. — Говорят, Небесный Достопочтенный Линбао выплавил ее, чтобы преодолеть великое бедствие Неба и Земли. Однако, едва пилюля была готова, ударил небесный гром и расколол ее надвое.

— Да, я тоже слышал об этом от наставника! — закивал Нэчжа и тут же добавил: — По слухам, когда Небесный Достопочтенный Линбао увидел, что эликсир расколот громом, он сильно переменился в лице. Ведь пилюля предназначалась как раз для спасения от великого бедствия Неба и Земли, а то, что небесный гром уничтожил ее, означало лишь одно: грядущее бедствие слишком ужасно, и одолеть его внешней силой невозможно. После этого Небесный Достопочтенный Линбао ушел в затвор на тысячу лет в поисках способа пережить катастрофу.

Услышав это, Линь Цие нахмурился.

Великое бедствие Неба и Земли, с которым не смогли совладать даже трое Небесных Достопочтенных Великой Ся?

Что же это такое?

— А что потом? Он нашел способ?

— …Неизвестно, — слегка покачал головой Ян Цзянь. — Уйдя в затвор, Небесный Достопочтенный Линбао бесследно исчез. Даже мы его больше никогда не видели… Известно лишь, что позже Изначальный Небесный Достопочтенный забрал расколотую надвое Пилюлю вечной жизни и нерушимости и оставил ее на хранение на Яшмовом озере в Куньлуньсюе.

Линь Цие задумчиво кивнул:

— А вам случайно не известно, кто забрал Пилюлю нерушимости?

Услышав этот вопрос, Ян Цзянь и Нэчжа одновременно опешили.

— Пилюлю нерушимости забрали? — изумился Нэчжа. — Когда это произошло?

При виде их реакции Линь Цие нахмурился еще сильнее.

Пилюлю нерушимости забрали еще две тысячи лет назад — об этом Си Ванму лично сказала ему. Неужели ни Ян Цзянь, ни Нэчжа ничего не знали?

Получается, исчезновение Пилюли нерушимости оставалось тайной для всего Куньлуньсюя?

Ну конечно. В Зале пилюль служанка в желтом платье кричала ему перехватить эликсир со словами «не позволь ей унести Пилюлю вечной жизни и нерушимости», а не «не дай ей забрать Пилюлю вечной жизни».

Знай она, что сосуд для Пилюли нерушимости пуст, то велела бы Линь Цие сразу броситься к сосуду с Пилюлей вечной жизни. И тогда Сы Сяонань не успела бы завладеть ею первой — ведь отбивать пустой кувшин для Яшмового озера не имело никакого смысла.

Неужели даже духи жемчужин, неотлучно сопровождавшие Си Ванму, не ведали правды об исчезновении Пилюли нерушимости?

— Примерно две с лишним тысячи лет назад, — поразмыслив, произнес Линь Цие и тут же спросил: — В то время на Яшмовом озере происходило что-нибудь из ряда вон выходящее?

— Две с лишним тысячи лет назад… Тогда я еще не стал богом, — почесал в затылке Нэчжа и повернулся к Ян Цзяню: — Ян Цзянь, ты знаешь?

Ян Цзянь чуть прищурился и после недолгого раздумья ответил:

— Две тысячи лет назад Владычица-Мать неведомо почему собственноручно устроила резню на Яшмовом озере. Все небесные воины и полководцы, даже служанки и бессмертные птицы — ни одной живой души не осталось. Кровь насквозь пропитала землю Сада бессмертных персиков и окрасила в багрянец все Яшмовое озеро. Это происшествие встревожило даже двух Небесных Достопочтенных. Они запечатали Яшмовое озеро даосскими практиками на трое суток, и лишь тогда буря улеглась. Однако причина, по которой Владычица учинила то побоище, так и осталась тайной. Возможно, истина ведома лишь ей самой да двум Небесным Достопочтенным.

Си Ванму собственноручно вырезала все Яшмовое озеро?

Как это связано с пропажей Пилюли нерушимости? И какое отношение это имеет… к появлению Цзялань?

Все происходящее перед глазами Линь Цие вновь окуталось непроницаемым туманом загадок.

— Кстати, почему прошло столько дней, а мы все еще не рассеялись? — вспомнил вдруг Нэчжа, с недоумением разглядывая свои ладони. — Не слишком ли долго держится этот силуэт былого времени?

Очнувшись от раздумий, Линь Цие покачал головой:

— Быть может, Владычице просто нечем заняться со скуки…

Но на полуслове он замер.

Нет, что-то не сходится.

Празднество бессмертных персиков уже завершилось. На всем Яшмовом озере, помимо Ян Цзяня и Нэчжи, других богов Великой Ся остаться не должно. Даже если Си Ванму захотела бы поразвлечься, едва ли она выбрала бы подобный момент.

К тому же на Яшмовое озеро только что напал Локи — с чего бы ей скучать от безделья?

— Сам не понимаю, — вздохнул Линь Цие. В голове у него царила полная неразбериха: разрозненные крупицы сведений переплелись в клубок, не давая ни единой зацепки. — Время на исходе, мне пора покинуть Куньлуньсюй и вернуться в истинный мир…

До конца седьмого дня испытания оставалось всего несколько часов, и ему необходимо было вернуться прежде, чем новобранцы завершат поход.

Линь Цие обернулся и со сложным чувством посмотрел на стоявшего перед ним Ян Цзяня.

— Да, — слегка кивнул Ян Цзянь. — Ступай… До встречи в будущем.

Линь Цие хотел сказать что-то еще, но в итоге ограничился четырьмя простыми словами:

— До встречи в будущем.

— И со мной тоже! — помахал ему рукой Нэчжа и весело улыбнулся: — До встречи в будущем! Вот станешь богом — тогда и сразимся как следует!

Линь Цие улыбнулся и, развернувшись, полетел к выходу из Куньлуньсюя.

Но стоило его правой ноге сделать первый шаг, как весь Куньлуньсюй под ним сотрясся от яростной дрожи!