Глава 30. Дождь прекратился

В доме.

Тётя подняла взгляд на настенные часы и отрешённо замерла.

На столе перед ней изобилие блюд уже давно остыло — всё оставалось нетронутым, почти так же, как в ту минуту, когда Линь Цие ушёл.

Спустя какое-то время Ян Цзинь взял палочками кусочек мяса и положил матери в пиалу:

— Мам, поешь.

— Ох... — покачала головой тётя и тяжело вздохнула. — Твой брат бросил ужин на середине, убежал и до сих пор не вернулся. Вдруг с ним что-то случилось?

— Не волнуйся, ничего с ним не случится. Может, одноклассники увидели, что он прозрел, и непременно захотели затащить его куда-нибудь поесть, — мягко успокоил её Ян Цзинь.

Услышав это, тётя заметно расслабилась, но тут же вновь забеспокоилась:

— Но он ведь ушёл без зонта.

— Мам... — Ян Цзинь поднялся и, указав на окно, спокойно произнёс:

— Дождь уже прекратился.

***

Дождь и вправду прекратился.

Сквозь облака пробился бледный лунный свет, озарив безлюдную ночь. В округе стояла мёртвая тишина.

С пустыря неподалёку уже унесли разбитую Табличку, а кровь и ошмётки плоти начисто убрали. Лишь глубокие, жуткие борозды от клинка на земле безмолвно свидетельствовали обо всём, что произошло этой ночью.

Возможно, завтра утром кто-то наткнётся на эти странные борозды и начнёт строить догадки, но правды людям не узнать никогда.

С карниза скатилось несколько дождевых капель; упав в грязную лужицу, они пустили по ней рябь.

Шлёп!..

Лапа ступила прямо в лужу, подняв фонтанчик брызг.

В ночной тьме по изрезанному клинком пустырю неторопливо трусил Черныш, маленький чёрный пёс.

На шее у него висел крохотный матерчатый мешочек.

Он миновал глубокие борозды, подошёл к чистому пятачку земли и остановился.

Ещё десять с лишним минут назад здесь лежало тело мужчины.

Опустив морду, пёс вперил взор в землю, и в его угольно-чёрных глазах вспыхнул бледный огонёк.

Внезапно...

он разомкнул пасть

и заговорил человеческим голосом —

низким, гулким и величавым!

— Вернись же, о душа!..

***

Город Цаннань, мост Мира.

Мост Мира — большой мост ближе к окраине города Цаннань. Под ним протекает Великий Цзяннаньский канал, рассекающий весь Цаннань. Каждый день по мосту движется нескончаемый поток пешеходов и машин, так что он по праву считается одной из местных достопримечательностей.

У самого въезда на мост Мира с обеих сторон теснились пёстрые витрины лавочек. Над одной из них, казавшейся самой невзрачной, висела старая большая ярко-красная вывеска:

— Агентство «Мир».

Как и прочие заведения у моста Мира, оно не отличалось простором — чуть больше двухсот квадратных метров, едва ли больше обычной лапшичной с ланьчжоуской лапшой возле какой-нибудь школы.

Невзрачным оно казалось не только из-за банального названия, но прежде всего потому, что соседи с обеих сторон слишком уж бросались в глаза.

Слева находилось свадебное агентство «Мир», утопавшее в кричаще-праздничных красных и пурпурных тонах.

Справа — ритуальная служба «Мир», увешанная белым атласом и заставленная венками.

Слева играли свадьбы и сияли улыбками, справа справляли тризны и безутешно убивались по усопшим.

Зажатое меж двух этих крайностей, агентство «Мир» словно растворялось в воздухе и совершенно не привлекало взглядов.

Если и было в нём что-то примечательное, так разве что название. Обычно конторы чётко заявляют о своём профиле: адвокатские бюро ведут тяжбы, детективные агентства расследуют дела, бухгалтерские фирмы сводят балансы...

Но у этого заведения не было никаких уточнений — лишь слово «Мир», и человеку с улицы оставалось только гадать, чем здесь вообще занимаются.

И вот сейчас, в подвале агентства «Мир»...

В просторном, ярко освещённом зале на диване сидел юноша. Опустив голову, он молча смотрел на напольную плитку.

Кроме него, в зале находились ещё шестеро.

— Значит, ты и есть тот самый представитель серафима, которого искал старина Чжао? — глядя на Линь Цие, спросил сидевший на диване напротив У Сяннань.

— Да.

После недолгого молчания У Сяннань неторопливо продолжил:

— Меня зовут У Сяннань, я заместитель командира 136-го отряда Ночных стражей города Цаннань. А тот человек в чёрном у колонны — наш командир, Чэнь Муе.

Линь Цие проследил за его взглядом. Неподалёку, прислонившись к колонне и засунув руки в карманы, стоял мужчина и молча смотрел на него.

Поймав ответный взгляд Линь Цие, Чэнь Муе едва заметно кивнул.

У Сяннань повернулся к остальным четверым:

— Чего застыли? Представьтесь.

Женщина, в одиночестве сидевшая в кресле и подобравшая под себя ноги, вскинула голову. Её волосы всё ещё были влажными, а глаза — покрасневшими от слёз:

— 136-й отряд Ночных стражей, боец передовой, Хунъин.

Линь Цие знал её: именно Хунъин привела его сюда.

Как только она закончила, стоявший рядом мужчина с полотенцем в руках мягко улыбнулся:

— 136-й отряд Ночных стражей, боец передовой, Вэнь Цимо.

Вслед за ним сжавшаяся в комочек, тоже вся в слезах, девушка подняла лицо и тихо проговорила:

— 136-й отряд Ночных стражей, боевая поддержка и военврач по совместительству, Сы Сяонань.

— 136-й отряд Ночных стражей, дальняя огневая поддержка, Лэн Сюань, — сухо бросил сидевший в стороне мужчина со снайперской винтовкой в руках.

Когда все представились, У Сяннань вновь обратился к юноше:

— Линь Цие, верно? По поводу гибели Чжао Кунчэна в бою... тебе есть что добавить?

— Я уже всё сказал предельно ясно, — ровным тоном ответил Линь Цие. — Чжао Кунчэн развернул Бестревожное воздушное пространство, сошёлся в смертельной схватке с Царём призрачноликих один на один и в итоге погиб вместе с ним.

— Когда они сражались, ты был на месте?

— Был.

— И как же ты проник в Бестревожное воздушное пространство?

— Смерил его взглядом — оно и открылось.

У Сяннань приоткрыл рот, слегка сдвинув брови:

— Можешь подробно описать бой? К примеру, как именно Чжао Кунчэн убил Царя призрачноликих?

— Он взмахнул клинком, выпустил огромный чёрный полумесяц и отрубил Царю призрачноликих голову, — ответил Линь Цие.

— Чёрный полумесяц... — У Сяннань нахмурился, погрузившись в раздумья.

В этот момент Чэнь Муе, до сих пор не проронивший ни слова, заговорил:

— Это «Стирающий жизнь сверкающий полумесяц». Старина Чжао пустил в ход Зов духов и богов... и пробудил свои Запретные руины.

Вэнь Цимо потрясённо воскликнул:

— «Стирающий жизнь сверкающий полумесяц» под номером 083? Но ведь это Запретные руины, у них ранг высокой опасности!

— Кто бы мог подумать... Слова дяди Чжао оказались правдой. А я думала, он просто хвастается... — поджав губы, тихо обронила Сы Сяонань.

— Нет, хвастаться он любил, — Чэнь Муе едва заметно усмехнулся, и в его глазах промелькнула тень воспоминаний. — Полагаю, когда этот тип сам увидел свои Запретные руины, то и глазам своим не поверил.

— Окажись мы тогда рядом, он бы точно прожужжал нам все уши о том, что его Запретные руины — самые крутые из всех... — Хунъин, словно представив знакомую картину, слабо улыбнулась, но огонёк в её глазах тут же погас.

У Сяннань посмотрел прямо в глаза Линь Цие и заговорил вновь:

— И ещё один вопрос. Судя по останкам Царя призрачноликих, смертельными стали многочисленные рубленые раны и странные следы ожогов... Однако «Стирающий жизнь сверкающий полумесяц», похоже, такими свойствами не обладает. Как ты это объяснишь?

Линь Цие нахмурился и, глядя в глаза У Сяннаню, отчеканил слово за словом:

— Я уже сказал всё предельно ясно. Чжао Кунчэн в одиночку вышел против Царя призрачноликих, бился насмерть до самого конца...

И в итоге сразил Царя призрачноликих один на один!