Глава 388. Не та добыча

Город Гусу.

В самом центре Тумана.

Врата Юга (Наньфан чжи мэнь).

Это величественное сооружение, своими очертаниями поразительно напоминавшее исполинские кальсоны и вздымавшееся высоко над облаками, являлось одной из главных достопримечательностей города Гусу. На самой верхушке здания-арки, укрытые ночной тьмой, стояли две фигуры и безмолвно взирали на утопающий в Тумане город у своих ног.

Вечерний ветер шевелил черные вьющиеся волосы женщины, приоткрывая обольстительное, чарующее лицо. Жуткие вертикальные зрачки, точь-в-точь змеиные, с двусмысленной полуусмешкой смотрели вперед.

Окажись Линь Цие здесь, он непременно с первого же взгляда узнал бы эту соблазнительную женщину с безумными повадками: еще до прошлого Нового года они схлестнулись в яростном бою на одной из старых улочек, и спастись ей удалось лишь благодаря вмешательству Хань Шаоюня из «Адептов».

Она была представительницей злого божества Медузы из Церкви древних богов и носила позывной Змеедева.

— Кажется, добыча вступила в игру, — неторопливо произнесла она, заправляя прядь черных волос за ухо.

Рядом с ней слегка нахмурился высокий и статный, точно железная башня, мужчина, с ног до головы укутанный в черное пальто:

— Не то... Прибыл не особый отряд «Феникс».

Змеедева опешила, и ее тонкие брови тоже сдвинулись:

— Разве нам не говорили, что при появлении зарубежной мистики разбираться всегда посылают особый отряд «Феникс»?

— Все так, — медленно проговорил похожий на железную башню мужчина. — Но одно известно наверняка: бойцы «Феникса» ни за что не стали бы спускаться с самолета на парашютах... Слишком уж это несолидно.

Змеедева на мгновение замялась:

— А не мог прибыть другой особый отряд?

— Исключено, — уверенно отрезал мужчина. — Сейчас на заданиях за пределами баз действуют всего три особых отряда: «Медиум», «Феникс» и «Маска». «Медиум» всегда перемещается верхом на Столпе бога грома (Лэйшэнь чжу), «Феникс» летает на своем «фениксе», а «Маска» парит прямо по воздуху... Ни один из них не стал бы высаживаться столь первобытным способом.

Змеиный взор Змеедевы скользнул по стоявшим возле них трем черным ящикам, и в ее глазах мелькнуло разочарование:

— Главной целью нашей операции была командир «Феникса» Ся Сымэн. Раз ее нет... выходит, мы зря приготовили эти три запретных предмета против нее? И зря с таким трудом изловили Бель-Кланда?

Мужчина на мгновение заколебался:

— Подождем еще немного. Пусть они и не из особого отряда, но раз верхушка Ночных стражей отправила их устранить Бель-Кланда, это вряд ли безвестные пешки. Если уж мы пожертвовали Бель-Кландом, нужно хоть что-то получить взамен.

Взгляд Змеедевы устремился вглубь пурпурного Тумана. Облизнув губы, она спросила:

— Пойти встретить их?

— Не спеши, — спокойно ответил мужчина. — Пусть сначала эти отработанные пешки прощупают почву.

* * *

По пустынной, безлюдной улице беззвучно шли двое: Линь Цие в маске Сунь Укуна и Ань Цинъюй в маске Танского монаха.

Тусклые уличные фонари отбрасывали на безмолвную дорогу островки желтоватого света, то вытягивая тени спутников, то снова их укорачивая...

Пусть даже весь центр Гусу утопал в Тумане, подача электричества продолжалась исправно. На далеких Вратах Юга вспыхивали неоновые огни, раз за разом складываясь в светящиеся слова: «Я ❤️ Гусу».

Ань Цинъюй шел вдоль берега озера. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул...

— Что такое? — повернув голову, спросил Линь Цие.

Ань Цинъюй покачал головой:

— Да так, ничего. Просто я уже очень давно вот так не гулял по городу. Сначала цаннаньская канализация, потом Обитель поста, затем первобытный лес... Неожиданно приятно снова оказаться в нормальном человеческом обществе.

Линь Цие на миг опешил, а затем с горькой усмешкой произнес:

— Жаль только, что мы на задании. А то можно было бы побродить по городу подольше. Когда я жил в Цаннане, тетя без конца твердила, как прекрасен Гусу, и говорила, чтобы я непременно поступал сюда в университет...

Он поднял взгляд на безмятежную озерную гладь и тихо пробормотал:

— Теперь в университет мне уже не попасть, да и того человека, кто хотел, чтобы я учился... больше нет на свете.

Ань Цинъюй помолчал, глядя на него.

— Сдается мне, стоит нам пойти куда-то вдвоем, как настроение сразу становится тоскливым, — с такой же горькой улыбкой отозвался Ань Цинъюй. — Я уже привык, что Толстяк Байли вечно разряжает обстановку, а в такой внезапной тишине даже как-то не по себе.

— И то верно, — усмехнулся Линь Цие. — Быть целыми днями вместе и не проронить ни слова — то еще испытание. Куда лучше, когда рядом вертится бестолковый весельчак.

Не успел он договорить, как, будто что-то почувствовав, внезапно замер на месте.

Ань Цинъюй тоже остановился и слегка нахмурился:

— Что такое?

Линь Цие хмуро уставился вперед: из тьмы в дальнем конце полутемной дороги молча выступали несколько десятков человек. Держась за руки, они двигались со зловещей синхронностью; взгляды их были пустыми и рассеянными, а тела одеревенели от чудовищной скованности.

Они напоминали движущуюся живую стену: те, кто шел по краям, вплотную прижимались к стенам зданий, а между плечами остальных не оставалось ни малейшего просвета. Несколько десятков людей наглухо перекрыли проезжую часть.

— Горожане под ментальным загрязнением? — Лицо Ань Цинъюя посерьезнело при виде этого зрелища. — Должно быть, их цель — задержать нас... Странно, почему оно не натравило на нас сразу 017-й отряд?

— Не знаю, — покачал головой Линь Цие, окинув взглядом офисные высотки и магазины по обеим сторонам. — Но, похоже, нас взяли в кольцо.

В окнах домов по обеим сторонам одна за другой появлялись похожие на живых мертвецов фигуры. Их остекленевшие взгляды впились в двоих спутников посреди мостовой. Одновременно с этим по лестничным пролетам вереницами спускались толпы людей, подобно приливной волне выплескиваясь на улицу.

Ань Цинъюй обернулся: позади, на дороге, откуда они только что пришли, десятки людей точно так же держались за руки, плечом к плечу, шаг за шагом надвигаясь сплошной живой стеной.

Сотни охваченных ментальным загрязнением жителей намертво перекрыли улицу, не оставив ни малейшей щели.

— Тебя ведь такое не удержит? — Линь Цие повернулся к Ань Цинъюю.

Тот кивнул:

— Без проблем.

Линь Цие хмыкнул в ответ и легко нажал кончиком пальца на ручку черного футляра. Прямой клинок выскочил из паза, окутался тьмой и завис в воздухе, сам собой покинув ножны...

Лязг! —

— Встретимся на крыше той высотки на юго-востоке, — спокойно бросил Линь Цие.

В следующее мгновение парящий прямой клинок со свистом сорвался с места, устремившись прямо к вздымающемуся во тьме небоскребу. Вспышка магического сияния окутала силуэт Линь Цие, и в ту же секунду он бесследно исчез.

Ань Цинъюй протяжно вздохнул и с легкой завистью произнес:

— До чего же удобная способность...

Он резко оттолкнулся ногами от мостовой, взмыв на поразительную высоту, а затем мягко опустился на отвесную стену здания, намертво прилипнув к ней всеми четырьмя конечностями.

Из его ладони вылетела невидимая нить и вонзилась в фасад противоположного дома. С ловкостью Человека-паука Ань Цинъюй непринужденно взмыл в воздух, перемахнул через окружившую улицу толпу и в мгновение ока растворился в ночной тьме.