Глава 600. В пелене дождя

Зрачки Линь Цие слегка сузились.

Тело вестника божьей воли состояло из неведомого материала: оно не только с лёгкостью отражало рубящие удары Линь Цие, но и блокировало любые попытки восприятия духовной силой. Даже когда Линь Цие пытался прощупать строение его тела духовной силой, та лишь натыкалась на кожу, не в силах проникнуть внутрь.

Одно можно было сказать наверняка: в какой-то мере вестник божьей воли уже не был человеком в чистом виде.

В конце концов, обычный человек не способен проецировать из собственных глаз изображение с камер наблюдения.

Киборг?

Едва эта мысль мелькнула в голове Линь Цие, как облачённый в белое вестник божьей воли сделал шаг вперёд. Шаг был совсем небольшим, но в то же мгновение он преодолел почти сотню метров и возник прямо перед Линь Цие!

Белое световое кольцо в его левом глазу мгновенно зафиксировало лицо Линь Цие и «Рассекатель белизны» в его руке.

— Клинок, способный игнорировать пространство... Один из Девяти клинков бедствия? Нет, у этого меча нет души клинка, — вестник божьей воли слегка нахмурился, словно в недоумении.

Он покачал головой и со вздохом произнес:

— То, что оказывается в руках вторженцев, всегда столь непостижимо.

В следующий миг его взгляд сфокусировался. Прямо перед ним соткался ужасающий невидимый рубящий удар, источавший смертельную опасность. Линь Цие молниеносно выставил перед собой «Рассекатель белизны».

Бум-м!..

Невидимый удар врезался в клинок «Рассекателя белизны», заставив меч яростно содрогнуться. Однако странно: сжимавший рукоять Линь Цие не ощутил ни малейшей отдачи силы в ладони.

Словно вся сокрушительная мощь была насильно влита внутрь «Рассекателя белизны», не просочившись наружу ни на йоту.

«Рассекатель белизны» бешено завибрировал, издав пронзительный скрежет, похожий на крик тысячи птиц. Линь Цие нахмурился, чутко ощутив неладное, но в то же мгновение облачённый в белое вестник божьей воли вновь поднял палец.

Линь Цие метнулся в сторону, но уже в следующую долю секунды фигура вестника божьей воли опять возникла прямо перед ним.

Его ладонь, подобно призраку, мягко легла на клинок «Рассекателя белизны», и он щёлкнул пальцем.

Дзынь-н-н!..

Глухой, мощный грохот, словно раскат грома, эхом прокатился по оживлённой улице.

Яростно вибрировавший клинок «Рассекателя белизны» внезапно замер, погрузившись в зловещую тишину, а затем прямо посреди него с треском побежала паутина отчетливых мелких трещин!

Белоснежный клинок, зеркально отражавший неоновые вывески вдоль улицы, переломился пополам. Дрожащий обломок лезвия, очертив в воздухе переливчатую световую дугу, взмыл в чернильное ночное небо, вонзился в светофор неподалёку и высек сноп ослепительных искр!

Сжимая в руке обломок «Рассекателя белизны», Линь Цие резко сузил зрачки.

Клинок... сломан.

Металл треснул ровно там, куда только что щёлкнул пальцем вестник божьей воли. Всего двумя движениями тот сломал пополам «Рассекатель белизны» — оружие, входившее в число двенадцати экспонатов сверхвысокой опасности из коллекции клана Байли.

Как ему это удалось?

В это мгновение в голове Линь Цие пронеслось бесчисленное множество мыслей, но обстановка не оставляла времени на раздумья.

Облачённый в белое вестник божьей воли поднял руку и слегка полоснул пальцем в сторону Линь Цие — леденящее чувство смертельной опасности мгновенно сковало сердце Линь Цие.

Ему больше незачем было оглядываться на тот загадочный взор в пустоте: если сейчас не пустить в ход Запретные руины, сегодня он точно погибнет здесь.

Покров ночной тьмы мгновенно окутал его тело, и в следующий миг он исчез с места.

«Мерцание темной ночи».

Эти Запретные руины зародились из первоистока ночи, оставленного ему Никтой. Если уподобить первоисток ночи плодородной почве, то эта способность стала первым выросшим на ней плодом.

В тот самый миг, когда Линь Цие переместился, прямо за местом, где он только что стоял, у двух шестиэтажных торговых центров разом разлетелись все окна. Несущие конструкции в их середине были рассечены надвое, хрупкие, словно склеенные из бумаги.

Зловещий след разреза распорол оба торговых центра, и массивные корпуса зданий с оглушительным грохотом среди взметнувшихся туч серой пыли тяжело рухнули на улицу, расплющив больше десятка легковых машин в груду металлолома.

Линь Цие стоял позади руин зданий, сжимая в руке обломок «Рассекателя белизны», и лицо его было предельно мрачным.

Судя по давлению духовной силы, исходившему от вестника божьей воли, тот был мастером на пике ранга «Клейн», а странные мистические способности резко взвинчивали уровень исходящей от него опасности.

Сейчас Линь Цие ни за что не смог бы с ним тягаться.

Тем более что вестник божьей воли был далеко не единственным его врагом...

Линь Цие поднял голову и взглянул на чернеющее ночное небо. Он отчетливо чувствовал, что тот самый мистический взор, появившийся над отмелью, вновь пробился сквозь пустоту и теперь рыщет по окрестностям в поисках его следов.

Применение «Мерцания темной ночи» снова привлекло внимание этой мистической сущности. Если он продолжит использовать Запретные руины, его неминуемо выследят.

— Гнев божий снизошёл на этот мир. Если ты и дальше будешь пускать в ход уловки вторженцев, мне даже вмешиваться не придётся — тебя сотрет в порошок божественная кара. Сегодня тебе не уйти, — ощутив устремленный с небес взор, с холодной усмешкой произнес облачённый в белое вестник божьей воли.

Линь Цие молча смотрел на него, в его глазах мелькали отблески раздумий: он напряженно искал выход из тупика.

Использовать Запретные руины — его засечёт мистическая сущность, и он погибнет. Не использовать — не сбежать от вестника божьей воли, и тогда тоже смерть.

Это был тупик.

Пока Линь Цие мучительно перебирал варианты, с облаков внезапно сорвалась капля дождя. Упав ему на плечо, она разлетелась крошечными брызгами.

Кап!

Дождь пошёл?

Сама по себе эта капля не привлекла внимания Линь Цие, однако стоявший напротив вестник божьей воли слегка нахмурился.

Он вскинул голову и уставился в небо, словно что-то выискивая.

Вторая капля, третья, четвёртая...

Шелестящие капли дождя падали с ночного неба, припуская всё сильнее. Не прошло и десятка секунд, как мелкий дождик перерос в умеренный, а умеренный — в настоящий ливень!

Сплошные потоки воды хлестали по оживлённым городским улицам, стремительно собираясь во всё новые и новые лужи. В воздухе поплыла густая водяная взвесь, постепенно застилая взор простых прохожих и превращая ночное небо в сплошную пелену дождя.

Слабый свет неона тонул в струях дождя; вода заливала асфальт, струясь широкой рекой и отражаясь на волнующейся поверхности луж яркими озерцами света, завораживая взор.

Облачённый в белое вестник божьей воли стоял под дождём: капли стекали по подолу его одежд прямо на землю, не оставляя на ткани ни единого мокрого следа.

Лицо его помрачнело.

Линь Цие поднял взгляд на внезапно хлынувший ливень, и в его глазах отразилось недоумение.

Этот дождь... с ним явно что-то не так.

В небе промелькнул чей-то силуэт.

Линь Цие повернул голову.

Высоко над перекрёстком шумных улиц сквозь чернеющую пелену дождя излучал радужное сияние огромный экран, озаряя добрую половину неба. Прямо перед меняющимися кадрами экрана, раскрыв бумажный зонт, в струях ливня безмолвно стояла одинокая фигура.