Глава 165. Закономерность

Увидев, что это Мо Ли, Толстяк Байли тут же просветлел лицом и часто закивал.

Вторая девушка держала Мо Ли за руку, Мо Ли держала Толстяка Байли, и втроем они бесшумно отступили к стене. По ее поверхности пробежала рябь, и силуэты всех троих растворились в камне.

Миновав стену, Толстяк Байли очутился на балконе одной из спален. Он только собрался заговорить, но Мо Ли по-прежнему крепко зажимала ему рот и предостерегающе покачала головой.

Шкряб... шкряб... шкряб!..

По другую сторону стены тяжелые шаги и скрежет волочимого по полу груза становились все ближе. Существо остановилось прямо перед стеной, за которой они прятались, словно к чему-то прислушиваясь.

Толстяк Байли, кажется, понял, в чем дело; затаив дыхание, он замер как вкопанный. Мо Ли и вторая девушка стояли точно так же неподвижно.

Вскоре звуки раздались вновь и стали медленно удаляться...

Лишь убедившись, что существо ушло далеко, Мо Ли не спеша убрала ладонь со рта Толстяка Байли. Тот поморгал — кажется, с легким сожалением и все еще смакуя мимолетное прикосновение...

— Ты чего орал во всю глотку, жить надоело? — Мо Ли уставилась на Толстяка Байли и, вспомнив его недавнюю глупую выходку, сердито зашептала.

— Да откуда мне было знать, что шуметь нельзя?.. — обиженно протянул Толстяк Байли. — Кстати, что это вообще за тварь?

— Мистика. Мистика ранга «Река», — лицо Мо Ли стало предельно серьезным. — Мы зовем ее Охотником за звуками.

— «Охотник за звуками»?

— Охотится на источники звука. Тварь сама выслеживает, откуда доносится шум, и чем громче звуки вокруг, тем она сильнее.

— Откуда тебе столько известно?

Мо Ли взглянула на него и после короткого молчания тихо произнесла:

— За эти сведения мы заплатили жизнями больше десятка наших сестер...

Толстяк Байли обомлел.

— Мы не знаем, когда именно появилась эта мистика. Большинство из нас тогда еще спало. Когда одна из девушек первой заметила ее и закричала, Охотник за звуками тут же перерубил бедняжку пополам.

Но этот крик разбудил остальных, и тогда все увидели тварь. Мы еще не знали ее повадок и набросились скопом. Лишь когда одна за другой погибли больше десятка наших сестер, мы наконец поняли, по какому принципу она убивает.

К счастью, среди нас оказалась девушка по имени Чжан Сяосяо. Ее Запретные руины позволяют связать разумы людей ментальной цепочкой и общаться на расстоянии. Благодаря этому мы быстро замолчали и перешли на мысленный разговор.

Тогда же мы выяснили: чем тише вокруг, тем тварь слабее. Но стоило нам приготовиться использовать звук, чтобы уничтожить ее, как пространство вокруг исказилось и нас силой разбросало в разные стороны.

Толстяк Байли побледнел:

— Ты хочешь сказать... на самом деле погибло больше десятка новобранцев? Но... разве нам не говорили, что это учения?

— Учения? — холодно усмехнулась Мо Ли. — Когда своими глазами видишь, как мистика убивает людей, когда видишь, как хорошо знакомую соратницу разрубают пополам, разве назовешь это учениями?

Разве бывают учения ценой в добрый десяток человеческих жизней?

В глазах Мо Ли вспыхнула яростная жажда убийства:

— Я непременно... собственноручно убью эту тварь!

Толстяк Байли помолчал, затем спросил:

— И что нам делать теперь?

— Идем за мной. — Мо Ли снова перехватила руку Толстяка Байли за запястье и кивнула стоявшей рядом девушке. Та провела их сквозь добрый десяток стен, пока в конце концов они не вышли к бойлерной.

Судя по всему, это была самая большая комната во всем третьем корпусе. Раньше она располагалась на первом этаже в самом правом крыле — здесь новобранцы набирали горячую воду, — а по площади равнялась трем обычным комнатам, соединенным вместе.

Сейчас в этом просторном помещении прямо на полу сидело несколько десятков девушек-новобранцев. Они разбились на три группы; на каждые несколько человек приходился планшет для черчения — они что-то на них размечали. Все хранили полное молчание и двигались легко и неслышно, словно для общения им хватало одних лишь взглядов.

Увидев столь странную картину, Толстяк Байли замер на месте.

Мо Ли подала знак одной из девушек. В следующее мгновение с кончиков ее пальцев сорвалось слабое свечение, и прямо в голове Толстяка Байли зазвучал разноголосый гомон — словно ему в мозг вставили наушники, настолько отчетливыми были голоса:

— Нет-нет, сестра Мо Ли во время разведки говорила, что рядом с комнатой номер сорок шесть не спальня, а коридор, повернутый на девяносто градусов!

— Сестра Лин, план комнат пятого сектора почти готов. Посмотри, получается состыковать его с четвертым сектором?

— Покажите общую схему десятиминутной давности, кажется, я кое-что поняла...

— Точно! Здесь поворот на девяносто градусов! А прежний срез повернут на двести семьдесят градусов, поэтому он и перевернулся вверх дном...

— ...

Хотя никто из присутствующих не произносил ни слова, Толстяк Байли поразительно отчетливо слышал их обсуждение. Ощущение было удивительным.

— Это ментальная связь Чжан Сяосяо, позволяет общаться мыслями напрямую. Правда, радиус действия Запретных руин невелик — покрывает лишь две соседние комнаты, — раздался в голове Толстяка Байли голос Мо Ли.

— А чем они занимаются?

— Чертят карту пространственного расположения третьего корпуса в реальном времени, — ответила Мо Ли, глядя на занятых делом девушек. — Мистика, управляющая пространством, объединилась с Охотником за звуками. Мы уже несколько раз пытались убить Охотника за звуками, но всякий раз, когда победа была близка, пространство мгновенно перемешивалось. Поэтому мы пытаемся найти закономерность в этих пространственных искажениях...

Запретные руины Сяо Лин позволяют ходить, не обращая внимания на преграды, поэтому мы с ней выступаем разведчиками. Мы обходим все комнаты, а затем возвращаемся и сообщаем их номера и порядок расположения, пока остальные зарисовывают, собирают данные и анализируют.

Толстяк Байли вытаращил глаза:

— Ничего себе! Как вы вообще до такого додумались?

— У каждого свои таланты. Среди нас тоже есть мозговой центр не хуже Линь Цие, — Мо Ли с гордостью посмотрела на сидевшую в самом центре юную девушку, погруженную в раздумья над разложенными перед ней чертежами.

— Все благодаря А-Цзы, она непрерывно руководит нами. Механизм убийств Охотника за звуками первой раскусила именно она, это место нашла тоже она, и искать закономерность пространственных изменений предложила она же.

Вот только Линь Цие силен не только в дедукции, но и в бою, а А-Цзы сражаться не умеет. Она годится исключительно на роль чистого стратега.

— Ну и как, нашли? — с любопытством спросил Толстяк Байли.

— А-Цзы говорит, что уже скоро.

Среди девушек, посреди плотного вороха чертежей, сидела А-Цзы. Сличая между собой две схемы для разных промежутков времени, она смотрела на них, и блеск в ее глазах становился все ярче.

Внезапно девушку словно осенило, и она резко выпрямилась.

— Я поняла! — А-Цзы крепко сжала в руках чертежи; глаза ее горели от волнения. — Я разгадала закономерность искажений пространства!