Глава 182. Бред

Армейский тентованный грузовик, направленный к деревне № 7, остановился, и десятки новобранцев с инструкторами стремительно бросились к обратившемуся в руины селению. Одни определяли местонахождение пострадавших, другие раскапывали завалы, третьи неподалеку разворачивали временный медицинский пункт...

В напряженной и гнетущей обстановке работа шла слаженно и четко.

Вскоре один из спасателей поднял на спину мужчину, стоявшего на коленях среди обломков, и, неся его к медпункту, терпеливо расспрашивал о том, что произошло. Другие бойцы тем временем быстро разгребали толстый слой грязи, начав поиски его жены и родителей.

Мужчина ошеломленно смотрел на происходящее, слезы неудержимо катились из его глаз: этот крепкий, суровый мужик за тридцать впервые в жизни плакал навзрыд, словно ребенок.

— Умоляю вас... умоляю, спасите их...

— Не беспокойтесь, — серьезно произнес несущий его Чжэн Чжун. — Это наш долг.

Остальные грузовики лишь промчались мимо въезда в деревню и, ни на секунду не задерживаясь, на полной скорости устремились к другим селениям.

У подножия горы Южной Переправы разыгралось еще семь трагедий, подобных этой, и время не позволяло им медлить ни мига!

Линь Цие, сидевший у самого края кузова, молча смотрел вслед заходящемуся в рыданиях мужчине. По мере того как грузовик отдалялся, плач становился всё тише, а очертания руин постепенно растворялись в пелене дождя.

И хотя за пеленой уже ничего не было видно, образ этого рыдающего человека словно выжегся в сердце Линь Цие, не желая уходить... Горло перехватило тяжелым комом, а на душе стало невыносимо тяжело.

В кузове стояла мертвая тишина.

— Скоро деревня № 5. Как только спасательный отряд номер пять высадится, мы отделимся от основной колонны и поедем прямо в гору, — глядя на смутно проступающие вдали строения, заговорил инструктор Хун.

Грузовик подъезжал всё ближе к деревне № 5, и по сравнению с седьмой здесь было куда тише.

Здесь не было рыдающих людей — сколько ни вглядывайся, не было видно ни единого выжившего. Толстый пласт грязи и камней словно похоронил всё живое, оставив лишь сплошные обломки да остатки стен, безмолвно повествующие о постигшей это место беде...

Линь Цие отчетливо чувствовал, как остальные новобранцы сжимают кулаки всё сильнее, а их взгляды, намертво прикованные к безмолвным руинам, казалось, готовы извергать огонь.

Грузовик не успел даже затормозить, как кто-то резко вскочил с места и выпрыгнул прямо на ходу. Опустившись на землю под проливным дождем, боец во всю прыть помчался к развалинам.

— Здесь бойцы Великой Ся!! Смерть, отступи!! Выжившие будут жить!!

Его крик раскатился над залитыми ливнем руинами. Неизвестно, кому именно он предназначался, но боец верил: хоть кто-то да услышит...

Услышать этот зов — всё равно что обрести надежду.

Они и были надеждой для этих людей!

Следом за первым уже никто не мог усидеть на месте. Сжав кулаки, новобранцы один за другим попрыгали из кузова и, напрягая все силы, побежали к руинам, надрывно крича:

— Здесь бойцы Великой Ся! Смерть, отступи! Выжившие будут жить!!

— Здесь бойцы Великой Ся! Смерть, отступи!! Выжившие будут жить!!!

— Здесь бойцы Великой Ся...

Один за другим эти голоса отдавались над развалинами. Машина не сбавляла хода, однако все, кому полагалось идти на помощь этой деревне, уже спрыгнули на землю.

Инструктор за рулем, похоже, тоже поддался общему порыву. Увидев, что все нужные люди сошли и в кузове осталось лишь девять человек, он вдавил педаль газа в самый пол. Взревел двигатель, и грузовик стрелой понесся в глубь горы Южной Переправы!

...

У подножия горы Южной Переправы.

Временный главный штаб спасательной операции.

В скромной военной палатке двое инструкторов подключили оборудование спутникового слежения и спешно налаживали электронную сеть связи. Юань Ган, заложив руки за спину, стоял у выхода и, нахмурившись, молча глядел на гору Южной Переправы, тонувшую в яростных струях дождя.

— Командир, связь со всеми спасательными отрядами установлена, — тщательно проверив аппаратуру, доложил один из инструкторов.

Из-за ливня и селевых потоков большинство вышек связи в округе вышли из строя, так что связаться с работающими в горах отрядами можно было только через спутник.

— Всем спасательным отрядам: доложить обстановку, — глухо произнес Юань Ган.

— Спасательный отряд номер восемь прибыл в назначенную деревню, приступаем к спасению.

— Спасательный отряд номер семь прибыл в назначенную деревню, приступаем к спасению.

— Шестой...

— ...

— Спасательный отряд номер один пока не достиг назначенной деревни.

Голос инструктора Хуна прозвучал из рации последним. За исключением первого, второго и третьего отрядов, направлявшихся в самую глубь горы Южной Переправы, остальные группы уже приступили к спасательным операциям.

Юань Ган опустил взгляд на лежавшую на столе карту. По расчетам, отряды номер два и номер три смогут добраться до своих деревень в пределах пяти часов, а вот первому отряду даже при самом благоприятном стечении обстоятельств потребуется никак не меньше десяти.

Он подошел к выходу из палатки и поднял голову к свинцово-черным тучам, закрывшим небосвод. Судя по происходящему, в ближайшее время дождь не утихнет, а если ливень такой силы затянется, нельзя исключать повторных сходов селя.

Пока Юань Ган пребывал в тяжелых мыслях, он словно не замечал, как голоса настраивавших аппаратуру инструкторов звучат всё глуше, барабанный перестук капель по брезенту палатки постепенно затихает, а струи льющейся с неба воды становятся всё более размытыми... будто весь окружающий мир медленно отдалялся от него.

Когда он очнулся от раздумий, звуки вокруг исчезли без следа. Падающие капли дождя замерли в воздухе, словно кто-то нажал кнопку паузы, а двое инструкторов, только что находившихся в палатке, куда-то бесследно пропали.

В совершенно пустом мире остался лишь он один.

Или, вернее, в какой-то неуловимый миг это место перестало быть тем миром, который он знал.

Юань Ган нахмурился еще сильнее. Необычная и жуткая перемена не повергла его в панику; словно почуяв неладное, он обратил взор за пределы палатки.

Там, на краю горизонта, сквозь зависшие капли воды медленно ступала человеческая фигура, направляясь прямо к нему.

Это был мужчина в черном фраке. Длинные волосы небрежно рассыпались по спине, на груди красовалась брошь в виде пурпурного ириса, а на обольстительном лице блуждала легкая улыбка — точь-в-точь благородный джентльмен, явившийся на великосветский бал, исполненный изящества и учтивости.

При виде этого человека лицо Юань Гана вмиг помрачнело.

— «Бред».

Мужчина удивленно вздернул бровь, и голос его зазвучал мягко, словно чистый нефрит:

— И подумать не мог, что вы, заместитель командира отряда города Шанцзин, узнаете меня.

— Слишком уж ты приметный, — ровным тоном произнес Юань Ган. — Воплощенный кошмар, манипулятор разумом, один из трех древнейших «богов» Церкви древних богов и создатель контракта «Адептов»...

— Но главное, разумеется, твои тошнотворные аристократические замашки.

Бред усмехнулся, чуть прищурив узкие раскосые глаза:

— Какая невежливость... командир Юань.