Глава 376. Древний древесный демон

Линь Цие, Ань Цинъюй и Толстяк Байли разом опешили и повернули головы туда, откуда прилетела стрела.

Цзялань в просторном синем одеянии ханьфу спокойно стояла в углу дворца. Сжимая в руке светло-желтый лук из твердого дерева, она смотрела в сторону муравьиной матки, а кончики ее пальцев застыли в воздухе.

Увидев их изумленные лица, Цзялань слегка растерялась, словно не понимая, почему они смотрят на нее таким взглядом...

Бум-м-м!..

Со стороны муравьиной матки донесся глухой грохот: сорванный ритуал жертвоприношения привел ее в неописуемую ярость. Она с силой топнула передними лапами по полу дворца, сокрушив в пыль извивающиеся под ногами алые узоры.

Похожие на питонов усики обвились вокруг оперенной стрелы, торчавшей из тела, с силой выдернули ее из щели в панцире, и матка яростно взревела, резко натужившись, чтобы переломить сорвавшую ритуал стрелу!

*(Давит изо всех сил!..)*

Стрела даже не шелохнулась.

Краснопанцирная матка опешила и подналегла обоими усиками еще сильнее!

Стрела по-прежнему не шелохнулась.

Краснопанцирная матка оскалилась, ее усики едва не скрутились жгутом, а массивное тело мелко задрожало от натуги!

Но обычная с виду оперенная стрела по-прежнему оставалась неподвижной... Не удалось вырвать даже единого перышка.

Краснопанцирная матка: «...»

Она молча отшвырнула стрелу в угол дворца, впилась взглядом в людей перед собой и свирепо взревела.

Толстяк Байли с подозрением наблюдал за этой сценой и неуверенно произнес:

— Мне как-то кажется... или она взбесилась от стыда?

— Тебе не кажется, она именно взбесилась от стыда, — спокойно отозвался Линь Цие, пока тьма под его ногами стремительно растекалась по полу. — Сейчас она, должно быть, на пике ранга «Море». До ранга «Безмерный» так и не дошла, но ее боевая мощь теперь несравнима с прежней. Будьте осторожны.

— Понял, — кивнул Ань Цинъюй.

— Хе-хе-хе-хе...

Безумный Цао Юань без лишних слов бросился с клинком наперевес, точно бешеный пес, принявшись остервенело рубить краснопанцирную муравьиную матку. Черные лезвия ша-ци полосовали красный панцирь, но оставляли лишь неглубокие борозды, уже не пробивая броню насквозь, как раньше.

Краснопанцирной муравьиной матке этот полоумный уже давно мозолил глаза. Теперь же, когда ее раны затянулись, а силы возросли до пика ранга «Море», она без малейших колебаний пошла на лобовое столкновение с Цао Юанем!

Несколько длинных, как серпы, черных лезвий вырвались из-под панциря, с легкостью заблокировав удары Цао Юаня. От толчка ее туловище лишь слегка сдвинулось назад, а затем хлестнули два гибких пестрых усика, отбросив безумного Цао Юаня на десяток с лишним метров.

— Отойдите-ка от меня немного подальше.

Линь Цие посмотрел на это и, будто что-то придумав, обратился к стоявшим рядом Ань Цинъюю и Толстяку Байли.

Оба опешили, но, хоть и не понимая задумки Линь Цие, все же отступили на несколько шагов назад.

Линь Цие присел, прижал ладонь к полу, и тут же вспыхнул ослепительный исполинский магический круг!

Следом из магического круга хлынули бесчисленные толстые древесные корни, сами собой впиваясь в пол. Переплетаясь и скручиваясь, бурые стволы сплелись воедино, образовав исполинский древесный ствол радиусом в четыре-пять метров!

Ствол бешено устремился ввысь и замедлил рост, лишь когда почти уперся в свод чертога. Во все стороны от него протянулись ветви, а усеянные шипами лианы свесились вниз, стремительно извиваясь в воздухе.

Стоявший рядом Толстяк Байли в шоке разинул рот:

— Э-это... это что еще такое?..

— Древний древесный демон, — Линь Цие похлопал по стволу рядом с собой. — Новое призывное существо.

Ранее в первобытном лесу Линь Цие принес в жертву более пятидесяти трупов рабочих муравьев ранга «Река», получив право на межпространственный призыв. Однако из-за ограничений собственного ранга он по-прежнему мог призвать лишь существо, чья сила не превышала ранг «Река».

Разумеется, даже в пределах ранга «Река» была огромная разница. Призывное существо, ради контракта с которым потребовалось принести в жертву более пятидесяти тварей ранга «Река», по своей боевой мощи и потенциалу, естественно, было несравнимо с обычными созданиями этого уровня: древний древесный демон являлся едва ли не абсолютным потолком боевой силы для своего ранга.

А главное — его размеры и боевая мощь будут расти вместе с рангом Линь Цие, и в будущем он сможет развиться вплоть до ранга «Безмерный».

Единственный недостаток заключался в том, что призыв этой громадины отнимал порядочно времени, а в тесном пространстве ее тело, пожалуй, просто разорвало бы все вокруг.

Краснопанцирная муравьиная матка пару раз взрыкнула на внезапно появившегося в чертоге гигантского древесного демона, но не придала ему особого значения: разница в рангах была очевидной, и она ничуть его не боялась.

Впрочем, Линь Цие и сам не был настолько наивен, чтобы полагать, будто одно призывное существо способно одолеть матку на пике ранга «Море».

Бум-м-м!..

Пол под лапами матки внезапно взорвался, и наружу вырвались бесчисленные толстые корни. Каждый из них толщиной с ведро — подобно связкам бурых исполинских питонов, они устремились к матке, пытаясь схватить ее тело!

После эволюции усиков восприятие матки стало куда тоньше: она в то же мгновение сорвалась с места и алой тенью заскользила по просторному залу. Бесчисленные лианы и корни непрерывно пробивали каменные плиты, отрезая ей пути для маневра.

И пока матка лавировала среди сплетений лиан, скрытый среди ветвей прямой клинок в мгновение ока переместился прямо над ее головой. Из воздуха возник Линь Цие и, увлекая за собой ночную тьму, молнией рухнул вниз!

Лязг!..

Лезвия парных клинков скрестились с острыми лезвиями на теле матки, высекая сноп ослепительных искр. Под яростным натиском Линь Цие матка слегка присела, но благодаря чудовищной силе все же выдержала этот удар.

Пара усиков изогнулась в воздухе и хлыстами хлестнула в сторону Линь Цие.

Линь Цие даже не взглянул на них: в следующее же мгновение несколько покрытых инеем нитей безупречно угадали их траекторию и с другой стороны намертво перехватили в воздухе.

Ань Цинъюй шевельнул пальцами: новые нити обвивали усики слой за слоем, и в мгновение ока оба толстых отростка сковала толстая ледяная корка.

— Грохочет громовая колесница, пылает пламя молний!

Едва Линь Цие негромко произнес эти слова, как темные молнии брызнули с его клинков. Устремившись по лезвиям, разряды проникли в плоть краснопанцирной муравьиной матки, заставив ее содрогнуться и оцепенеть.

Одновременно с этим бесчисленные лианы и ветви намертво спеленали ее туловище, точно древняя деревянная темница, приковав к месту без возможности пошевелиться.

Линь Цие глубоко вздохнул и изо всех сил вонзил прямой клинок в красный панцирь. Лезвие погрузилось в плоть муравьиной матки, и первозданная тьма безудержным потоком хлынула внутрь, пожирая все внутренности и плоть.

Невыносимая боль от Эрозии кромешной тьмы едва не свела муравьиную матку с ума. Надрывный визг эхом прокатился по залу: обезумев от ярости, она силой сорвала часть лиан, и ее острые клинки принялись бешено рассекать воздух, взметнув перед собой бурю из смертоносных лезвий.