Глава 508. Потолок, который невозможно пробить

Пик... пик... пик...

В палате мерно раздавался писк кардиомонитора. Шэнь Цинчжу толкнул дверь и вышел в больничный коридор.

— Как он? — поднявшись со своего места, спросил Линь Цие.

— Опасность для жизни пока миновала.

Напряжение на лицах Линь Цие и остальных немного спало, и Толстяк Байли не удержался от восклицания:

— Кто бы мог подумать, что Девятое место Адептов, столь благородно пришедший на выручку, и впрямь окажется агентом под прикрытием. А я-то думал, он просто непроходимый дурак...

Стоявший рядом Цао Юань молча закатил глаза:

— Думаешь, все вокруг такие же, как ты?

— ??? Старина Цао, ты что, опять зазнался? А не помериться ли нам силами где-нибудь?

Уголок рта Цао Юаня слегка дернулся:

— Подожди два дня.

— Подождать два дня? И что изменится через два... а? — Толстяк Байли вдруг о чем-то догадался и с подозрением уставился на Цао Юаня. — Ты что... собрался совершить прорыв?

— Еще во время тренировок на складе я нащупал порог, а после этой битвы ощущение только окрепло... — Цао Юань опустил взгляд на свои ладони. — Чувствую, что прорвусь со дня на день.

— Э-э... старина Цао, да я же просто пошутил, хе-хе-хе...

Шутки шутками... Разделяй их целая ступень — еще куда ни шло, но окажись они на одной, кто бы в здравом уме рискнул сойтись один на один с Цао Юанем в приступе демонического безумия?

Ну, если не считать сестру Лань.

— Кхе-кхе-кхе...

С другого конца ряда кресел донесся негромкий кашель. Линь Цие и остальные повернули головы и увидели Чжоу Пина: тот молча сидел в углу, опустив голову и тихо покашливая.

— Старший Святой Меча, может, вам тоже показаться врачу и немного восстановить силы? — с беспокойством спросил Линь Цие.

Чжоу Пин покачал головой:

— Пустяки. К тому же... божественную силу в больнице всё равно не исцелят.

В схватке с Осирисом ранения получили оба, вот только Осирис отделался внешними ранами от ударов ци меча, в то время как тело Чжоу Пина частично разъела божественная сила Бога смерти, нанеся ему внутренние повреждения.

Такие раны современная медицина исцелить, разумеется, не могла.

Линь Цие и остальные переглянулись, в глазах каждого читалась тревога.

Чжоу Пин был не просто их учителем, но и высшей боевой мощью человечества, и проблемы с его здоровьем, без сомнения, становились делом первостепенной важности.

— Не надо делать такие лица, — видя их помрачневший вид, с легкой беспомощностью произнес Чжоу Пин. — Всего лишь ранение, я ведь не умираю прямо сейчас. Сражаясь с богом, глупо рассчитывать уйти невредимым.

Проведя бок о бок с Линь Цие и остальными столько времени, Чжоу Пин наконец сумел немного оттаять. Он больше не держался так скованно и настороженно, как поначалу, и их общение стало заметно естественнее.

В глазах Чжоу Пина ребята постепенно превратились из «хлопотных незнакомцев» в «хлопотных знакомых», а затем — в «не таких уж и хлопотных моих учеников».

Разумеется, это стало плодом неустанных усилий Линь Цие и его спутников на протяжении многих месяцев...

Они стали для Чжоу Пина одним из немногих исключений.

Линь Цие и остальные тяжело вздохнули.

— Старший Святой Меча, если даже вы при всей своей силе смогли лишь свести бой с божеством вничью, удавалось ли кому-нибудь в истории человечества совершить убийство бога? — с любопытством спросил Толстяк Байли.

Чжоу Пин покачал головой:

— Нет. Стоять вровень с богами и совершить убийство бога — вещи принципиально разные.

Среди Пределов человечества разных эпох всегда находились единицы, способные сойтись в битве с божеством и не потерпеть поражения, но этим всё и ограничивалось. Ведь так называемые боги — не просто иная форма жизни, они еще и воплощение определенных законов мироздания.

А стереть закон мироздания под силу только закону мироздания.

Человек же — лишь существо, обитающее внутри этих законов мироздания. Каким бы могущественным он ни стал сам по себе, пока он не овладеет силой законов мироздания, убийство бога для него попросту невозможно.

В этом заключается фундаментальное различие в самой сути жизни.

Линь Цие и остальные погрузились в раздумья.

— А может ли человек овладеть законами мироздания? — Глаза Ань Цинъюя загорелись жаждой знаний.

— ...Возможно, нет, — помолчав, отозвался Чжоу Пин. — По крайней мере, за всю историю этого еще никому не удавалось.

После этого ответа в коридоре воцарилась тишина.

— Знаете, почему нас называют Пределом человечества? — продолжил Чжоу Пин. — Потому что эта ступень — наивысший пик, которого способен достичь человек. Потолок, выше которого... дороги нет.

Хотя в истории многие выдающиеся таланты пытались пробить этот потолок, все они потерпели неудачу.

«Предел человечества» — звание почетное, символизирующее высшую боевую мощь людей, но вместе с тем... это и позор.

Поэтому подавляющее большинство Пределов человечества не любят это наименование.

В воцарившейся тишине...

Линь Цие медленно произнес:

— Выходит, человеку никогда не одолеть богов?

Чжоу Пин на миг умолк:

— В теории это действительно так. Однако...

— Однако что? — Глаза ребят тут же вспыхнули.

— Однако Е Фань считает, что мне это по силам, — с беспомощным вздохом ответил Чжоу Пин. — Он свято верит, что именно у меня больше всего шансов пробить этот потолок и шагнуть на ту ступень, которой прежде не достигал никто.

— Командующий Е? — недоуменно спросил Линь Цие. — Но почему?

— Я и сам не знаю. — Чжоу Пин медленно закрыл глаза. — Я ведь самый обычный человек, и ума не приложу, отчего он возлагает на меня столь великие надежды...

«Самый обычный человек...»

Уголок губ Линь Цие едва заметно дернулся.

Ань Цинъюй пристально смотрел на Чжоу Пина с невиданным ранее любопытством. Он облизнул губы, погруженный в какие-то свои мысли.

С его пояса, из MP3-плеера, раздался голос Цзян Эр:

— О чем ты думаешь?

Здесь всё-таки была больница, поэтому Цзян Эр не стала появляться в облике призрака, а обратилась электромагнитным полем и спряталась в MP3-плеере у Ань Цинъюя на поясе.

— Высшая боевая мощь человечества, обладающая потенциалом пробить потолок... Как же мне хочется его препарировать... — пробормотал Ань Цинъюй.

Цзян Эр: «...»

«Ну и чудак», — подумала она про себя.

Пока они переговаривались, раздалась звонкая телефонная трель.

Чжоу Пин опешил, достал из кармана телефон и ответил на звонок.

— ...Алло? — вполголоса произнес он.

— ...

— Что?!

Чжоу Пин резко вскочил с места, в его глазах отразилось редчайшее для него потрясение. В следующее мгновение он опустил голову и зашелся безудержным кашлем:

— Кхе-кхе-кхе... Хорошо, я понял. Буду ждать тебя здесь.

Столь неожиданная реакция Чжоу Пина застала Линь Цие и остальных врасплох: с того самого дня, как они познакомились, они еще ни разу не видели его лица настолько мрачным и напряженным.

— Старший Святой Меча, что-то случилось? — осторожно спросил Толстяк Байли.

Сжимая в руке телефон, Чжоу Пин несколько мгновений неподвижно простоял на месте, а затем обернулся к Линь Цие и остальным, слегка нахмурившись:

— Всем немедленно вернуться со мной на конспиративную квартиру. Через двенадцать минут прибудет Е Фань.

— Командующий Е? — Линь Цие и остальные переглянулись, в глазах каждого читалось недоумение. — Но ведь здесь всё уже разрешилось? Зачем командующему Е являться сюда прямо сейчас?

Чжоу Пин покачал головой:

— Если ничего непредвиденного не произойдет, в оставшиеся два города вам придется отправиться самим...

На севере стряслась беда.