Глава 37. Девочка, победившая бога

Психиатрическая больница всех богов.

В просторном и чистом дворе Никта сидела в кресле-качалке, прижимая к себе вазу, и безучастно смотрела перед собой.

По коридору прошёл юноша в белом халате. Держа в руках несколько пузырьков с лекарствами, он подошёл к ней.

— Ты пришёл навестить меня, Танатос, дитя моё. — Никта повернула голову к Линь Цие, и на её губах расцвела улыбка.

Линь Цие сел рядом с ней и негромко отозвался:

— Пора принимать лекарства.

Он высыпал таблетки из пузырьков, аккуратно разделил их на маленькие кучки и пересыпал Никте в ладонь.

— Будь умницей, сначала выпей лекарства.

Никта без колебаний проглотила всё разом, а затем посмотрела на Линь Цие взглядом, полным материнской нежности.

— Танатос, тебя что-то тревожит?

Линь Цие оторопел: он не ожидал, что Никта, будучи душевнобольной, сможет с одного взгляда понять его состояние. Поколебавшись мгновение, он кивнул:

— Можно и так сказать.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь?

— К сожалению, в этом ты мне помочь не сможешь, — покачал головой Линь Цие.

Разве посторонний способен помочь в таком деле — когда сбегаешь из дома и страдаешь в полном одиночестве?

Никта немного опечалилась, но тут же, словно вспомнив о чём-то, произнесла:

— Раз так, Танатос, я сделаю тебе подарок.

— Подарок? — удивился Линь Цие.

— Да. Я подарю тебе свой браслет. Будешь носить его с собой, и тогда сможешь... — Никта протянула руку и провела по своему запястью...

Провела ещё раз.

Она опустила глаза на голое запястье — никакого браслета там не было.

— Мой браслет... Где мой браслет?

Линь Цие онемел:

— …

И правда, болезнь Никты зашла слишком далеко!

Никта склонила голову набок и нахмурилась, о чём-то напряжённо размышляя.

Линь Цие уже собрался подняться и уйти, как вдруг Никта заговорила:

— Я вспомнила.

— Что ты вспомнила?

— Мой браслет выиграли.

— Выиграли? — Линь Цие опешил. Он припомнил мифы, но ни в одном из них не слышал о браслете. — И какой же бог его выиграл?

— Не бог, — покачала головой Никта и указала пальцем на Линь Цие. — Она была такой же, как ты.

— Такой же, как я... Тоже твоим ребёнком? — попытался Линь Цие последовать её логике.

— Нет. Она, как и ты, носила эту белую одежду.

Зрачки Линь Цие сузились, брови сошлись на переносице.

— Ты хочешь сказать, что до меня кто-то уже надевал этот халат, заходил в твою палату и выиграл твой браслет?

Никта кивнула.

Выражение лица Линь Цие стало предельно серьёзным.

Сам того не ожидая, он получил от Никты столь важные сведения.

Судя по её словам, до того, как он сам постучал в ворота психиатрической больницы и выпустил Никту, здесь уже побывал другой человек — и тоже открыл её дверь!

Он... не единственный хозяин этого места?

Но ведь эта больница находится прямо у него в голове, как сюда мог проникнуть кто-то другой?

Линь Цие вдруг вспомнил, что первый сон о том, как он стучит в двери больницы, приснился ему пять лет назад...

Пять лет назад она внезапно и таинственно возникла в его снах.

Неужели... пять лет назад, до того, как больница приснилась ему, здесь был кто-то ещё?

При этой мысли Линь Цие тут же сел обратно и со всей серьёзностью спросил:

— Как она выиграла твой браслет?

Никта немного повспоминала и ответила:

— Она сказала, что хочет посоревноваться со мной. Если я выиграю, она вернёт мне моих детей, а если проиграю — я должна отдать ей свой браслет.

— В чём вы соревновались?

С губ Никты медленно сорвалось:

— Сотворение.

— Сотворение? И в итоге ты проиграла? Как такое возможно? — В глазах Линь Цие читалось безграничное изумление. — Ты ведь богиня ночи, одно из пяти божеств, сотворивших мир! Как ты могла кому-то проиграть?

— Я не знаю, но я действительно проиграла, — покачала головой Никта.

— Ты помнишь, как она выглядела?

— Помню. Ей тогда было лет двенадцать или тринадцать, с длинными чёрными волосами, очень красивая. А вот здесь был странный рисунок. — Никта указала на тыльную сторону ладони.

— Двенадцати- или тринадцатилетняя девочка превзошла тебя в таком искусстве, как сотворение? — У Линь Цие едва глаза на лоб не полезли. — Даже если твоя божественность сейчас повреждена, это едва ли возможно!

Никта сидела, снова погрузившись в воспоминания.

Линь Цие совладал с чувствами и продолжил расспрашивать:

— Что ещё ты о ней помнишь? А её имя?

— Не знаю... Знаю лишь, что её фамилия вроде бы... Цзи? — не слишком уверенно ответила Никта.

— Цзи... — повторил Линь Цие это слово.

— А потом, перед тем как я вернулась в палату, она пошла туда, — подумав немного, Никта указала рукой на одну из комнат на третьем этаже.

— Я понял. Отдыхай, — бросил Линь Цие, взглянув на ту комнату, и тут же побежал к лестнице.

Вскоре Линь Цие стоял перед дверью, на которую указала Никта.

На табличке красовались три крупных иероглифа:

— Кабинет главврача.

Линь Цие слегка нахмурился, толкнул дверь и вошёл внутрь.

За ней оказался кабинет средних размеров, выглядевший довольно загромождённым.

Он уже заходил в эту комнату: белый халат он как раз взял с вешалки внутри, однако в прошлый раз не заметил ничего особенного.

Раз Никта сказала, что та девочка вошла сюда, она вполне могла оставить какие-то важные зацепки.

На этот раз он обыщет всё досконально!

Он не стал переворачивать всё вверх дном, а просто сел на месте и медленно прикрыл глаза.

Благодаря Божественным руинам, дарованным ему серафимом, он мог с лёгкостью воспринимать каждый предмет в комнате — это было куда эффективнее обычных поисков.

Спустя несколько секунд он резко распахнул глаза.

Он поднялся, подошёл к письменному столу, нащупал потайное отделение в самом нижнем ящике и вытащил слегка пожелтевшее письмо.

И правда есть!

Линь Цие быстро вскрыл конверт, вынул исписанный лист, и выражение его лица вдруг стало озадаченным.

«Тс-с... А почерк-то, похоже, кривоват!»

Строчки плясали вкривь и вкось, прямо как у первоклассника, только начавшего учиться писать.

«Кому-то:

Не знаю, кто ты, но знаю, что именно ты — настоящий хозяин этого места.

Когда ты найдёшь это письмо, скорее всего, пройдёт уже несколько лет. Не смейся над моим теперешним почерком: я ведь ещё маленькая, а когда вырасту, стану писать красиво.

Прости, пожалуйста, что силой удерживала принадлежащую тебе больницу у себя какое-то время, но раз уж теперь всё вернулось законному владельцу, не сердись на меня! (рисунок высунутого языка)

И ещё: я одолжила кое-что у нескольких твоих пациентов. Когда снова найду тебя, обязательно всё верну, не переживай!

И напоследок напомню: под этим кабинетом есть ещё одно местечко~

Когда я вырасту, я найду тебя, незнакомец, ведь ты — моя надежда вернуться домой.

Пока-пока~

— Цзи Нянь»