Глава 1801. Они прорвались!!

Золотой луч меча обрушился на небосвод над горами Олимпа, и несколько запретов божественного уровня вынужденно проявились в воздухе. Эти сложные древние запреты, наложившись друг на друга, образовали массивный полусферический купол, укрывавший горы целиком!

Отголоски столкновения заставили вершины яростно содрогнуться; прокатившаяся ударная волна осыпала склоны градом обломков, а несколько храмов и вовсе обратила в руины!

Золотая птичья клетка заходила ходуном вместе с содрогающейся землей. Запертые внутри люди повалились на землю, едва сумев удержать равновесие; они ошеломленно смотрели на бурлящее божественной силой небо, и в их глазах застыли небывалый ужас и страх.

— Как они могли явиться так быстро? Разве сегодняшний день не только начался?

Лицо Аида, стоявшего перед золотой птичьей клеткой, помрачнело. Больше не обращая внимания на Цао Ша и Ся Сымэн, он резким движением наглухо запер дверцу клетки, обратился в черную тень и устремился к Священной вершине в самом центре!

Единственный оставшийся страж был до смерти напуган обрушившимся с небес ударом меча; после минутного оцепенения он все же остался послушно дежурить у клетки.

Глядя на золотой океан в небесах, он вдруг поймал себя на неудержимой мысли:

— Неужели… они и правда смогут прорваться внутрь?

...

Вершина гор.

Посейдон, сжимая в руке трезубец, стоял перед золотым священным троном. Не отрывая взгляда от золотого океана в небесах, он выглядел мрачнее тучи.

— Серафим… Проклятье, разве Михаил не погиб?! Откуда взялся второй серафим?!

— Должно быть, это Линь Цие, — фигура Аида стремительно возникла рядом, и он глухо произнес: — Он ведь изначально был представителем Михаила. После гибели Михаила он наверняка унаследовал [Божественное царство бренного мира] во всей полноте… Но разве в Великой Ся он не находился лишь на ступени Предела человечества? С какой стати он вдруг оказался в космосе?

— Сейчас не время рассуждать об этом.

Посейдон раскрыл ладонь, и на ней возникла первооснова Олимпа; от нее потянулись мерцающие нити света, соединяясь с укрывавшими Олимп запретами.

— С силой серафима взломать эти запреты — лишь вопрос времени. Мы должны собрать всех богов и приготовиться к бою…

— «Вопрос времени» — это сколько?

— От силы четыре часа.

— Боги уже стягиваются сюда, за четыре часа точно…

Не успел Аид договорить, как силуэт юноши с шестикрылым серафимом за спиной во мгновение ока возник под слоем облаков!

Серафим Линь Цие бесстрастно посмотрел вниз: охваченный бурей Олимп отразился в его пылающих золотом глазах. Он слегка приподнял руку, и в ладони возник сломанный меч.

В пустоте вспыхнул ослепительный круг призыва, и в следующее мгновение явился отломанный кончик клинка.

Это был клинок меча Небесных Густых Облаков, некогда переломленный [Хаосом] в психиатрической больнице всех богов.

Сжимая сломанный клинок, серафим Линь Цие медленно погрузил его в золотые волны. Сила чуда хлынула вспять, и когда меч вновь показался на свет, он был уже цел — и пронзительный звон меча Небесных Густых Облаков огласил небеса!

Грозный луч меча рассек золотое море чуда, и неописуемо жуткая аура хлынула с небес!

То был цельный, признавший хозяина, первейший смертоносный божественный артефакт Равнины Высокого Неба!

Ощутив чудовищную мощь меча Небесных Густых Облаков, Аид помрачнел еще сильнее. Не сводя глаз с неба, он хрипло спросил:

— А теперь… сколько?

— …Один час, — процедил Посейдон, стиснув зубы.

Под сводом небес...

Серафим Линь Цие, сжимая в руке меч Небесных Густых Облаков, с силой ступил в пустоту, и колоссальная фиолетовая область резко распахнулась!

В то самое мгновение, когда эта область накрыла весь Олимп, четыре или пять слоев запретов битвы богов разом задрожали, будто вышли из-под контроля, и по их поверхности бешено расползлась густая паутина трещин!

— Божественные руины: [Владычный закон финала]!

— Как это возможно?!!

Почувствовав, что связь запретов с первоосновой насильно разорвана, Посейдон не сдержал крика потрясения.

В следующее мгновение сияющий луч меча с легкостью пронзил все запреты. Золотая волна хлынула сквозь расселину от удара, безудержно устремляясь в пределы Олимпа, и в мгновение ока обратилась в колоссальный, заслоняющий небо меч чуда, который обрушился прямо меж горных хребтов!!

Гро-о-ох——!!!

Боги увидели лишь, как золотой луч пронзил с востока на запад весь Олимп, после чего земля под их ногами сокрушительно содрогнулась!

В этот миг, взгляни кто-нибудь вниз со свода небес, он увидел бы, что все запреты вместе с горами Олимпа рассечены надвое одним ударом меча. Бурлящие морские воды безудержно хлынули в расщелину между двумя горными цепями, образуя пролив.

После этого удара пламя божественной силы в глазах парившего под грозовыми тучами серафима Линь Цие стремительно угасло, и он, точно парящее в воздухе каменное изваяние, погрузился в глубокий сон.

— П-про… пробили?

Перед золотой птичьей клеткой единственный оставшийся страж неуклюже поднялся с земли. Глядя на рассеченное пополам божественное царство, он вытаращил глаза так, будто они вот-вот вылезут из орбит!

Как такое возможно… Это ведь запреты битвы богов наивысшего порядка!

Разве не говорили, что их и за целый день не пробить?

А этот человек нанес всего один удар — и не просто пробил запреты, а расколол надвое сами горы! Прекрасное божественное царство буквально рассекли, превратив в морской пролив… Страж оцепенело смотрел на происходящее, словно во сне.

Он перевел взгляд вдоль пролива вдаль.

За горами...

Из Тумана медленно проступили очертания нескольких исполинских исследовательских кораблей!

Яркие прожекторы вспороли край серой пелены, и исследовательские корабли через брешь в запретах вошли в пролив. Сквозь зыбкую туманную дымку различались силуэты людей, непоколебимо стоявших на палубах.

— Они здесь… Они пришли!! — глядя на фигуры в Тумане, страж ощутил, как к сердцу подкатил неодолимый, доселе неведомый ужас!

— Люди из Великой Ся пришли!! Они прорвались внутрь!!!

Этот вопль, смешавшись с низким гулом рогов, эхом разнесся по всем закоулкам гор, и божественные силуэты один за другим взмыли в воздух из разных уголков Олимпа, роем устремляясь сюда!

Запреты пали слишком быстро, так что из заранее заготовленных планов олимпийских богов не пригодился практически ни один. Если бы не этот истошный крик, они бы даже не поняли, где именно эти люди проникли на Олимп.

Они перебирали тысячи вариантов того, как уроженцы Великой Ся могут вторгнуться на Олимп, но и в страшном сне не могли вообразить, что с небес спустится серафим и единым ударом меча сметет все запреты!

Лицо Посейдона помрачнело; сделав шаг, он тотчас переместился в воздух над проливом.

— Зная, что я здесь, посмели плыть на кораблях… Вы сами ищете смерти!

Трезубец Посейдона сотряс воздух, и воды всего морского пространства в тот же миг взревели. Потоки под исследовательскими кораблями обратились в бесчисленных свирепых чудовищ, потянувших когтистые лапы к людям в туманной дымке!