Глава 495. Безмолвие

Седьмое место Адептов стояла на ступенях второго этажа. Окинув взглядом всё вокруг, она не заметила ничего необычного.

Она зашагала вперед, не торопясь.

Цок, цок, цок…

Стук каблуков отдавался эхом в пустом коридоре. Штукатурка на правой стене давно осыпалась от ветхости, обнажая серую кирпичную кладку, а окна слева густо оплели побеги плюща. Они заслоняли часть солнечного света, отбрасывая в коридор глубокие тени.

На всем втором этаже, кроме гулкого эха ее каблуков, царила мертвая тишина.

Чего она не замечала, так это того, что

с каждым ее шагом из трещин между напольными плитками неслышно пробивались травинки и медленно тянулись ввысь…

Сочная, нежная зелень посреди мертвого запустения этого поместья дышала жизнью.

Шаг за шагом коридор за ее спиной постепенно превращался в зеленый травяной ковер.

Седьмое место Адептов словно что-то почувствовала и слегка нахмурилась.

Она остановилась и оглянулась назад.

Ее зрачки резко сузились!

Девушка в белом платье, лишенная ног, бесшумно парила за ее спиной. Холодные глаза спокойно глядели на нее — точь-в-точь молчаливый призрак.

Не успела Седьмое место Адептов среагировать, как призрак с размаху влетел прямо в ее тело!

С этого мгновения Седьмое место Адептов потеряла власть над собственным телом.

Почти в ту же секунду сочная трава, устилавшая полкоридора, подобно степному пожару, в один миг охватила весь проход. Один за другим среди зелени распускались бутоны, и в мгновение ока коридор обратился в колышущееся море цветов!

Вслед за этим бутоны принялись распускаться прямо на коже Седьмого места Адептов.

Седьмое место Адептов, чье тело захватила Цзян Эр, стремительно выхватила короткий клинок из ножен на бедре, развернула острие и молниеносно направила себе в горло!

В глазах Седьмого места Адептов вспыхнул ужас!

Перед лицом смертельного страха ее магнитное поле бешено заколебалось. Короткий клинок, едва не коснувшись горла, замер в воздухе. Все ее тело сотрясала крупная дрожь — казалось, она вот-вот сбросит чужую волю и вырвется из состояния одержимости.

— Пш-ш-ш… Ее эмоциональный всплеск слишком силен, я едва поспеваю за изменениями ее магнитного поля.

Где-то в углу второго этажа из MP3-плеера раздался девичий голос.

Вжих—!

Тихий юноша с черным гробом за спиной выскочил из соседней комнаты и метнулся к Седьмому месту Адептов, пока та окончательно не вышла из-под контроля.

Нити с кончиков его пальцев мгновенно оплели короткий клинок, и мощь Исполинской силы сокрушила оцепенение, вызванное ее сопротивлением, с силой вогнав острие прямо ей в горло!

Пф-ф—!

Кожа Седьмого места Адептов оказалась невероятно прочной: острие смогло оставить лишь тонкую кровавую царапину. Однако боль от этого укола окончательно сорвала ее самообладание.

Силуэт Цзян Эр выбросило наружу.

В глазах Ань Цинъюя мелькнул серый отблеск. Выхватив из кармана фиолетовую пробирку, он метнул ее в Седьмое место Адептов!

Седьмое место Адептов не знала, что налито в пробирке, но все же уклонилась в сторону. И едва сосуд пролетел мимо нее, как с противоположного конца коридора со свистом вылетела оперенная стрела!

Наконечник стрелы точно ударил в пробирку!

Бах—!!

Пробирка лопнула, и концентрированное ментальное загрязнение вмиг окутало Седьмое место Адептов.

— Ничего страшного, ты выиграла достаточно времени, — поправив очки, с улыбкой произнес Ань Цинъюй.

К этому времени пестрые бутоны покрыли уже половину тела Седьмого места Адептов. С пугающей скоростью они высасывали ее духовную силу и физическую выносливость, наливаясь все более яркими красками.

— Что это… за… дрянь…

Под двойным гнетом «сверхконцентрированного ментального загрязнения» и «Вечного тайного сада» духовная сила Седьмого места Адептов стремительно рухнула вниз. Женщину охватила небывалая слабость, а сознание заволокла мутная пелена.

Она понимала, что дело плохо. Если так пойдет дальше, она действительно сгинет на втором этаже тихо и без следа!

Нужно было действовать!

Даже если не получится убить врагов, надо хотя бы поднять шум, чтобы прибежали другие «Адепты»!

Она до крови прикусила кончик языка — резкая боль вернула ясность мыслям. Седьмое место Адептов подняла зажатый в руке складной веер и только собралась что-то предпринять, как издалека донесся неспешный голос:

— Искажение Неба и Земли.

В следующее мгновение веер, который она только что вскинула, сам собой вырвался из руки и улетел прочь!

Застигнутая врасплох, она вмиг лишилась… оружия.

Она ошеломленно застыла на месте.

Мгновение спустя она опомнилась и раскрыла рот, собираясь закричать во все горло, но прежде чем сорвался хоть звук, из глотки внезапно накатило ощущение чего-то чужеродного.

Седьмое место Адептов зажала рот ладонью, судорожно заходясь спазмами рвоты…

А затем прямо у нее во рту распустился белый цветок, наглухо забив ей рот.

Лицо ее стало мертвенно-бледным!

Чем дольше это тянулось, тем гуще разрастались цветы. Ноги окончательно отказали, и она бессильно опустилась на колени, отчаянно шаря взглядом по сторонам…

С самого начала и до сих пор, кроме юноши с черным гробом за спиной,

она так и не увидела даже тени остальных противников!

Она была словно загнанная в силки добыча, бьющаяся из последних сил, пока истинные охотники молча наблюдают за ней из тени.

Седьмое место Адептов еще никогда не испытывала столь унизительного бессилия!

Будь она на пике своих сил, рассечь эти жуткие цветы не составило бы труда. Но сначала одержимость призраком, затем ментальное отравление… время было безнадежно упущено.

Она становилась все слабее, а цветы на ее теле — все сильнее.

И когда упадок сил достиг предела, она окончательно лишилась возможности сопротивляться.

Без посторонней помощи ее ждал единственный исход: быть до капли иссушенной этими цветами и навсегда остаться в этом тайном саду.

Седьмое место Адептов распласталась на полу, прерывисто хватая ртом воздух. На ее лице не осталось ни кровинки, а перед глазами все плыло…

Ее сердце затопило небывалое отчаяние.

И в этот миг перед ней неслышно возник чей-то силуэт.

Седьмое место Адептов с трудом подняла голову.

Перед ней стоял человек в маске Сунь Укуна — мультяшной, почти комичной.

Однако сейчас в глазах Седьмого места Адептов эта маска казалась жуткой, словно лик злого духа.

Он поднял палец,

легко прижал его к губам маски

и сделал жест, призывающий к тишине.

— Тс-с…

…

Первый этаж.

Шэнь Цинчжу с радиоприемником в руке невозмутимо шагал позади Двенадцатого места Адептов.

Из радиоприемника по коридору все так же разносился низкий голос:

— …Агент под кодовым именем Сунь Укун спокойно стоял посреди пожарища. Глядя сверху вниз на умирающую Ли Гоудань, он с улыбкой сделал жест, призывающий к тишине…

Ли Гоудань широко распахнула глаза, полные бескрайнего ужаса.

В конце концов ее дыхание оборвалось.

Во всей банде отщепенцев никто так и не заметил, что начальник оперативного отдела Ли Гоудань тихо, без единого звука умерла на втором этаже танцевального зала.

А теперь…

настала твоя очередь.

Шэнь Цинчжу медленно остановился.