Глава 642. План нападения во время праздника

«…В эфире утренний выпуск новостей.

Вчера вечером на военной базе номер 122 в пригороде Осаки вспыхнул пожар. Предположительно, из-за ненадлежащих условий хранения произошло возгорание части армейского вооружения. В настоящее время причины инцидента выясняются.

Наш корреспондент продолжает следить за развитием событий…

К другим новостям. Начался ежегодный праздник Тэндзин. Торжественная процессия отправится от святилища Тэммангу и прошествует к реке Окава. Подготовка к вечернему фестивалю фейерверков уже завершена, и сегодня вечером…»

Глядя на выпуск новостей по телевизору, дядя Кёсукэ, сидевший у окна и лакомившийся мандарином, приподнял бровь и съязвил:

— Дожили. В наши дни уже и военные базы сами по себе взрываются?

— Ни войны нет, ни внешних врагов, так что эти военные базы мало чем отличаются от заброшенных, — зевнул Сяо Цзинь. — Хоть полиция и поддерживает такие опасные объекты в рабочем состоянии, накладки — дело обычное. Не так давно на Хоккайдо ведь тоже несколько военных баз взлетело на воздух?

Сидевший напротив дяди Кёсукэ Линь Цие отрешенно опустил глаза и хранил молчание.

Да, вчерашний взрыв произошел по его вине.

Впрочем, он вовсе не собирался намеренно поджигать военную базу. Просто Муму прошлой ночью сожрал оружие сразу из нескольких складов подряд и в итоге так объелся, что превратился в низенького толстячка. Случайно рыгнув от сытости, он выпустил изо рта огонек, который аккурат воспламенил порох неподалеку…

К счастью, почти весь этот порох уже был съеден, иначе даже крепкому телу Линь Цие не поздоровилось бы от столь мощного взрыва.

Сидевший рядом Амэмия Харуки бросил на него выразительный взгляд: и без лишних вопросов было ясно, что Линь Цие определенно приложил к этому руку…

Только вчера выспрашивал, где находится военная база, а на следующий день передают, что она взорвалась. Разве бывают такие совпадения?

— Дядя Кёсукэ, я закончила уборку на кухне! — крикнула Юдзурина, выходя в фартуке и со шваброй в руках. Смахнув пот со лба, она обратилась к хозяину клуба.

— Умница, крошка Юдзурина, иди отдохни немного, — улыбнулся дядя Кёсукэ и похлопал по дивану рядом с собой.

Юдзурина сняла фартук, села рядом с ним и с облегчением перевела дух. В тот же миг дядя протянул ей несколько очищенных мандаринов.

— Поешь, они очень сладкие, — прищурившись, с улыбкой сказал дядя Кёсукэ.

— Спасибо, дядя!

— Дядя Кёсукэ, я тут слышал, в последние пару дней в Дотонбори неспокойно? — вспомнил сидевший в стороне Сяо Цзинь. — Вроде бы какие-то якудза постоянно устраивают шум, ходят из заведения в заведение, будто что-то вынюхивают…

— Так на нас ведь тоже якудза глаз положили, — отозвался дядя Кёсукэ. — Та самая группировка Чёрной расправы. Они еще хотели, чтобы Асаба и Амэмия обслуживали их верховного главу.

— Тут другое. На сей раз явились, похоже, люди из Канто.

Услышав это, Линь Цие и Амэмия Харуки одновременно нахмурились. Они переглянулись, заметив во взгляде друг друга тревогу и сосредоточенность.

Клан Самукава уже взял Дотонбори на прицел и прочесывал квартал в поисках Линь Цие и Юдзурины.

— Якудза — это просто шайка безумцев, которым нечем заняться. Главное — не нарываться, не станут же они без всякой причины вваливаться и громить заведение? — невозмутимо рассудил дядя Кёсукэ.

Но едва он договорил, как в переулок с низким гулом моторов въехало больше десятка черных седанов — размах был куда внушительнее, чем во время визита Асакуры Кэна!

Из машин высыпало несколько десятков членов банды. Они выстроились у входа в две шеренги, образовав живые стены, после чего почтительно развернулись и низко поклонились, ожидая чьего-то появления.

Из салона авто вышел молодой человек в наброшенном на плечи хаори с узором плывущих облаков. Приняв сигарету из рук подручного, он прикурил от серебристой винтажной зажигалки, слегка вскинул голову и посмотрел на панорамное окно второго этажа. Во взгляде его сквозило спокойное величие.

— Это… — дядя Кёсукэ, остолбенев, смотрел на выстроившихся внизу головорезов. — Да как же так… Они и вправду пришли?!

— Не паникуйте, это верховный глава группировки Чёрной расправы, он пришел не скандалить, — поспешил успокоить его Линь Цие.

— Верховный глава группировки Чёрной расправы?! — запаниковал дядя Кёсукэ еще пуще прежнего. — А ему-то тут что надо?!

Линь Цие на мгновение задумался:

— Да ничего особенного. Он просто пришел проведать меня…

«…»

Дядя Кёсукэ, Юдзурина и Сяо Цзинь разом оцепенели и повернули головы, уставившись на Линь Цие дикими взглядами. В больших глазах Юдзурины уже заблестели слезинки…

Амэмия Харуки немного помолчал и невозмутимо добавил:

— И меня.

После гробового молчания дядя Кёсукэ загробным тоном вымолвил:

— Раз уж он пришел к вам… хм… развлечься, пусть поднимается. Выделите им отдельную комнату… Но за выпивку все равно придется платить.

Шэнь Цинчжу со своей свитой поднялся на второй этаж и вместе с Линь Цие и Амэмией Харуки прошел в комнату. Все остальные подручные остались караулить снаружи, наглухо оцепив вход так, что и мышь не смогла бы проскользнуть.

Дядя Кёсукэ, Сяо Цзинь и Юдзурина остались сидеть у окна. Мужчина сокрушенно цокнул языком:

— Я всего лишь хотел вырастить из них первоклассных хостов, но и подумать не мог… что диапазон их услуг окажется настолько широким.

Юдзурина, набивая рот мандарином, обиженно и жалобно протянула:

— Что же делать, дядя Кёсукэ? Братец Цие — прекрасный цветок, неужели его воткнут в кучу навоза?

Сяо Цзинь призадумался:

— Вообще-то их верховный глава весьма хорош собой… На кучу навоза он как-то не тянет.

— Вот именно: молод, статен. Если бы он тоже подался в хосты, несомненно, стал бы восходящей звездой нашего ремесла… — с чувством вздохнул дядя Кёсукэ.

«…»

***

В отдельной комнате.

— Помогите мне.

— Помогите мне…

— Разыскать…

— Разыскать…

— Где эти люди.

— Где эти люди!

— Верно, эта фраза именно так и произносится, обязательно запомни, — Линь Цие удовлетворенно кивнул, обучив Шэнь Цинчжу очередному японскому выражению.

Шэнь Цинчжу, сжимая в зубах сигарету, тяжело и протяжно вздохнул с неописуемой тоской на лице.

Учить чужой язык — сущая пытка…

— Кстати, — вспомнил Линь Цие, — схему дислокации, которую ты нам передал, мы изучили. Замысел у меня следующий…

Пользуясь передышкой, Линь Цие подробно изложил Шэнь Цинчжу свой план. Выслушав, тот без тени сомнений кивнул:

— Понял. Когда выступаем?

— Они уже прочесывают Дотонбори. Неизвестно, когда доберутся сюда, так что во избежание лишних осложнений выступим сегодня ночью.

— Сегодня ночью? А как же клуб? Разве вам не нужно открываться и принимать гостей?

— Придумаем что-нибудь, чтобы сегодня не открывать двери, это не проблема, — ответил Амэмия Харуки. — К примеру, сегодняшний праздник Тэндзин и фестиваль фейерверков — отличный повод.

— Торжества и фейерверки усыпят бдительность клана Самукава. Ударить в такой момент — лучший вариант, — согласился Линь Цие.

Шэнь Цинчжу хмыкнул:

— Ладно. Как начнете, просто подайте мне сигнал.

Да, кстати, подучи меня еще парочке фраз на японском, которые пригодятся для сегодняшней вылазки…