Глава 592. Бабушка Цуру

Юдзурина немного растерялась.

Она совершенно не слышала, как Линь Цие поднимался по крутому склону, и даже не поняла, в какой момент он выбрался наверх — словно черный призрак, он в одно мгновение взлетел со склона.

— А ты ловкий, — с чувством заметила Юдзурина по-японски.

Линь Цие лишь улыбнулся и промолчал.

Под лазурным небом они вдвоем шли по шоссе над отвесным обрывом, направляясь друг за другом вперед по дороге.

Юдзурина шла впереди. Ее босые ступни оставляли на сером асфальте бледные влажные следы. Старое черное кимоно с узором сакуры сидело свободно, явно не по размеру; рукава местами расползлись по швам и были грубо залатаны серыми нитками.

С каждым шагом нежно-розовая шпилька, воткнутая в собранные в пучок черные волосы, слегка покачивалась, мерцая чистым блеском.

Линь Цие в черном плаще спокойно следовал за ней.

В мыслях он быстро приводил в порядок все известные сведения.

Все началось с того беловолосого старика на утлой лодчонке посреди Тумана, поразительно похожего на Ван Мяня.

На нем была маска Ван Мяня, плащ отряда «Маска», на поясе висел «Ловчий коршун», да и его способность тоже управляла временем — Линь Цие был почти уверен, что это и есть Ван Мянь...

Но противоречие заключалось в том, что Ван Мянь не был настолько стар, к тому же ему было еще далеко до того, чтобы шагнуть в божественную сферу.

Неужели он прибыл из будущего?

Стоило этой мысли промелькнуть в голове Линь Цие, как он тут же счел ее «крайне вероятной». То, что Ван Мянь способен перемещаться во времени, не было тайной.

Когда инструктор Юань Ган рассказывал о медалях Ночных стражей, он упоминал о заслугах Ван Мяня: пять лет назад, когда Ямата-но Ороти вышел на берег Восточного моря, Ван Мянь пожертвовал сроком собственной жизни, чтобы вернуться во времени на час назад, до появления змея, и спас жителей целого города.

В то время Ван Мянь был всего лишь новичком ранга «Безмерный».

И если в будущем Ван Мянь действительно пробил этот Предел человечества и шагнул в божественную сферу, он вполне мог обрести способность вернуться далеко в прошлое.

Но тогда встает вопрос: если эта догадка верна, то из какой именно точки будущего он вернулся и ради чего?

Неужели только ради того, чтобы забросить его в это место?

А остальные бойцы отряда? Они тоже здесь?

И это место... действительно Япония?

Бесчисленные вопросы теснились в голове Линь Цие; чем больше он размышлял, тем сильнее все запутывалось.

Внезапно ему пришла в голову еще одна мысль.

Если Ван Мянь способен управлять временем, не мог ли он отправить всех на сотню лет назад, в ту Японию, где Туман еще не появился?

Линь Цие резко поднял голову и огляделся по сторонам.

К этому времени они уже сошли с трассы и оказались на городской улице.

До центра города было еще далеко, прохожих на пути почти не встречалось. На сером асфальте белела четкая дорожная разметка. Справа виднелась недавно открывшаяся лавка с рисом и морскими ежами, слева — закрывшийся торговый центр электроники.

С краю проезжей части стояло несколько пристегнутых замками велосипедов, а чуть дальше был припаркован черный седан. Линь Цие не знал этой автомобильной марки, однако, судя по форме кузова, машина явно была создана не несколько десятилетий назад.

Шедшая впереди Юдзурина вдруг остановилась и пошла дальше лишь тогда, когда светофор над головой переключился на зеленый.

Это совершенно точно не Япония вековой давности.

Перед ним лежал современный город.

Отбросив мысль о возвращении в прошлое, Линь Цие вновь задумался о сути этого места...

Если они не переместились во времени, то откуда вообще взялась эта страна, не поглощенная Туманом?

Ее попросту не должно было существовать, и все же он находился прямо здесь. Линь Цие смутно чувствовал: под этим безмятежным, живописным фасадом наверняка скрывается какая-то неведомая опасная тайна.

Пока разгадать все это не удавалось, Линь Цие решил отложить сложные вопросы и сосредоточиться на насущных проблемах.

Незнакомое окружение, чужой язык, чужая культура... Первое, с чем Линь Цие требовалось разобраться, — языковой барьер.

Если он будет постоянно молчать и не понимать написанного, разузнать обстановку будет крайне сложно.

Вот только чужой язык за пару дней не выучишь.

Пока Линь Цие ломал над этим голову, они вышли к окраине города. Дома вокруг становились все ниже и встречались все реже, пока наконец они не остановились перед заброшенным пустырем позади парка.

Жилых домов здесь не было, не горело ни единого фонаря. Лишь на краю пустыря беспорядочно стояло несколько грузовых контейнеров, по виду давно списанных.

Юдзурина повернулась к Линь Цие и сказала по-японски:

— Иди за мной и не шуми.

Договорив, она еще и показала пальцами крестик у губ.

Линь Цие сразу понял, что она имеет в виду, и кивнул.

Они бесшумно подошли к одному из контейнеров. Юдзурина осторожно огляделась по сторонам и, убедившись, что вокруг ни души, отперла замок на двери и быстро скользнула внутрь.

Внутри контейнера было обустроено крохотное жилье.

Притащенный неведомо откуда старый толстый матрас, пара сложенных тонких одеял поверх него, рядом — простая вешалка из гнутых труб с парой висящих вещей да самые необходимые предметы гигиены.

С другой стороны от матраса стоял деревянный стул. На нем сидела седая старушка. Прищурившись, она дрожащими морщинистыми руками складывала лист белой бумаги.

Хотя двигалась она неторопливо, движения ее были на удивление сноровистыми: за считаные секунды из-под пальцев появился изящный бумажный журавлик, которого она бережно опустила к своим ногам.

У ее ног высилась целая гора бумажных журавликов, уже почти скрывшая обувь.

Услышав, как открылась дверь контейнера, старушка медленно подняла голову. Заметив хрупкую фигурку девочки, она озарилась лучезарной улыбкой:

— Малышка Юдзури, ты вернулась?

— Я вернулась, — личико Юдзурины озарила улыбка. — Бабушка Цуру, я привела с собой гостя.

— Гостя?

Услышав это, старушка перевела взгляд за спину Юдзурины и увидела мужчину в черном плаще.

Она бережно отложила белый лист, уперлась ладонями в подлокотники стула и с усилием попыталась подняться; стоявшие на полу ноги мелко подрагивали.

— Гость пришел... Проходи скорее, садись, я сейчас заварю чаю для гостя.

— Бабушка Цуру, сидите спокойно, вам нельзя вставать! О госте я сама позабочусь, — Юдзурина торопливо подхватила ее под руки и, усаживая обратно на стул, затараторила.

Бабушка Цуру приоткрыла рот, словно собираясь возразить, но сил в теле и впрямь не было, поэтому она позволила девочке усадить себя обратно на стул.

Юдзурина обернулась и, заметив, что Линь Цие по-прежнему стоит на пороге, чуть нахмурилась:

— Ты чего застыл? Заходи скорее и закрой дверь, нельзя, чтобы нас здесь кто-то увидел!