Глава 364. Расколотый Фэнду

— Призраки? — нахмурился Ли Дэян, с недоверием переспросив: — Где тут призраки?

Толстяк Байли в монокле, у которого от страха так и тряслись губы, вытянул палец и указал по сторонам:

— Вон там под деревом призрак мужчины без ног пялится прямо на нас. У входа в старый дом слева высунулась женщина-призрак и тоже смотрит на нас...

А ещё, дя... дядя Ли... у вас на спине... ви-висит мальчик без глаз...

Ли Дэян вздрогнул всем телом, лицо его тут же побелело, и он принялся яростно хлопать себя по плечам, пытаясь сбить нечисть.

— Он ещё там? — в панике спросил Ли Дэян.

— Он... перебрался вам на голову... Он выдирает ваши волосы!!

— ...

Ли Дэян вытаращил глаза и принялся отчаянно тереть голову: волосок за волоском чёрные пряди становились серебристо-белыми и осыпались с макушки — в считаные мгновения шевелюра резко поредела!

Цао Юань нахмурился, выхватил чётки из рук Толстяка Байли и, повернувшись к Ли Дэяну, принялся читать сутру.

Ли Дэян почувствовал, как с головы спала тяжесть, во всём теле разлилась невероятная лёгкость, а волосы наконец перестали выпадать, хотя среди тёмных прядей заметно прибавилось седины.

Увидев это, Цао Юань с облегчением выдохнул, но, обернувшись, заметил, что Толстяк Байли сверлит его пристальным взглядом.

— Ну ты даёшь, старина Цао! И после этого ты говоришь, что не монах?!

Цао Юань:

— ...

— Я просто прочитал отрывок из сутры, которой меня научил мастер Цзиньчань, — пожал плечами Цао Юань. — Раньше, когда я не мог совладать с Чёрным царём внутри себя, я всегда усмирял разум этой сутрой.

— Ты ведь говорил, что призраки обычно не приближаются к живым людям? — с сомнением спросил Ань Цинъюй.

Цао Юань опешил и неуверенно произнёс:

— Вообще-то не должны... Неужели здешняя иньская ци настолько сильна, что эти призраки вышли из-под контроля?

Толстяк Байли похлопал его по плечу:

— Старина Цао, не хватает тебе ещё духовного мастерства!

Цао Юань закатил глаза:

— Ты же видишь призраков. Что произошло, когда я читал сутру?

Толстяк Байли призадумался:

— Когда ты с чётками в руках читал сутру, на том маленьком призраке, что сидел на дяде Ли, замерцали золотистые искорки, затем его тело стало прозрачным, а в конце концов он совсем растаял...

Цао Юань опустил голову, погрузившись в размышления.

В этот момент лицо Толстяка Байли изменилось, и он молча отступил на полшага назад.

— Правда, есть плохая новость...

— Какая?

— После того как ты закончил читать сутру, те два призрака, что наблюдали со стороны... подобрались прямо к тебе.

Цао Юань застыл, а затем почувствовал, как температура вокруг резко падает. Пронизывающий до костей ледяной холод начал проникать в его тело. Изменившись в лице, он с чётками в руках снова принялся читать сутру.

Когда леденящий иньский холод окончательно рассеялся, Цао Юань с облегчением выдохнул, чувствуя сухость во рту.

— Теперь всё? — облизав губы, спросил Цао Юань.

Выражение лица Толстяка Байли стало ещё более странным:

— Ну... этих двоих больше нет. Вот только вон по той улице к нам мчится больше десятка призраков...

Цао Юань побледнел, ощутив леденящий холодок на затылке, и резко крикнул:

— Бежим!!

Все четверо без лишних слов развернулись и бросились в противоположную от призраков сторону!

На бегу Ли Дэян в недоумении спросил:

— А зачем мы бежим? Ты же можешь зачитать их молитвами насмерть?

— Не насмерть, это упокоение! — беспомощно отозвался Цао Юань. — Похоже, эта сутра позволяет силой собственной духовной практики упокаивать блуждающие души, оставшиеся в мире смертных, и отправлять их в Чистую землю высшего блаженства. Для неприкаянных призраков это лучший приют, о котором только можно мечтать...

— Так разве это не благо? — удивился Ань Цинъюй.

— Но у меня нет столь глубокого уровня совершенствования! К тому же на мне лежит тяжёлый груз греха убийств. Если я продолжу их упокаивать, меня попросту сожжёт заживо кармический огонь! — вздохнул Цао Юань. — Будь здесь мой наставник, с его-то духовной силой упокоить их было бы делом одного щелчка пальцев...

— Вот и я о том же, — не удержался Толстяк Байли. — Старина Цао, не хватает тебе ещё духовного мастерства!

Цао Юань:

— ...

— Есть ли другой способ уничтожить их? — нахмурился Ань Цинъюй.

— Призраки бесплотны и неосязаемы, по сути это лишь особое магнитное поле. Если не считать пламени ша-ци от моего «Истребления Чёрного царя», ваши атаки против них бесполезны. Но если я высвобожу Чёрного царя здесь, без Линь Цие... вы сможете меня удержать? — оглянулся на них Цао Юань.

Толстяк Байли на мгновение задумался:

— Тогда лучше бежим!

— Согласен!

— ...

...

— Фэнду? Легендарное подземное царство (Иньцао Дифу)? — взглянув на эти два иероглифа, Линь Цие не скрыл удивления.

Линь Цие, как уроженец Великой Ся, разумеется, немало слышал о подземном царстве: Дворец Яньло, мост Безысходности (Найхэ), отвар госпожи Мэн (Мэнпо), воды Жёлтого источника (Хуанцюань)... Всё это брало начало в преданиях о городе призраков — Фэнду.

Он и подумать не мог, что за исполинскими бронзовыми вратами окажется не что иное, как знаменитый Фэнду.

Но это место... слишком разительно отличалось от того, что он себе представлял.

Где же мост Безысходности? Где воды Жёлтого источника? Где Дворец Яньло? Даже без них здесь не должно было царить такое запустение и разруха.

В легендах Фэнду являлся Северным царством призраков — колоссальным государством с горой высотой в две тысячи шестьсот ли, окружностью в тридцать тысяч ли и дворцами призрачных богов. А это место, как ни погляди... походило лишь на полуразрушенный городок.

Подумав об этом, Линь Цие не сдержал вопроса:

— Здесь изначально так было?

Вскоре на ритуальной бумаге торопливо проступили строки:

«Вовсе нет. В давние времена Фэнду был царством смерти, всецело принадлежавшим миру призраков, и простирался на необозримые просторы. Но в один прекрасный день призрачные божества внезапно исчезли без следа, пропал и Великий владыка Фэнду (Фэнду дади). К счастью, законы смерти в Фэнду действовали сами по себе и не требовали присутствия божеств, поэтому поначалу никаких бед не произошло.

Спустя много времени в Фэнду неожиданно вторглись четверо божеств причудливого облика. Они раскололи весь Фэнду на пять осколков и унесли по одному, оставив лишь этот, самый крошечный осколок — то самое место, где вы находитесь».

Линь Цие помрачнел, прочитав эти строки.

Великий владыка Фэнду — легендарный повелитель подземного царства, верховное божество даосской обители мёртвых, способное на равных тягаться с самим Нефритовым императором...

Исходя из того, что ему теперь было известно, Линь Цие мог приблизительно догадаться, что тогда произошло.

Сотню лет назад боги Великой Ся бесследно исчезли, и Великий владыка Фэнду вместе со множеством призрачных божеств, будучи богами, естественно, тоже пропали. Оставшийся без богов Фэнду захватили внешние боги, силой отняв крупнейшие осколки.

Линь Цие не удержался и спросил:

— А кем были те четверо богов, что отняли осколки Фэнду?

В следующее мгновение на бумаге медленно проступила строчка чёрных иероглифов:

«Те четверо внешних богов называли себя „Осирис“, „Аид“, „Яма“ и... „Люцифер“».