Глава 124. Ловля медуз

После такой промывки мозгов от Мерлина Линь Цие и Ли Ифэй так и застыли на месте.

— Ты хочешь сказать... мир, в котором мы находимся, ненастоящий? — выражение лица Линь Цие стало озадаченным.

— Да.

— У тебя есть доказательства?

— Мы, персонажи мифов, внезапно появились в вашем мире — разве это не доказательство?

— ... — Линь Цие потёр переносицу и вдруг подумал... а ведь в словах Мерлина как будто есть доля правды.

— Но если мир, где мы находимся, иллюзорен, разве это не значит, что и мы сами ненастоящие? — не удержался Ли Ифэй.

— Конечно, — как нечто само собой разумеющееся кивнул Мерлин.

— Раз так, почему ты, будучи иллюзорным созданием, вообще сомневаешься в подлинности этого мира? — Ли Ифэй сделал паузу. — Как ты сам только что сказал: рыба не станет сомневаться в существовании созданий за пределами океана, двумерные существа не усомнятся в мире за пределами плоскости...

Тогда, раз ты способен усомниться в реальности этого мира и счесть его иллюзией, остаётся ли твоё собственное существование... фальшивым?

Услышав слова Ли Ифэя, Мерлин застыл как громом поражённый и буквально окаменел на месте.

Взгляд, которым Линь Цие посмотрел на Ли Ифэя, вмиг изменился.

— Ты ещё и в философии разбираешься? — придвинувшись к уху Ли Ифэя, шепнул он.

— Да нет, просто у меня в голове не укладывается, — почесал затылок Ли Ифэй.

Линь Цие бросил на него многозначительный взгляд и снова повернулся к Мерлину:

— Ты говоришь, что ты учёный, ищущий истинный мир. Так ты его нашёл?

В глазах Мерлина вновь вспыхнул огонёк!

— Нашёл! — уверенно заявил он. — Не знаю уж, сколько времени прошло, но когда-то с помощью магии я связался с неким загадочным планом бытия. И пусть я не знаю точно, где он находится, но смутно предчувствую: это и есть истинный мир!

— И как же выглядит тот мир?

— Кажется, на самом дне океана! Там полно самых разных домиков: в форме ананаса, в виде головы, есть лавка со странной едой и, кажется, ещё какой-то странный жёлтый квадрат...

Мерлин принялся вспоминать увиденное и услышанное; его глаза распахивались всё шире, а тело непроизвольно забилось в судорогах...

Линь Цие нахмурился, почуяв неладное, и молча отступил назад на полшага, увлекая за собой Ли Ифэя.

— Истинный мир... Я видел истинный мир! — Мерлин в возбуждении бешено замахал руками и ногами. Спокойствие и мудрость в его взгляде давно растаяли без следа, сменившись странным безумием.

Его тело судорожно скрутилось и мгновение спустя превратилось в розовую морскую звезду.

Он взмахнул рукой, и стоявший возле кресла посох превратился в сачок. Подбежав к Линь Цие, он пустился в пляс, размахивая руками и ногами:

— Губка Боб!

Пойдём ловить медуз!

Патрик-Мерлин сделал вокруг Линь Цие несколько кругов, а затем со своим сачком пулей вылетел из лечебного корпуса и помчался по двору. На бегу он то и дело подпрыгивал, яростно взмахивая сачком, словно пытался поймать что-то невидимое.

Внезапно он заметил Никту, которая рассеянно сидела в кресле-качалке...

— Планктон! Планктон! Ты тоже здесь? — подскочил к Никте Патрик-Мерлин и радостно спросил.

Никта опешила. Ошеломлённо глядя на неопознанный розовый объект, она погрузилась в глубокие раздумья...

Спустя мгновение она дрожащими руками прижала Патрика-Мерлина к груди и со слезами на глазах промолвила:

— Ты... ты тоже мой внучек?!

— Планктон!

— Внучек!

— Планктон!

— Внучек, бабушка здесь!

— ...

Двое, наблюдавшие за всем этим со второго этажа...

Линь Цие: ( ･᷄ὢ･᷅ )?

Ли Ифэй: ( •︠ˍ•︡ )

— Кажется, я примерно понял, в чём заключается его болезнь... — Линь Цие, молча глядя на эту сцену, тяжело обронил.

— Как бы сказать... — почесал затылок Ли Ифэй. — А со стороны выглядит почему-то даже трогательно...

Линь Цие поправил простые очки на переносице и произнёс тоном врача:

— За долгие годы поисков «истинный мир» стал для Мерлина наваждением. Чтобы найти его, Мерлин бесчисленное множество раз применял прорицание и магию и в конце концов сотворил какой-то странный магический круг, связался с так называемым «истинным миром» и перенёс туда своё сознание...

Был ли тот мир действительно «настоящим», я не знаю, но несомненно одно: это оказало странное воздействие на его рассудок и в итоге привело к помешательству.

— И что же нам теперь делать? — у Ли Ифэя прямо голова разболелась.

— ...Не знаю, — покачал головой Линь Цие. В конце концов, он не был настоящим психиатром. Пусть ему и удалось восстановить примерный ход событий, но в том, как лечить, он не смыслил ровным счётом ничего.

Неужели придётся снова идти в психиатрическую больницу «Солнечный свет» и повторять старый трюк? Но сейчас Новый год, врачи психиатрического отделения наверняка на праздниках.

Линь Цие посмотрел на резвящегося внизу Мерлина и тяжело вздохнул.

— Пока речь не заходила о истинном мире, он вёл себя вполне нормально. Сейчас это, должно быть, лишь временный приступ... В общем, пойди сделай ему укол успокоительного, посмотрим, вернётся ли он в прежний облик, а то от этой беготни один кавардак.

— А кто пойдёт?

— Сам как думаешь?

— ...

Один жалкий санитар, безжалостно эксплуатируемый бессердечным боссом, тяжело вздохнул и поплёлся в сторону процедурной.

Спустя некоторое время Ли Ифэй, сжимая в руке огромный шприц, уже носился по всему двору за Патриком-Мерлином, а Никта неотступно следовала за ними, громко крича:

— Сяо Фэй! Это же твой братец, нельзя с ним так жестоко!

Они ещё какое-то время гонялись по двору, пока Ли Ифэю наконец не удалось вколоть успокоительное Мерлину. Тот мигом притих, снова принял человеческий облик, немного пошатался по дорожке и со шлёпом плюхнулся на землю.

Ли Ифэй от усталости тоже сел прямо на землю, тяжело переводя дыхание.

— Ну и работа... умотался к чертям!

Линь Цие подошёл ближе и проверил состояние Мерлина. Он убедился, что тот лишь слегка дезориентирован — по всей видимости, сказывались последствия недавнего помрачения рассудка, ничего опасного.

Хотя болезнь Мерлина была серьёзной, приступы длились недолго. По крайней мере, пока речь не заходила о истинном мире, с ним можно было нормально общаться, так что чрезмерно беспокоиться не стоило. Сейчас главное — придумать способ лечения.

Он похлопал Ли Ифэя по плечу:

— Присмотри за ними обоими, а я пошёл.

Затем, провожаемый полным вселенской скорби взглядом Ли Ифэя, Линь Цие скрылся за дверью больницы.

...

Утро.

Линь Цие неторопливо проснулся в кровати и бросил взгляд в окно. Сам он не заметил, когда всё снаружи успело укутаться в белоснежное покрывало.

— Ночью снег шёл так сильно? — пробормотал Линь Цие, подошёл к окну и замер, глядя вдаль.

Улицы за окном уже побелели, а с неба всё ещё медленно падали крупные хлопья снега, оседая по краям рамы и постепенно подтаивая.

В Цаннане столь сильный снегопад был редкостью.

Когда Линь Цие уже собрался пойти умыться, он внезапно остановился, оглянулся на угол комнаты и удивлённо хмыкнул.

Там, в углу, тихо и неподвижно сидела маленькая серая мышь.