Глава 643. Сегодняшняя игра

Спустя два часа Шэнь Цинчжу со своими людьми покинул клуб «Чёрный утун».

Сев обратно в машину, которая плавно тронулась с места, Шэнь Цинчжу достал из кармана несколько портретов и небрежно протянул их сидевшему рядом Имори Ютаке.

Имори Ютака взял портреты и на мгновение опешил.

— Верховный глава, это...

Имори Ютака перебрал портреты — их оказалось четыре.

На одном был черноволосый и черноглазый мужчина со свирепым лицом и прямым клинком на поясе; на другом — потрясающей красоты девушка в темно-синем ханьфу; на третьем — толстяк со зловещим шрамом от клинка на лице, но с виду добродушный и веселый; а на четвертом — юноша с гробом за спиной и утонченным, интеллигентным видом.

— Выясни, где они находятся, — спокойно велел Шэнь Цинчжу.

Хотя в душе Имори Ютаки и шевельнулось недоумение, он послушно кивнул:

— Слушаюсь!

...

Проводив взглядом вереницу из десятка с лишним машин, дядя Кёсукэ с облегчением перевел дух.

От ежедневных визитов этих бандитов сердце дяди Кёсукэ уже готово было выскочить из груди. Обернувшись к Амэмии Харуки и Линь Цие, только что вышедшим из отдельной комнаты, он не удержался от вопроса:

— Они ведь... больше не будут так часто приходить?

Линь Цие на мгновение задумался:

— Не часто. Всего-то раз в день.

Уголок рта дяди Кёсукэ дернулся, во взгляде промелькнула горечь.

— Тогда... может, пойдете вздремнете? Вы оба с прошлой ночи на ногах, почти не спали, а через несколько часов уже пора открываться, — дядя Кёсукэ глянул на часы и со вздохом добавил: — Молодежи тоже нужно беречь здоровье. В нашем ремесле, если хост состарится, он потеряет всякий спрос.

Юдзурина, привалившись к столу, захлопала ресницами:

— И станет таким же, как дядя Кёсукэ?

Дядя Кёсукэ онемел.

— Не смотри, что я сейчас такой! В молодости я внешностью ничуть не уступал Амэмии... ну, может, самую малость Асабе, — дядя Кёсукэ пожал плечами. — В свое время я был главным хостом в лучшем клубе Синдзюку, самым знаменитым хостом во всей Японии! Женщины, готовые тратить на меня деньги каждую ночь, выстраивались в очередь на всю улицу!

Сяо Цзинь зевнул:

— Опять началось...

На личике Юдзурины читалось полное недоверие:

— Раз ты был таким крутым, чего тогда приехал сюда и открыл свой хост-клуб?

— Э-э... ну, там возникли кое-какие непредвиденные обстоятельства...

— Дядя Кёсукэ, на самом деле я бы хотел сегодня взять выходной, — поколебавшись, произнес Линь Цие.

Услышав это, дядя Кёсукэ опешил:

— Выходной? Что стряслось? Заболел? Или этот верховный глава был слишком... кхм, груб?

— ...Нет.

Линь Цие указал рукой на экран телевизора, где шла прямая трансляция с празднества:

— Мы только недавно приехали из Йокогамы и еще ни разу не бывали на фестивале в Осаке. Я хочу сводить туда Юдзурину.

Амэмия Харуки согласно кивнул:

— Я бы тоже не прочь взглянуть.

— Фестиваль, значит...

Дядя Кёсукэ посмотрел на экран, где вовсю кипели приготовления к фестивалю, и задумчиво потер щетину на подбородке.

— И правда, редкая возможность... Раз так, сделаем сегодня в клубе выходной! — рассмеялся дядя Кёсукэ. — Я лично отведу вас на праздник! А как закончится фестиваль фейерверков, вернемся, выпьем, выспимся, отдохнем — и завтра снова откроемся!

Сяо Цзинь, иди переверни табличку на двери! Собираемся, выдвигаемся под вечер!

Линь Цие и Амэмия Харуки переглянулись и едва заметно кивнули. Их цель была достигнута: когда вечером после фестиваля фейерверков они вернутся, то смогут улучить момент, ускользнуть и бесшумно начать запланированное на сегодняшнюю ночь нападение.

— Но!

Вновь раздался голос дяди Кёсукэ.

Линь Цие и остальные в недоумении повернулись к нему.

Взгляд дяди Кёсукэ скользнул по Линь Цие, Амэмии Харуки и Сяо Цзиню, и на его губах появилась лукавая улыбка:

— Сегодня вечером вы трое наденете то, что я для вас приготовил...

...

Где-то в Японии.

Хосими Сёта в ужасе очнулся ото сна. Он тяжело хватал ртом воздух, на лбу выступили бисеринки пота.

Взглянув на лежавшую рядом совершенно нагую девушку-лису, он невольно сглотнул слюну.

Ему снова приснился кошмар.

Ему снилось, будто в сегодняшней игре он опять проиграл, и эта демоница снова привязала его к кровати... а под конец он выползал из комнаты, держась за стенку.

Какой кошмар!

Если так будет каждый день, его тело просто не выдержит!

Сегодня он ни за что не должен проиграть!

Во взгляде Хосими Сёты вспыхнула решимость. Он открыл рот, собираясь разбудить девушку-лису и вызвать ее на бой, но, поразмыслив, снова сомкнул губы.

Он тихонько оделся сам, затем перерыл шкафы, достал толстый черный пуховик и накинул его на девушку-лису, надежно укрыв соблазнительную наготу, выглядывавшую из-под одеяла. И только после этого зычно выкрикнул:

— Демоница! Вставай на поединок!

Лежавшая в постели девушка-лиса лениво зевнула, не спеша села и, обнаружив на себе толстый черный пуховик, слегка опешила.

— Сёта, это еще что?..

Хосими Сёта самодовольно хмыкнул:

— Ну вот, демоница! В этом пуховике погляжу я, как ты теперь сможешь сбивать меня с толку своей красотой! Сразимся в честном поединке!

Девушка-лиса онемела.

Она молча закатила глаза, в пуховике выбралась из постели, села за низкий столик напротив него и с досадой произнесла:

— Что ж, мой повелитель клинка, Хосими Сёта... Ты готов начать сегодняшнюю игру?

— Готов! — Во взгляде Хосими Сёты горела непоколебимая решимость.

— Сегодняшняя игра... метание стрел в кувшин!

Хосими Сёта опешил.

Девушка-лиса слегка взмахнула рукой, и в углу комнаты прямо из воздуха возник медный кувшин, а на низком столике появились шесть оперенных стрел — по три перед каждым из них.

— У каждого по три стрелы. Кто попадет больше, тот и победил, — с улыбкой произнесла девушка-лиса, глядя на Хосими Сёту.

Хосими Сёта ошеломленно уставился на три стрелы перед собой и мгновение спустя обиженно поджал губы.

Взгляд его потух.

— Сёта, что с тобой? — спросила девушка-лиса.

— Да я же ни за что не выиграю! — в отчаянии воскликнул Хосими Сёта. — Я просто обычный школьник! Не умею драться, не умею обращаться с оружием... Как я могу победить в такой игре тебя, Воинственную деву?..

Хосими Сёта уткнулся лицом в колени, чувствуя невыразимое уныние.

Сегодня... он снова ничем не поможет Амэмии Харуки.

Девушка-лиса молча смотрела на него. Спустя долгое время на ее губах появилась улыбка:

— Ой-ой, неужели сегодняшний Сёта сдастся, даже не попытавшись?.. Ты и впрямь трусишка.

Услышав это, Хосими Сёта резко вскинул голову. Он уставился на три стрелы перед собой, секунду боролся с собой и, стиснув зубы, выпалил:

— Кто это сказал?! Я ни за что не сдамся без боя... Состязаться так состязаться!

Он схватил одну из лежавших перед ним стрел, сосредоточенно прицелился в медный кувшин в углу, изо всех сил метнул ее, а затем быстро подхватил две оставшиеся и бросил следом!