Глава 2002. Отклик

Великая Ся.

В недрах некой черной бездны.

Прекрасная женщина в одеянии из звездного тюля и шелка хмуро стояла посреди этого мира бездны. Бесчисленные звезды мерцали во тьме, словно усеянный созвездиями небосвод.

Ее брови были крепко сдвинуты, лицо — мертвенно-бледным, а дыхание колебалось, подобно огоньку свечи... Звездный свет, заполнивший все небо, крупица за крупицей втягивался в ее тело, медленно исцеляя раны.

В недавней битве с «Ключом и Вратами» Никта приняла на себя прямой удар Врат истины и получила тяжелейшие ранения.

Раны, нанесенные Вратами истины, было не так-то просто залечить: даже вложив все силы в исцеление, Никта сумела лишь сохранить жизнь. О том, чтобы снова вступить в бой, не могло быть и речи.

И в тот миг, когда струился звездный свет, из небытия внезапно распахнулось магическое сияние. Словно что-то почуяв, Никта с удивлением открыла глаза и посмотрела туда, где возник магический круг.

— ...Мерлин?

— Давно не виделись, госпожа Никта, — с улыбкой произнес Мерлин, неторопливо выходя из сияния в магической мантии и с посохом в руке.

— Я думала, ты затерялся в космосе.

— Нет... Я лишь искал там кое-что.

— Раз уж ты вернулся, поспеши на помощь тем, кто снаружи... — с бледным лицом проговорила Никта. — Там все складывается не лучшим образом.

— В одиночку мне не одолеть «Ключ и Врата», — пожал плечами Мерлин. — Мне нужны помощники.

Он вновь поднял посох, и под ногами Никты стремительно возникли три магических круга: светло-зеленый, золотистый и лазурный... С их появлением изнутри хлынула мощная волна жизненной силы!

— Это... — Никта в недоумении посмотрела себе под ноги.

— Исцеляющие запретные заклинания, целых три круга, — мантия Мерлина колыхнулась без ветра; придерживая край глубокого капюшона, он серьезно произнес: — Твои раны слишком тяжелы... Сама ты залечивала бы их не один десяток лет...

— Ты можешь меня исцелить?

— Могу.

— Сколько это займет? — глаза Никты слегка блеснули.

— Пожалуй... несколько сотен волос, — помолчав немного, отозвался Мерлин.

Под ошеломленным взглядом Никты бурлящая жизненная сила из кругов хлынула прямо в ее тело. Под действием магии раны начали стремительно затягиваться, а колеблющееся дыхание стало стабилизироваться с поразительной быстротой!

Все три исцеляющих запретных заклинания работали на пределе добрых несколько десятков секунд, прежде чем начали угасать... Тонкая белая ладонь разорвала нити магии, обволакивавшие ее подобно исполинскому кокону, и Никта шагнула наружу.

Никта возвышалась над ночной тьмой и с удивлением оглядывала себя:

— Твоя магия поистине поразительна, Мерлин.

— Благодарю за похвалу.

Мерлин прижал руку к краю капюшона и изящно поклонился.

Пока они разговаривали, две нити причинности пронзили небытие и неслышно соединились с их телами. В то же мгновение в Пустоте стремительно соткались две призрачные двери палат... словно ожидая их прихода.

— Что это такое? — в недоумении спросила Никта, взглянув на материализовавшуюся на ее теле нить причинности и на связанную с ней дверь.

— Господин главврач зовет нас, — с улыбкой отозвался Мерлин. — Похоже, на этот раз доведется увидеть давно знакомые лица...

— Он уже вернулся в Великую Ся? — Никта тут же решительно зашагала к призрачной двери палаты и твердо произнесла:

— Я должна помочь ему.

Никта и Мерлин одновременно ступили на сияющий звездный свет и подошли к двум дверям, связанным с ними причинностью.

Взявшись за знакомые дверные ручки, они переглянулись и с силой толкнули их!

...

«Вечный тайный сад».

В деревянном домике безмятежно дремавший на постели Браги тихо охнул и внезапно распахнул глаза.

Он посмотрел на себя: из-под источающего тонкий цветочный аромат белоснежного одеяния тянулась тоненькая нить, уходящая прямо в небытие за стенами дома...

В недоумении почесав затылок, он обулся, поднялся с постели и вышел наружу.

Легкий ветерок овевал безмятежный сад, и бесчисленные цветущие роданте вздымались на ветру, словно бесконечные золотые волны.

Несколько лепестков пронеслись мимо красивого лица Браги. Он чуть приподнял голову и, глядя на нависшее пасмурное небо, невольно нахмурился.

— Браги!

Из глубины сада донесся голос.

Среди цветов медленно поднялась Идун, прилежно плетущая цветочную корзину. Из ее тела точно так же тянулась нить, уходящая вдаль...

— Посмотри туда! — указала она в самую середину колышущегося золотого моря цветов.

Браги повернул голову и увидел стоящую посреди цветочного моря призрачную дверь — в точности такую же, как дверь палаты в психиатрической больнице всех богов.

Браги подошел к двери; словно поняв, что происходит, он блеснул глазами.

— Это главврач Линь, — глядя на свою нить причинности, тихо произнес Браги. — Идун... главврачу Линю нужна наша помощь.

— Так чего же мы ждем?

Идун взяла Браги за руку. Они стояли перед дверью посреди моря цветов, и их белые одеяния развевались на ветру.

— Поспешим... не то главврач заждался!

— Да.

Браги тепло улыбнулся. Одной рукой держа Идун, второй он взялся за ручку двери и плавно повернул ее...

— Главврач Линь... мы идем.

...

Космос.

В небытии неподалеку от Земли безмолвно парило каменное изваяние...

Изваяние было совершенно черным и внешне походило на древнюю обезьяну, сидящую со скрещенными ногами. От него не исходило ни малейших признаков жизни, словно это был всего лишь уснувший навеки труп.

Шурх-шурх...

Внезапно изваяние едва заметно дрогнуло. Каменная крошка и осколки осыпались с него, и давно застывшие глаза медленно приоткрылись...

Могучее, властное божественное величие верховного бога снизошло на звездное небо!

— Линь Цие?

Сунь Укун медленно поднялся во весь рост. Он посмотрел на тянувшуюся из его тела нить причинности и на далекую больничную дверь, парящую прямо в открытом космосе, — и в его глазах будто запылали два палящих солнца!

Словно обо всем догадавшись, он шагнул вперед и в то же мгновение очутился перед самой дверью.

— Линь Цие... дедушка Сунь идет!

Щелк...

Дверная ручка вмиг повернулась!

...

Земля.

Подземные руины.

Среди циклопических каменных обломков, погребенных глубоко под землей, фигура в пурпурном царском одеянии поднялась с одинокого трона.

Гильгамеш окинул взглядом внезапно возникшую больничную дверь и слегка прищурился.

Стоило ему шевельнуть пальцем, как подземные руины обратились частью сокровищницы, сжались к нему в ладонь и бесследно исчезли.

— Линь Цие, это ты взываешь к царю?..

Пурпурное царское одеяние колыхнулось без ветра; высвободилось давление уровня верховного бога, и суть Государя сгустилась в фиолетовых зрачках. Беспредельное величие и властность затопили весь подземный мир.

Он сделал шаг вперед и оказался перед призрачной дверью.

— Царь... откликается на твой зов.