Глава 387. Наступление «Путешествия на Запад»

Крысиная волна?

Линь Цие с удивлением смотрел на происходящее перед глазами, и эта картина мгновенно напомнила ему крысиные стаи, которые он видел в подземной полости города Цаннань.

Он знал, что Ань Цинъюй исследовал тело змеиного демона Нанда и извлёк из него способность «рыбьего семени», но даже не предполагал, что всего за год тот сумеет развить крысиную волну до столь колоссальных масштабов.

Направляемые Ань Цинъюем, бесчисленные серые крысы юркнули в окрестные улицы и дома, словно постепенно раскидывающаяся наземная сеть, и медленно растворились в этом тумане.

— С крысиной волной всё действительно станет куда проще... но этого всё ещё недостаточно.

Уголок рта Линь Цие слегка приподнялся. Он поднял взгляд к самой вершине тумана, и в его глазах сгустилась тьма.

Под ночным небом с окраин города взмыли стаи летучих мышей и сов. Прорвавшись сквозь фиолетовый туман, они закружили в вышине над головой Линь Цие, сгустившись в чёрную тучу.

Линь Цие несколько мгновений вглядывался в эту тёмную тучу, затем легко махнул рукой — и кружащие в небе летучие мыши и совы, словно повинуясь приказу, стремительно рассыпались во все стороны, разлетаясь по разным направлениям.

После прорыва Линь Цие на ранг «Река» способность общаться с ночными созданиями, даруемая «Танцором звёздной ночи», заметно усилилась: теперь он мог не только принудительно считывать чужой разум, как когда-то у рабочих муравьёв, но и по собственной воле призывать к себе всех ночных тварей поблизости.

Толстяк Байли ошеломлённо наблюдал за этой картиной и невольно усмехнулся:

— И крысиная волна, и птицы... прямо сеть небес и земли?

Линь Цие слегка улыбнулся:

— К счастью, это ментальное загрязнение действует только на людей. С такой сетью небес и земли найти Бель-Кланда не составит труда.

Ань Цинъюй кивнул и добавил:

— Однако нам нужно остерегаться его нападения. Этот туман ментального загрязнения сотворён им, так что в тот миг, когда мы вошли сюда, он наверняка нас почуял. Год назад мы вдвоём сорвали его ритуал возвышения; теперь, восстановив былую мощь, он наверняка явится свести с нами счёты.

— Если явится, тем лучше: уничтожим его на месте и дело с концом, — уверенно заявил Толстяк Байли.

— Не всё так просто, — покачал головой Ань Цинъюй. — Не забывай, больше десяти часов назад расквартированный здесь 017-й отряд уже вошёл в туман. Сейчас, кроме командира, они все, скорее всего, пали. Так что противостоять нам придётся не только зарубежной мистике ранга «Море», но и целому подконтрольному отряду Ночных стражей города Гусу.

Услышав это, Цао Юань тут же помрачнел:

— В таком случае дело и правда скверное...

— Если этот отряд скуёт нас боем, мы окажемся в крайне уязвимом положении, — серьёзно произнёс Ань Цинъюй. — Пусть в схватке пять на пять мы и вряд ли проиграем, но если нас свяжут боем, он запросто сможет согнать сюда толпы ни в чём не повинных горожан и задавить нас числом, привязав к месту.

— Он понимает, что мы не станем нападать на простых людей? Настолько сообразительный?! — сокрушённо скривился Толстяк Байли. — Казалось, всё было так просто, а послушаешь тебя — и всё оказывается так сложно...

— Это зарубежная мистика, которая даже на грани гибели смогла спланировать бедствие, угрожавшее жизням десятков тысяч людей. Нельзя её недооценивать, — заметил Линь Цие.

— Это изначально психологическая партия, — спокойно произнёс Ань Цинъюй. — С той секунды, как мы ступили в этот туман, наше противостояние, поставленное год назад на паузу, уже началось.

— Значит, у тебя уже есть решение? — Линь Цие вскинул бровь.

— Есть, но риск сравнительно высок, — Ань Цинъюй поправил очки. — Лучший выход сейчас... разделиться на группы. Мы с Цие — главные виновники того, что год назад его ритуал возвышения сорвался. Если мы вдвоём покинем отряд, то сумеем в значительной степени отвлечь его внимание и принять весь гнев на себя. С вами троими я оставлю одну крысу. Как только моя лавина отыщет Бель-Кланда, крыса приведёт вас к нему для зачистки.

— Разделиться на группы? Но если вы вдвоём пойдёте отвлекать огонь на себя, разве нам троим по силам убить мистику ранга «Море»? — нахмурился Цао Юань.

Ань Цинъюй слабо улыбнулся:

— Этот вопрос решается просто. Цие, тебе достаточно оставить им один клинок.

Услышав это, Линь Цие сначала опешил, но затем в его глазах блеснул огонёк. Мгновенно уловив замысел Ань Цинъюя, он довольно усмехнулся:

— Ты клонишь к тому, что, когда они найдут Бель-Кланда, я перемещусь к ним обратным точечным призывом и присоединюсь к их бою? — Линь Цие кивнул. — Из простого разделения сил получился отвлекающий манёвр... Замечательный способ.

Толстяк Байли лишь с трудом уяснил весь план и со странным выражением лица уставился на Ань Цинъюя, не скрывая зависти в глазах:

— И как ты только до такого додумался? Как у тебя вообще голова устроена?

— А как же ты? — Цао Юань посмотрел на Ань Цинъюя. — Если вы окажетесь в опасности, а Цие использует обратный точечный призыв и перенесётся к нам, что ты будешь делать один?

Ань Цинъюй отмахнулся:

— Не волнуйся, со мной ничего не случится, у меня припасён запасной ход.

Видя непоколебимую уверенность Ань Цинъюя, Линь Цие кивнул:

— В таком случае действуем по плану Цинъюя: делимся на две группы и применяем отвлекающий манёвр!

— Стойте! — словно вспомнив о чём-то, вдруг вскинул руку Толстяк Байли.

Все разом повернулись к нему.

— У меня вопрос, — с предельной серьёзностью произнёс Толстяк Байли. — Вы только что сказали, что мы можем столкнуться с 017-м отрядом нос к носу. Если мы как следует намнём им бока... а что, если потом, выбравшись наружу, они запомнят наши лица?

Линь Цие: ...

— Как до тебя вообще доходят настолько нелепые мысли? — не удержался от шпильки Цао Юань.

Линь Цие задумался, окинул взглядом улицу и, приметив одну из лавок, слегка блеснул глазами:

— С этим тоже нетрудно разобраться. Достаточно просто прикрыть лица.

Он зашагал через дорогу прямиком к магазину детских игрушек.

Прежде оживлённая улица теперь стояла совершенно пустой, в лавках по обеим сторонам не было ни души — неизвестно, куда подевались люди.

Линь Цие вошёл в магазин игрушек, снял со стойки у входа несколько пластиковых масок и принялся раздавать их спутникам.

Сначала он вручил Толстяку Байли маску Чжу Бацзе, затем дал Цао Юаню маску монаха Ша, следом протянул Ань Цинъюю маску Танского монаха, себе оставил маску Сунь Укуна, и наконец маску чернолицего, заросшего щетиной Ли Куя протянул Цзя...

Цзялань: (`皿´)!

Рука Линь Цие едва заметно замерла, и он молча вернул маску Ли Куя обратно на полку.

Поколебавшись мгновение, он снял маску Красного Младенца, протянул её Цзялань, после чего опустил голову и надел собственную.

Окинув взглядом товарищей, преобразившихся в героев романа «Путешествие на Запад», он удовлетворённо кивнул:

— Что ж, идеально.