Глава 382. Горящее заявление

— Дэян, — старик внимательно оглядел Ли Дэяна с головы до ног. — С тобой всё в порядке?

— В порядке, а что со мной может случиться? — усмехнулся Ли Дэян. — Кстати, если уж на то пошло, тут даже кое-что хорошее случилось.

— Что такое?

— Меня повысили, — весело сообщил Ли Дэян. — Сверху пришло предписание о переводе. Больше я не буду здесь лесником, отправляюсь в армию командиром отделения.

— Командиром отделения? Вот это дело! Здесь и холодно, и убого, так что сменить место только к лучшему. — Старик хлопнул в ладоши. — А куда тебя переводят?

— В Урумчи.

— ...

Старик вытаращил глаза:

— В Урумчи? Это же на западе!

— Ну да, — кивнул Ли Дэян. — Далековато, конечно, но зато условия получше. В гарнизоне жизнь налажена, да и пусть маленький, а всё же чин — куда лучше, чем маяться здесь.

— Так ведь... это же слишком далеко... — нахмурился старик, но тут же словно спохватился: — Постой-ка. Ты ведь просто лесник? Строго говоря, ты же даже не военный. С чего это вдруг тебя переводят в Урумчи командиром отделения?

— По связям устроили, батя, не расспрашивай, — уклончиво отмахнулся Ли Дэян.

— И когда ты уезжаешь?

— Приберусь тут и через день-два уеду.

— Так скоро? — всполошился старик. — Тогда мы с Тинтин задержимся ещё на пару дней, чтобы проводить тебя.

— У нас закрытая часть, провожать не положено, — серьезно возразил Ли Дэян.

Старик опешил и подозрительно прищурился:

— Дэян, твой отец грамоте не обучен, но ты мне зубы не заговаривай... Где это видано, чтобы сына в армию провожать не пускали?

— Вот видишь, сам говоришь, что неграмотный, откуда тебе знать? Сейчас в некоторых частях именно такие порядки. — Ли Дэян уговаривал так и эдак, наплёл с три короба и в конце концов кое-как сумел убедить дедушку с внучкой.

— Папа, ты уедешь очень далеко? — Тинтин склонила голову набок и с грустью спросила: — А можно мне будет приехать к тебе?

— Тинтин, милая, папа едет охранять границы, — погладил её по голове Ли Дэян. — Это очень далеко, Тинтин туда пока не сможет приехать... Но не переживай: когда ты вырастешь, папа вернётся.

Девочка подумала:

— А когда я вырасту?

Ли Дэян помолчал, а затем с улыбкой ответил:

— Когда настанет день и тебе самой придётся заботиться о дедушке — вот тогда ты и вырастешь.

Девочка кивнула, не вполне понимая.

Ли Дэян посмотрел на часы, опустил Тинтин на пол и встал:

— Батя, время поджимает, пусть ребята отвезут вас на вокзал? В горах недавно такое стряслось, мне нужно срочно доложить начальству и вернуться к службе.

Старик поначалу не хотел уходить, но, услышав о неотложной службе, долго колебался и всё же кивнул:

— Ну... тогда работай. Как доберёшься до Урумчи и выкроишь время, сразу звони домой, понял?

— Понял, батя, не переживай.

Ли Дэян помахал им рукой и бросил взгляд стоявшим за дверью четверым. Толстяк Байли тут же с улыбкой шагнул вперёд, подхватил девочку на руки и вразвалочку понёс её к выходу.

Когда Толстяк Байли со спутниками увели старика и девочку, в доме сразу стало тихо.

Ли Дэян обернулся и увидел, что в руке Чэнь Ханя неведомо когда появился прямой клинок. Его лезвие, источавшее леденящий блеск, целилось прямо в кончик носа Ли Дэяна.

— Ты не Ли Дэян, — уверенно произнёс Чэнь Хань. — Кто ты такой?

Ли Дэян спокойно посмотрел ему в глаза. В следующее мгновение блеснуло магическое сияние, и он вновь принял истинный облик Линь Цие.

Чэнь Хань, воочию увидев это, помрачнел и холодно бросил:

— С вами и впрямь нечисто... Это вы убили дядю Ли?!

Линь Цие чуть прищурился. Прямой клинок в руке Чэнь Ханя внезапно затянуло тьмой; он яростно задрожал, вырвался из пальцев и вонзился в потолок над головой!

— Чэнь Хань, боец 332-го отряда Ночных стражей уезда Мирной Башни... — Линь Цие достал из-за пазухи эмблему и негромко произнёс: — Я — Линь Цие, командир резервного отряда пятого особого отряда Ночных стражей. С глубоким сожалением объявляю тебе...

Командир 332-го отряда Ли Дэян в битве с краснопанцирной муравьиной маткой пал смертью храбрых!

Услышав эти слова, Чэнь Хань оцепенел. Он долго вглядывался в эмблему в руке Линь Цие, и лицо его постепенно бледнело.

— Невозможно, я не верю! — в ярости крикнул Чэнь Хань, вперив в Линь Цие взгляд. — Я никогда не слышал ни о каком пятом особом отряде, тем более о каком-то нелепом резервном отряде... Твоя эмблема фальшивая, это ты убил дядю Ли!

— Если бы я убил его, зачем мне было прикладывать столько усилий и делать всё это ради него? — спокойно отозвался Линь Цие.

Чэнь Хань застыл.

Линь Цие покачал головой и пошёл к выходу. Он распахнул дверь, и внутрь ворвался бешеный ветер.

— Перед смертью Ли Дэян просил передать тебе пару слов, — спокойно произнёс Линь Цие у двери. — Отныне 332-й отряд остаётся на тебе... А те запасы, что он хранил в шкафу, выкури за него.

Договорив, он качнулся и растаял в сгустившейся ночной тьме.

Ледяной ветер врывался в дом, протяжно завывая. Чэнь Хань стоял как вкопанный; пальцы его слегка разжались, и ножны прямого клинка со стуком упали на пол.

— Дядя Ли...

Чэнь Хань одеревеневшим телом повернулся, подошёл к письменному столу и выдвинул второй ящик тумбы...

Внутри ровными рядами лежали сигареты, заполняя весь ящик.

Глядя на сигареты в ящике, он почувствовал, как мутится взгляд. Глубоко вздохнув, он наклонился, достал одну, сунул в зубы и словно заведённый, шаг за шагом, вышел навстречу ледяному ветру.

Сев на старые ступени перед входом, он устремил взор к далёкому небу, постепенно тонущему во тьме, вынул из кармана аккуратно сложенный лист бумаги и медленно развернул его...

Это было заявление о переводе.

Заявление о переводе из 332-го отряда в другой город. И в графе заявителя значилось имя... Чэнь Хань.

Опустив голову, он слово за словом перечитал бумагу, а затем на его губах появилась горькая усмешка. Он достал из кармана зажигалку и поднёс её к уголку листа.

Чирк, чирк, чирк-к-к!

На ледяном ветру пришлось щёлкнуть несколько раз, прежде чем затрепетал крошечный огонёк.

Огонёк охватил край бумаги и разгорелся ярче; чёрные хлопья пепла подхватило ветром и унесло в темноту, где они растаяли без следа.

Он безучастно наблюдал за этим. Наклонив голову, прикурил от горящего листа зажатую в зубах сигарету, и от неё медленно потянулась тонкая струйка сизого дыма...

Он глубоко затянулся и надсадно закашлялся.

— Кха-кха-кха-кха... — Не выпуская сигареты изо рта, он тяжело вздохнул, поднял взгляд к небу и прошептал так тихо, что слышал лишь сам:

— Дядя Ли... а вкус-то у тебя совсем ни к чёрту...

...

Тем временем в ночном небе над головой.

Великий владыка Фэнду неподвижно парил в небесах, глядя на приземистый домик внизу. Его взор словно пронзал бесконечное пространство, созерцая всё, что только что произошло.

Он стоял застыв, точно изваяние.

Рядом с ним даос тихо усмехнулся:

— Ну как? Тот, кого мы выбрали... весьма неплох, а?

Великий владыка Фэнду проводил взглядом уходящих дедушку и внучку, долго хранил молчание, а затем повернулся и неспешно зашагал в далёкую тьму.

На его суровом лице непривычно проступила мягкость, а уголки губ едва заметно дрогнули в улыбке.

— Я... в долгу перед этим мальчишкой.