Глава 35. Мы — регулярная армия

Под тёплым светом лампы наконечник копья слабо мерцал холодным блеском.

Твою же мать… Она и впрямь прятала у себя в комнате копьё?!

Линь Цие сглотнул слюну и поспешно произнёс:

— Да нет, сестра Хунъин… я просто хотел спросить… у тебя найдутся бумага и ручка?

Хунъин опешила:

— Среди ночи-то? Зачем тебе бумага и ручка?

— Написать письмо.

— М-м… вроде были, подожди минутку! — Хунъин отставила копьё в сторону и вернулась в комнату, принявшись рыться в ящиках и шкафах.

Стоя в дверях, Линь Цие отчётливо видел всю её комнату.

Вопреки ожиданиям, комната Хунъин оказалась на редкость простой, если не сказать спартанской.

В ней стояли лишь жёсткая дощатая кровать, настольная лампа, письменный стол да плюшевая игрушка возле кровати.

Никаких лишних украшений, никакого дорогого пружинного матраса, ни дивана, ни кондиционера… Линь Цие с трудом мог представить, что в столь роскошном особняке её спальня может быть настолько аскетичной.

Она походила скорее на соломенную хижину монаха-аскета, чем на хозяйскую спальню на вилле.

Лишь милая плюшевая игрушка была здесь единственной вещью, подобающей её возрасту.

— Бумага… бумага, бумага… Нашла! — Глаза Хунъин блеснули. Взяв ручку и несколько листов бумаги, она подошла к двери и протянула их Линь Цие.

— Сестра Хунъин, ты обычно… здесь спишь?

Хунъин оглянулась назад и кивнула:

— Бойцам Ночных стражей не подобает погрязать в материальных благах, нужно постоянно закалять волю… Если бы этот особняк не остался мне от родителей и за ним не требовалось постоянно присматривать, я бы, наверное, давно продала его и вернулась жить в общежитие.

Линь Цие немного помолчал:

— Я понял. Спасибо… Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, ты тоже ложись пораньше, — с улыбкой помахала ему рукой Хунъин и тихонько закрыла дверь.

Линь Цие спустился вниз, сел на стул в гостиной и включил яркую лампу над головой.

На столе лежали лист бумаги и ручка.

За окном едва слышно звенели цикады. Прошедший дождь смыл духоту летней ночи, и лунный свет отбрасывал на стол тени листьев…

Линь Цие держал ручку, неподвижно сидя перед столом.

Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем он опустил кончик ручки и вывел на бумаге первую строчку:

«Тёте и Ян Цзиню…»

* * *

— Мама, мама!

Ян Цзинь легонько потряс уснувшую прямо за обеденным столом тётю и негромко позвал.

Тётя приоткрыла сонные глаза, медленно подняла голову и, растирая затекшую шею, спросила:

— Что случилось? Твой брат вернулся?

Ян Цзинь покачал головой:

— Нет, но в щели под дверью лежит письмо.

— Письмо?

— Да! Кажется, брат написал.

— Сяо Ци? Скорее, открой, посмотри! — встревоженно произнесла тётя и, глядя, как Ян Цзинь распечатывает письмо, запричитала: — Этот мальчишка всю ночь дома не ночевал, словечка не передал, дошёл до самого порога и не зашёл! И… и что значит это письмо под дверью?!

Ян Цзинь развернул послание, тётя взяла его, и они, склонив головы друг к другу, принялись внимательно читать.

Прошло немало времени, прежде чем тётя дрожащими руками опустила листок и ошеломлённо застыла на стуле.

— Мама, брат пишет, что ушёл в армию, — Ян Цзинь взял письмо и повернулся к тёте.

— В армию… в армию? Как же это… почему вдруг в армию? — растерянно бормотала тётя. — Он же никогда об этом не говорил…

— Нет, брат говорил, — серьёзно кивнул Ян Цзинь.

— Говорил?

— Раньше он часто говорил мне с глазу на глаз, что на самом деле его заветная мечта — пойти служить в армию. Просто глаза всё никак не выздоравливали, вот он временно и отказался от неё. — Ян Цзинь запнулся и указал на строчки в письме: — И смотри, брат сам пишет: как только зрение вернулось, он тайком записался на службу, но побоялся, что ты будешь против, поэтому ничего не сказал. А вчера вечером тайком сел на поезд до Цицикара…

— Что-то не сходится.

— Что не сходится?

— Это письмо ты взял только сегодня утром! Если судить по письму, он уже должен быть в поезде! — Голова тёти заработала с редкой для неё сообразительностью!

— Э-э… — Ян Цзинь почесал в затылке. — Вообще-то я только утром его заметил. Может, оно со вчерашнего вечера там лежало, а я просто не увидел.

— Н-но ведь это так внезапно! — Тётя никак не могла смириться с этим. — К тому же глаза у Цие только-только пришли в порядок! А вдруг на службе болезнь вернётся?! Нет… так не пойдёт! Я места себе не найду! Пойду к властям, я потребую, чтобы моего племянника вернули!

Охваченная тревогой, тётя вскочила на ноги и прямо в домашних тапочках распахнула дверь, спеша наружу.

Вдруг она замерла.

Прямо перед дверью неловко стояли двое мужчин в военной форме, словно как раз собираясь постучать.

Будь здесь Линь Цие, он мгновенно узнал бы в них Чэнь Муе и Вэнь Цимо.

— Вы кто такие? — нахмурилась тётя.

Чэнь Муе и Вэнь Цимо переглянулись. На лице Вэнь Цимо тут же появилась мягкая улыбка, и он отдал тёте не слишком уставное воинское приветствие.

— Здравствуйте, вы госпожа Ван Фан, опекун Линь Цие?

— Да, я.

— Мы представляем военно-административный отдел города Цаннань, пришли передать вам документы по призыву Линь Цие и положенное пособие.

— Военно-административный отдел? — с подозрением переспросила тётя. — Это ещё что такое?

— Ну… военно-административный отдел как раз отвечает за набор новобранцев.

— Ох… Тогда проходите, присаживайтесь. — Тётя отступила на пару шагов, впуская гостей в дом, и пошла заваривать им чай: — А я как раз собиралась искать вас! Тут что-то не то!

Чэнь Муе и Вэнь Цимо только сели, как у последнего от этих слов выступил холодный пот.

Вэнь Цимо украдкой наклонился к уху Чэнь Муе и прошептал:

— Командир, а это… правда прокатит? Мы точно сможем её провести?

— Чего боишься? Все наши документы получены из регулярной армии, всё чистая правда!

— Н-но ведь ты только вчера подал заявление о зачислении Линь Цие! Документы никак не могли прийти так быстро! Ты уверен… что они настоящие?

Уголок рта Чэнь Муе слегка дёрнулся:

— Скоро станут настоящими.

— Но я не понимаю: мы же могли дождаться официальных бумаг и только потом прийти. К чему такая спешка?

— Не мы торопимся, а этот пацан, Линь Цие, — Чэнь Муе покосился на хлопотавшую на кухне тётю и вполголоса пояснил: — Он испугался, что тётя не поверит письму и пойдёт проверять прямиком в администрацию. А рядовые чиновники понятия не имеют о нашем существовании… Смекаешь?

— Смекнул.

Вэнь Цимо кивнул, выпрямился и натянул безупречную улыбку:

— Госпожа Ван Фан, не беспокойтесь, мы — регулярная армия. Линь Цие отправился на службу в Урумчи с официального одобрения, никаких проблем нет!

Стоявший в сторонке Ян Цзинь беспомощно прижал ладонь ко лбу.

Разливавшая чай тётя вздрогнула всем телом, и чашка в её руке опрокинулась прямо на стол. Она оцепенело повернулась и, вытаращив глаза, воскликнула:

— Р-разве он поехал не в Цицикар?!