Глава 108. Мерцание ночи

Неужели её и впрямь удалось вывести оттуда?

Линь Цие ошеломлённо смотрел на стоявшую перед ним Никту. Под ночным небом она словно преобразилась, перестав походить на ту отрешённую пациентку из больницы...

Сейчас она казалась настоящей богиней.

На ослепительно прекрасном лице Никты промелькнуло замешательство. Она подошла к самому краю крыши, окинула взглядом затихший внизу лагерь сборов и сияющие вдали огни, а затем медленно произнесла:

— Это и есть твоё божественное царство, Танатос?

Линь Цие покачал головой:

— Это не божественное царство. Это реальный мир.

— Мир? — Никта склонила голову набок и указала на залитый огнями далёкий город. — Но ведь это... самое настоящее божественное царство.

Линь Цие вздохнул. Он не стал больше спорить о божественном царстве с богиней, чей рассудок помутился, а представления безнадёжно устарели, лишь подошёл к ней и спросил:

— Каково это — оказаться снаружи?

— Здесь просторно, очень красиво, но... не так уютно, как дома. — Подумав, Никта добавила: — Впрочем, раз это божественное царство Танатоса, мне понравится всё, каким бы оно ни было.

Линь Цие на миг опешил, а потом сообразил: под «домом» Никта имела в виду ту крошечную психиатрическую больницу.

— Жаль только, что сейчас мне нельзя покидать этот лагерь сборов, а не то я поводил бы тебя по округе. В современном городе много интересного, — с лёгким сожалением покачал головой Линь Цие.

— Это ведь твоё божественное царство, почему ты не можешь уйти?

— Ну... Таковы здешние правила.

— А тебе хочется выбраться?

— Ты можешь вытащить меня отсюда?

— Под этим ночным покровом я могу перенести тебя куда угодно, — ответила Никта, указав на небосвод над головой.

— Твоя божественная сила восстановилась?

— Вовсе нет. Однако на простое мерцание в ночном небе меня ещё хватит.

Линь Цие посмотрел на далёкий город. Поколебавшись мгновение, он словно принял решение и произнёс:

— Хочу. Я хочу побывать в одном месте. Схожу туда и сразу вернусь.

— Конечно, дитя моё. — Никта с улыбкой протянула руку и взяла Линь Цие за запястье. — Представь мысленно, где оно находится, и я перенесу тебя туда.

Линь Цие медленно закрыл глаза. В памяти возник невысокий старый домик.

В следующее мгновение густая ночная тьма разошлась волной от того места, где они стояли,

и их силуэты вмиг исчезли!

* * *

Дзынь!..

В лагере сборов Юань Ган, пивший в этот момент чай, внезапно переменился в лице. Чашка выскользнула из его пальцев прямо на пол и разлетелась на добрый десяток осколков!

— Аура бога?! — Он рывком поднялся со стула и уставился на крышу жилого корпуса, округлив глаза: — Невозможно... Откуда здесь могла взяться аура бога?!

Некоторое время он боролся с сомнениями, но всё же схватил лежавший у изголовья кровати прямой клинок и молнией метнулся за дверь!

Оставляя за собой череду остаточных теней под безмолвным ночным небом, он на бегу вытащил телефон и набрал номер.

— Алло?

— Командир, беда!

Услышав предельно серьёзный тон Юань Гана, Шао Пингэ на том конце провода мигом отбросил напускную беспечность и строго спросил:

— Что стряслось?

— Город Цаннань. В лагере сборов только что зафиксированы колебания божественной силы.

— Что? — изменился в лице Шао Пингэ. — Кто именно из богов?

— Не знаю, но эта аура... кажется, не совпадает ни с одним из известных на сегодняшний день богов. Подозреваю, это божество, которое мы прежде никогда не наблюдали.

— Понял. Не предпринимай ничего опрометчивого. Я сделаю доклад: главнокомандующий решит, сможем ли мы направить к вам кого-то из Пределов человечества!

— Есть.

Юань Ган нажал отбой. Словно вихрь, он подлетел к жилому корпусу и без малейшей заминки взбежал прямо по отвесной стене здания, в считаные мгновения оказавшись на месте, где только что стояли Линь Цие и Никта.

Он замер на крыше жилого корпуса, огляделся по сторонам и слегка нахмурился:

— Куда же оно подевалось?..

* * *

— Мам, оставшуюся посуду я сам помою.

— Не надо, иди делай уроки.

— Всё в порядке, мам, я уже сделал уроки. Ты вчера допоздна была на смене, сегодня отдохни пораньше, — сказал Ян Цзинь, забирая миску из рук тёти.

Тётя осталась стоять с пустыми руками и лишь беспомощно покачала головой:

— Ну что за ребёнок... Весь в брата: слишком уж заботливый.

Договорив, она замолчала и, подняв взгляд к луне, висевшей в ночном небе, тихо пробормотала:

— И как он там сейчас?..

— Не волнуйся, с братом всё будет хорошо.

Тётя вздохнула и лишь кивнула.

Ян Цзинь улыбнулся:

— Всё, мам, предоставь это мне. Иди спать.

— Хорошо. Ты тоже скоро ложись.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Тётя ушла в комнату, прикрыв за собой дверь. В тесной гостиной звенела лишь посуда, которую мыл Ян Цзинь, а у его ног смирно лежал Черныш, лениво зевнув.

На крышу соседнего дома бесшумно опустился сгусток ночной тьмы.

Дзынь!..

— Гав-гав-гав-гав!..

Тарелка выскользнула из рук Ян Цзиня и с оглушительным звоном разбилась вдребезги о пол.

В глазах Ян Цзиня на миг вспыхнул холодный блеск, но тут же растаял без следа. Он резко прижал ногой Черныша и сурово зыркнул на пса — тот моментально захлопнул пасть.

Однако собачьи глаза всё так же неотрывно буравили крышу вдалеке; Черныш скалился, готовый встретить смертельного врага.

— Опять западный бог... Почему брат рядом с ним?.. — пробормотал Ян Цзинь и снова слегка пнул Черныша. Пёс тихо поскулил и послушно улёгся обратно на пол.

— Что стряслось? Что случилось? — Тётя торопливо выбежала из комнаты и, увидев усыпанный осколками пол, бросилась к Ян Цзиню: — Ты как? Не поранился?

— Всё хорошо, мам, просто выскользнула из рук, — смущённо улыбнулся Ян Цзинь, достал веник с совком и принялся сметать осколки.

— Давай я, давай я! Осколки острые, не порежься!

— Не нужно, я сам справлюсь.

— ...

На крыше дома вдалеке Линь Цие молча наблюдал за этой сценой, и на его губах появилась слабая улыбка.

— Ну и А-Цзинь... Стоило мне уехать, как он стал таким неловким...

Стоявшая рядом Никта с недоумением во взгляде указала на Ян Цзиня:

— Это твой друг?

Линь Цие покачал головой:

— Родной человек.

— Родной человек? — Недоумение во взгляде Никты лишь усилилось.

— Да.

Линь Цие посмотрел ещё немного и с облегчением выдохнул:

— Ладно, пора возвращаться.

— Так скоро?

— Лучше не отлучаться надолго.

— Хорошо, как скажешь.

Никта кивнула и вновь взяла Линь Цие за запястье. Ночь дрогнула и замерцала, и их силуэты исчезли без следа.

В низком домике Ян Цзинь, только что собравший осколки с пола, слегка приподнял голову и посмотрел туда, где они исчезли, глубоко задумавшись...