Глава 549. Тяжёлый закон мироздания

— Сила закона мироздания?!

За пределами бури Шу и Сет, ощутив исходившую из её недр чудовищную ауру, разом переменились в лице!

— Как такое возможно? — в глазах Сета застыло потрясение. — Как простой смертный может владеть силой закона мироздания?

Шу закрыл глаза, на мгновение вслушался в свои ощущения и крепко нахмурился:

— Пусть она и слаба, но в ней действительно заключена сила закона мироздания...

Этот смертный...

стал богом.

Сами не зная почему, в это мгновение Шу и Сет ощутили, как дрогнули их сердца.

Тот человек с мечом мог сражаться с ними на равных и даже вынудил отступить ещё до того, как стал богом. Насколько же могущественным он должен быть теперь?..

И самое главное:

он овладел силой закона мироздания, а значит...

меч в его руке обрёл право разить богов.

Дзинь——!

Пока оба предавались размышлениям, из бури донёсся чистый звон клинка. Луч меча, соединивший небо и землю, в мгновение ока рассёк бурю. Бурлящая ци меча вмиг искрошила все ветряные лезвия, и бешеный ураган, смешанный с ци меча, вырвался наружу!

Сквозь неистовый вихрь, ступая по пустоте, неторопливо приближалась фигура в чёрных одеждах с мечом в руке.

Дзинь——!!

Его рука, сжимавшая длинный меч «Взывающий к бездне», едва заметно дрогнула. Удар ещё не был нанесён, но острейшее намерение меча уже пронеслось наотмашь, устремившись прямо к двум фигурам!

Шу и Сет одновременно переменились в лице и холодно хмыкнули. Их божественное величие с грохотом вырвалось наружу, столкнувшись с этим намерением меча!

И что с того, если этот смертный овладел законом мироздания?

Всего лишь человек, едва перешагнувший порог божественного царства, да к тому же тяжело раненный! Они же — великие боги из числа Девяти богов-столпов Египта. Если вдвоём они испугаются одного лишь напора Чжоу Пина и сбегут, то грош цена их божественному сану.

Три волны божественного величия яростно схлестнулись в вышине, и небо, ещё мгновение назад относительно светлое, вмиг потемнело.

Бешеный ветер, перемежаясь со сполохами молний, бушевал под тусклым небосводом, а лица Шу и Сета становились всё мрачнее.

Вдвоём они едва могли сдерживать намерение меча этого смертного.

Как этот человек может быть настолько силён?!

Пш-ш——!

На плече Чжоу Пина внезапно взорвалось маленькое облачко кровавого тумана, распадаясь на тонкие белые нити и тая в воздухе...

Он слегка нахмурился.

Увидев это, Шу опешил. Он замер на миг, а затем, словно всё поняв, громко расхохотался:

— Понял! Теперь я всё понял!

Пусть ты и стал богом с мечом в руках, пусть овладел силой закона мироздания, но твоё тело по-прежнему человеческое! Ты всё та же бренная плоть, не способная выдержать даже крупицы закона мироздания!

Твоё тело уже не способно вынести твой собственный клинок! Чем больше силы закона ты пускаешь в ход, тем быстрее твоя плоть растворяется в Дао!

Нам даже не нужно нападать: пройдёт пара минут, и твоё тело само развалится под тяжестью собственного закона мироздания!

Смертный в конце концов остаётся смертным!

Возомнил, будто стать богом так просто?!

Хохот Шу эхом разносился по воздуху. Лица Линь Цие и остальных, летевших позади Чжоу Пина, вмиг стали предельно серьёзными.

— Он говорит правду? — ошеломлённо спросил Толстяк Байли.

Ань Цинъюй поправил очки. Скрытый за стеклом серый глаз вглядывался в Чжоу Пина лишь секунду, прежде чем юноша был вынужден зажмуриться.

Из уголка его глаза потекла струйка кровавых слёз.

— Должно быть, да, — произнёс Ань Цинъюй с закрытыми глазами. — Его тело уже почти не выдерживает собственное намерение меча.

Если раньше его тело походило на стеклянный стакан с водой, где намерение меча удерживалось внутри и не выплёскивалось наружу, то теперь... в этом стакане уже не вода, а магма...

Человеческое тело не способно вынести такой закон мироздания.

На лице Ань Цинъюя появилась горечь.

Линь Цие нахмурился и тут же повернулся к Цзялань:

— Цзялань, наложи на старшего Святого Меча «нерушимость»!

Если сосуд недостаточно прочен, Цзялань может просто укрепить его!

Цзялань кивнула. Облако-кувырок подлетело к Чжоу Пину сзади; ладонь девушки мягко коснулась его спины, и слабое белое сияние перетекло в его тело.

В то же мгновение оба бога атаковали: копьё из тёмно-золотого песка и невидимый астральный вихрь с воем устремились к Чжоу Пину!

Чжоу Пин поднял меч.

Бушующая ци меча собралась вокруг него, а закон мироздания Пути меча потёк из небытия прямо в его тело.

Жуткое, пронзительно-леденящее намерение меча взмыло к небесам.

Кх-ха——!

Внезапно Цзялань позади него глухо охнула, и изо рта её брызнула кровь.

Вслед за этим из всех семи отверстий на её лице потекла кровь.

Взгляд Чжоу Пина посуровел. Он опустил поднятый меч и схватил Линь Цие и остальных. Луч меча рассёк пространство, и в то же мгновение все они исчезли.

В следующий миг их силуэты возникли на краю разрушенного города, продолжавшего двигаться вперёд.

Под сумрачным небом Линь Цие и остальные покачнулись, с трудом удержав равновесие, а ноги Цзялань, облачённой в тёмно-синее ханьфу, подкосились, и она стала заваливаться вперёд.

К счастью, Линь Цие среагировал молниеносно: перехватив её за запястье, он привлёк девушку в свои объятия.

Обессилевшее тело Цзялань обмякло в его объятиях; на её лице алели потёки крови, а губы были мертвенно-бледными.

— Цзялань! — позвал Линь Цие.

— Кхе-кхе-кхе... Всё в порядке, Цие... — слабо прошептала Цзялань.

Ань Цинъюй приоткрыл один глаз, взглянул на Цзялань и нахмурился:

— Её духовная сила истощена, а душа немного повреждена, но ничего страшного.

— Как же так? — встревоженно спросил Толстяк Байли. — Разве у сестры Лань нет «нерушимости»?

Стоявший рядом Чжоу Пин в чёрных одеждах на мгновение задумался и покачал головой:

— Хоть у неё и есть «нерушимость», но божеством она всё же не стала. Она может отразить атаку бога, но отдачу от силы закона мироздания выдержать не способна — её текущей ступени недостаточно.

Только что закон намерения меча, к которому я воззвал, превысил предел её сил.

Это моя вина...

...

Свист——!!

Две фигуры столь же стремительно примчались издалека и в мгновение ока настигли разрушенный город. Застыв в облаках, они с холодными усмешками взирали на распростёртый под ними город.

— Понял, что умирает, и снова спрятался в городе, втянув голову в панцирь? — прищурился Сет.

— Не стоит недооценивать противника, — покачал головой Шу. — Этот смертный — не трус. Овладев силой закона мироздания, он наверняка думает лишь о том, как убить нас перед смертью. А сюда он вернулся, скорее всего, ради защиты тех младших.

— Неужели он и правда думает, что способен нас прикончить?

— У него больше нет пути назад.

— И что нам делать теперь? Держаться подальше и тянуть время? Подождать, пока он погибнет под бременем собственного закона Пути меча, а затем вернуться и завершить начатое?

— Это самый надёжный способ, — кивнул Шу.

— Но если он действительно твёрдо решит нас убить... сможем ли мы от него убежать?

Сет погрузился в молчание.