Глава 164. Сильнейший и слабейший

Увидев жест Линь Цие, Цао Юань глубоко вздохнул и медленно убрал руку с рукояти клинка...

Разрубив Ли Шаогуана пополам, безголовый мужчина не стал нападать на них двоих. Он замер на месте, чуть повернувшись корпусом в их сторону и волоча меч палача, словно над чем-то раздумывая.

В то же мгновение от Линь Цие растеклась беспросветная тьма, укрывшая и Цао Юаня. Внутри этого мрака Линь Цие намеренно заглушил биение их сердец, чтобы оно не разнеслось за пределы ночи.

Словно убедившись, что поблизости ничего не слышно, безголовый мужчина развернулся и, волоча гротескный меч палача, медленно побрел дальше.

Глядя, как удаляется его силуэт, Линь Цие уже приготовился с облегчением выдохнуть, но в этот миг пространство вокруг снова исказилось.

Окружение непрерывно менялось, и когда все наконец успокоилось, коридор перед ними превратился в комнату общежития, а фигура безголового мужчины и вовсе исчезла.

Линь Цие развеял Божественные руины кромешной тьмы и отпустил руку Цао Юаня.

Цао Юань, видя, что опасность миновала, с облегчением перевел дух...

— Ли Шаогуан...

— Не волнуйся, он жив, — с улыбкой сказал Линь Цие, словно догадавшись, о чем тот хотел спросить.

— Жив? — опешил Цао Юань. — Но ведь тот человек одним ударом разрубил его...

— Всего лишь отвод глаз, — покачал головой Линь Цие. — В то самое мгновение, когда лезвие почти коснулось Ли Шаогуана, моя духовная сила уловила внезапное появление двух человек. Они вмиг переместили Ли Шаогуана, одновременно подменив его поразительно точной копией тела, которую и рассекли пополам. Если я не ошибаюсь, это дело рук инструкторов.

Цао Юань, кажется, что-то понял:

— Хочешь сказать, тела, которые мы видели в столовой, и тот женский труп в коридоре — все это ненастоящее?

— Да. Я и сам сперва не понял, и если бы не та подмена мгновение назад, я бы тоже этого не осознал.

Цао Юань вздохнул с облегчением, но перед его глазами снова встала сцена, где Ли Шаогуана разрубают надвое, и брови его слегка сдвинулись:

— Эта «мистика» слишком быстра, а ее удары невероятно свирепы. В открытом бою мы ей не соперники.

— Верно, но и слабость ее весьма очевидна.

— Звук? — после недавней сцены Цао Юань тоже подметил странность этой «мистики»: похоже, она нападала только на те объекты в зоне досягаемости, которые издавали звук.

Ли Шаогуана разрубили лишь потому, что прямо перед ней он произнес фразу.

— Да, хотя, возможно, это правильнее назвать не слабостью, а... неким пусковым механизмом? — поразмыслив мгновение, продолжил Линь Цие. — Быть может, сама по себе она движется не быстро, однако чутко улавливает любой источник звука поблизости, а затем благодаря своей способности перемещается к нему со скоростью, близкой к мгновенной... Нет, это вроде бы не объясняет, почему взмах клинка был настолько стремительным. Неужели...

Линь Цие словно что-то понял, и взгляд его стал предельно серьезным.

— Неужели что?

— Стоит рядом возникнуть звуку, как ее скорость возрастает? Или даже так: чем громче звук вокруг, тем она быстрее? — нахмурился Линь Цие. — Если так, то эта «мистика» чересчур опасна. Окажись она в любом уголке современного мегаполиса, ее разрушительная мощь была бы чудовищной.

— Убийца в ночных клубах, маньяк из караоке?

— ...Вроде того, — продолжил Линь Цие. — Но если это правда, то и слабость ее очевидна: примени подходящий запретный предмет или намеренно заглуши звуки при движении — и одолеть ее сможет даже заклинатель ранга «Озеро». Словом, если мои догадки верны, эта «мистика» из тех, что если сильна, то до абсурда, а если слаба — то до жалости беспомощна...

— Раз так, почему мы только что не убили ее?

— Потому что эта мысль пришла мне в голову только сейчас.

— ...

Линь Цие пожал плечами:

— Я ведь не бог. За столь короткий миг всего не сообразишь.

— И что теперь делать?

— Будем искать без спешки. Если мои рассуждения верны, та «мистика» не может обладать еще и пространственными способностями. А значит, здесь бродит вторая «мистика» ранга «Река».

— Хорошо.

...

Снаружи третьего корпуса.

Толстяк Байли со всех ног примчался к дверям, тяжело переводя дух, и постучал в стеклянную створку:

— Э-эй? Есть кто живой?..

Он прождал у входа довольно долго, но не услышал ни звука. Скрипнув зубами, он принялся толкать дверь, но сколько ни налегал — она не поддавалась.

Толстяк Байли отступил на пару шагов, достал из кармана мелок и хмыкнул:

— Думали, такой ерундой остановите молодого господина?

Зажав мел в руке, он начертил на стеклянной двери круг средних размеров. Едва меловая линия замкнулась, как стекло пошло рябью, а в центре круга и вовсе растворилось.

Толстяк Байли протиснулся в получившееся отверстие и без труда проник в третий корпус.

— Мо Ли! Молодой господин пришел тебя спасти! — во всеуслышание объявил Толстяк Байли, но стоило ему сделать шаг вперед, как пространство вокруг исказилось.

На глазах ошарашенного Толстяка Байли окружение стремительно преобразилось: лестница перед ним исчезла, а вместо нее появилась самая обычная подсобка.

— Что за чертовщина? «Начало», что ли? — пробормотал Толстяк Байли, огляделся по сторонам, выбрал направление и зашагал вперед.

Миновав подряд несколько комнат общежития и несколько коридоров, Толстяк Байли окончательно заблудился в этом искаженном пространственном лабиринте. По идее, здание было небольшим, однако сейчас казалось, будто идти по нему можно бесконечно.

Толстяк Байли почесал в затылке, немного поколебался, а затем набрал в грудь побольше воздуха и завопил во всю глотку:

— Мо Ли-и!!

— Цие-е-е!!!

— Цао Юа-а-ань!!!!

— Где вы-ы-ы?..~

Голос Толстяка Байли эхом разнесся по запутанным комнатам. Слушая, как отголоски постепенно затихают, он беспомощно вздохнул...

Вжих——вжих——вжих!!

Как раз в этот миг издалека донесся невнятный звук волочения чего-то тяжелого.

Толстяк Байли повернул голову на звук и удивленно хмыкнул. Доносящийся издалека скрежет волочимого лезвия становился все ближе, перемежаясь частым хлопаньем открывающихся и закрывающихся дверей...

— Что-то не так...

Толстяк Байли пробормотал это себе под нос, немного поколебался, затем достал из кармана меч «Одно порождает три тысячи», крепко сжал его в руке и тут же водрузил себе на переносицу Око истинного зрения.

Звук волочения приближался: казалось, источник шума отделяет всего одна комната. Толстяк Байли настороженно замер, слегка сдвинув брови...

В этот миг сквозь стену внезапно вынырнули две фигуры, и одна из них резко схватила Толстяка Байли за запястье.

Толстяк Байли уже открыл рот, чтобы вскрикнуть, но чья-то рука молниеносно зажала ему рот.

— Ни звука, иди за мной! — настороженно глянув на дверь, шепотом бросила Мо Ли.