Глава 1927. Божество

В этот миг даже зрители у экранов, следившие за прямой трансляцией, невольно закрыли глаза.

Когда из трансляции донеслись изумлённые возгласы, люди наконец открыли глаза и увидели: заслонившая небо волна замерла перед самой заставой Погружённого дракона. Словно стиснутая невидимой исполинской рукой, она рассыпалась тучей водяной пыли, растаявшей в воздухе.

Над внешней стеной заставы Погружённого дракона медленно поднимался в воздух юноша в тёмно-красном плаще.

Битва богов между бледным громовым драконом и Драконом Хаоса, битва богов между Вишну и Линь Цие и хаотичное побоище тринадцати главных богов, казалось, вот-вот перевернут само небо и море. Ужасающие волны божественной силы раз за разом накатывали на стоящую неподалёку заставу Погружённого дракона, но всякий раз натыкались на невидимый барьер, останавливавший их на расстоянии.

А юноша в тёмно-красном плаще парил прямо над заставой Погружённого дракона. Уперев ладони в пустоту, он на расстоянии развеивал любые остаточные удары битвы богов, способные стереть заставу в пыль, — точно бог-хранитель этой твердыни.

— Это тот Ночной страж, что управляет погодой! — взволнованно выкрикнул кто-то из исследовательской группы, сразу узнав У Цюаня со спины. — Он спас нас!

Пока люди говорили, ладонь улыбающегося исполина, прижимавшая море к глубинам, внезапно задрожала. Волны вокруг бешено забурлили и покатились вспять, а под толщей воды начала стремительно расти тень — словно некий исполин вот-вот готов был вырваться наружу!

Грохот!..

Огромная золотая тень отшвырнула ладонь улыбающегося исполина и медленно поднялась из глубинного водоворота. Шесть белоснежных крыльев расправились сквозь пелену брызг; один лёгкий взмах — и окружающие воды отхлынули прочь, образовав прямо посреди моря колоссальный полусферический вакуум!

То был подпирающий небо и землю золотой аватар, подобный и ангелу, и земному богу войны. В одной руке он держал исполинский фантом прямого клинка, в другой — священный золотой Скипетр. За его спиной вздымались шесть гигантских крыльев, а очи, взирающие на бренный мир, пылали, подобно двум золотым солнцам!

«Подобие Неба и Земли»!!

Ещё несколько лет назад Линь Цие объединил «Аватар, Равный Небу» и «Аватар Цинъюаня», сотворив собственный аватар. Спустя годы закалки и совершенствования нынешнее «Подобие Неба и Земли» уже нельзя было даже сравнивать с прежним.

В миг, когда явился этот исполинский аватар, и исследовательская группа вдалеке, и зрители трансляции потрясённо разинули рты...

Зрелище исполинского аватара потрясало до глубины души. Золотое сияние, исходившее от его тела, вместе с гигантским клинком и скипетром затмили собой даже буйство бледного громового дракона и Дракона Хаоса.

В каком-то смысле сейчас Линь Цие куда больше походил на «божество», чем любой из присутствующих здесь богов, кроме самого Вишну!

Сжимая прямой клинок, аватар Линь Цие со свистом обрушил удар на стоявшего перед ним Улыбающегося Вишну. Тень лезвия рассекла воздух, но исполинская ладонь бога приняла удар на себя. Ударная волна от их столкновения пронеслась над водной гладью и пробила огромную брешь в нависших над морем грозовых тучах.

Вздымались волны, содрогались небеса и земля. Линь Цие не стал останавливаться: аватар высоко занёс «Скипетр царя» и с сокрушительной силой обрушил его на морскую гладь под ногами!

Дон-н-н!..

Золотая рябь прокатилась по всему полю боя. Девять главных богов, сражавшихся вдалеке с троицей Шэнь Цинчжу, одновременно замерли: божественная сила шёлковыми лентами вырывалась из их тел и устремлялась прямиком к золотому аватару. Та же участь постигла и Дракона Хаоса Левиафана, бившегося с бледным громовым драконом.

Отток божественной силы мгновенно переломил ход сражений на обоих участках. Бледный громовой дракон вцепился в горло Левиафана, яростно терзая его гниющую плоть, а бесчисленные молнии, точно цепи, пронзили исполинскую тушу, приковав её к небесному своду.

Тем временем Шэнь Цинчжу и двое его соратников ухватились за мимолётную возможность и совместным ударом мгновенно прикончили ещё двоих главных богов!

Бурные потоки божественной силы хлынули в аватар Линь Цие — даже Вишну не избежал этой участи. Однако верховный бог, уже переживший однажды выкачивание силы, был готов к угрозе «Скипетра царя». Едва разошлась золотая рябь, как на поверхность моря всплыло второе тело с плачущим ликом: его пальцы стремительно сплелись в печати, с силой ударив по воздуху в сторону аватара!

— Бесформенное тайное колесо.

В пустоте вокруг него соткались двенадцать печатей, похожих на распустившийся цветок древней формы. Вдали аватар Линь Цие содрогнулся: рука, сжимавшая «Скипетр царя», дюйм за дюймом раскрошилась, словно перемолотая на расстоянии неведомой силой, а ленты божественной силы, стекавшиеся со всех сторон, оборвались!

Оставшись лишь с одной рукой, аватар Линь Цие без колебаний вскинул вторую руку с зажатым в ней прямым клинком. Вся только что поглощённая божественная сила хлынула в лезвие, и он со всей мощью обрушил рубящий удар в сторону Улыбающегося Вишну!

Вспышка клинка, подобная слепящему солнцу, в мгновение ока затопила всё вокруг. Раскалённое добела сияние обожгло край небосвода, вынудив оператора зажмуриться и отвести камеру, чтобы свет не сжёг аппаратуру.

Лишь добрых десять секунд спустя ослепительное сияние начало рассеиваться. Аватар Линь Цие растаял в воздухе, рассыпавшись на частицы, а исполинский силуэт Улыбающегося Вишну напротив был сплошь залит кровью: жуткий, глубокий разрез тянулся от шеи до самого паха, едва не разрубив его надвое.

При виде этого Плачущий Вишну помрачнел. Чёрной тенью он метнулся к телу с улыбающимся ликом и слился с ним воедино. Восстановив цельный облик, Вишну опустился на морскую гладь, однако половина его тела превратилась в кровавое месиво.

«Проклятье! Этот тип — всего лишь главный бог, откуда в нём столько силы?!» — в ярости бушевал в мыслях Вишну.

Монстров, способных телом главного бога поколебать верховного бога, за минувшие тысячелетия появлялось немало, но то, что творил Линь Цие, уже давно вышло за рамки простого «поколебать». Он мог сражаться с ним на равных и даже слегка брать верх!

Пропасть между главным богом и верховным казалась непреодолимой, однако Линь Цие умудрялся сражаться через эту бездну до столь ожесточённого предела... Если он сделает решающий шаг и действительно ступит в высший ранг, насколько же чудовищной станет его мощь?!

В воздухе клубилась водяная пыль. Сквозь мутную пелену, сжимая в руке прямой клинок, к нему шаг за шагом приближался Линь Цие.

Он небрежно стёр кровь с уголка губ. Тёмно-красный плащ затрепетал на ветру, и под его ногами по поверхности моря начала стремительно расползаться непроглядная тьма.

Золотисто-чёрные глаза не отрываясь смотрели на Вишну, и Линь Цие медленно произнёс:

— Верховный бог... ничего особенного.

Услышав это, Вишну слегка прищурился и ледяным тоном процедил:

— Не воображай, будто ранить меня хоть что-то значит... Как бы силён ты ни был, ты остаёшься всего лишь главным богом! А главному богу вовек не одолеть верховного!!

— Вот как? — холодно отозвался Линь Цие. — А я всё же попробую!

Когда эта непроглядная тьма поглотила небо и море, силуэты Линь Цие и Вишну одновременно растворились во мраке, а поле боя словно превратилось в мёртвую чёрную дыру — бездонную и недосягаемую.

И если недавняя битва исполинских аватаров сотрясала небеса и землю, то теперь над погружённым во тьму полем боя повисла лишь неведомая, гробовая тишина...