Глава 1796. Птичья клетка

— Кхе-кхе-кхе-кхе-кхе...

Из горла Ся Сымэн вырвался слабый кашель. На её бледных губах проступила вымученная улыбка:

— Всё в порядке... Я ведь командир отряда «Феникс»... Разве фениксы... так просто умирают?

— Даже если кровь феникса так сильна, всё равно невозможно выдержать ежедневные пытки! — девушка с покрасневшими глазами осторожно осматривала раны на теле Ся Сымэн; от увиденного у неё всё сильнее сжималось сердце.

— Да ладно вам... всё нормально. Дайте мне передохнуть часок... и я снова буду на ногах.

— Эти твари... Я пойду и сражусь с ними насмерть! — другая девушка, крепкая и рослая, резко вскочила на ноги и готова была броситься на ворота птичьей клетки!

В этот миг чья-то ладонь опустилась ей на плечо.

— Линлинь, успокойся, — глаза заместителя командира Цао Ша налились кровью, но он всё же сдержанно произнёс: — Эту дверь тем, кто ниже божественной сферы, не открыть вовсе... Если ты сейчас поднимешь слишком много шума, то не только погибнешь сама, но и навлечёшь беду на простых людей.

Линлинь крепко сжала кулаки, её грудь тяжело вздымалась, но в конце концов она лишь прислонилась к прутьям клетки и в полном отчаянии опустилась на землю.

— Цао Ша прав. Вы с самого начала затерялись среди обычных людей, и вас не заметили. Сейчас для них я — единственный Ночной страж... Если раскроетесь и вы, они примутся пытать весь наш отряд.

В ваших жилах кровь феникса куда слабее, чем во мне, под их пытками вам не выжить... Что бы вы ни увидели, что бы ни услышали, вы ни в коем случае не должны себя выдать.

Голос Ся Сымэн звучал серьёзно как никогда.

Бойцы отряда «Феникс» хранили молчание.

Спустя долгое время раны Ся Сымэн немного затянулись. Кровь феникса наделяла её поразительной способностью к кроветворению и регенерации: пусть это и не доходило до таких невероятных пределов, как возрождение из капли крови у Ань Цинъюя, но залечить несмертельные раны ей было под силу.

Собрав остаток сил, она села в луже крови и посмотрела на Цао Ша рядом с собой:

— Что с остальными?

Цао Ша приоткрыл рот, но всё же произнёс:

— Сегодня умерло больше шестисот человек... Больше, чем за вчера и позавчера вместе взятые. Большинство погибших — старики преклонного возраста. Одни скончались из-за паники и внешних потрясений, от которых обострились хронические болезни, другие — от голода.

Птичья клетка хоть и стоит у ручья, так что напиться они кое-как могут, но без еды уже три дня люди просто не выдерживают... Если так пойдёт и дальше, умерших от голода станет ещё больше.

Ся Сымэн нахмурилась и с глухим гневом бросила:

— Эти греческие боги заперли их здесь, неужели не могли дать хоть немного еды?

— Их цель — лишь использовать нас для шантажа и как пушечное мясо в решающей битве... До жизней пушечного мяса им дела нет. Им нужно лишь, чтобы к началу решающего боя хоть кто-то из нас ещё оставался в живых.

При таком раскладе молодые и крепкие, возможно, выдержат ещё пару дней, но старики и дети точно не сдюжат.

Ся Сымэн окинула взглядом птичью клетку; глядя на несчастных людей, свернувшихся в комок от голода, она плотно сжала губы.

Тусклый дневной свет постепенно угас, и птичью клетку окутала тьма.

Под слабым сиянием звёзд из толпы то и дело доносились стоны, однако подавляющее большинство людей забились по разным углам клетки. Согреваясь лишь остатками тепла собственных тел, они боролись с холодным горным ветром и не издавали ни звука, словно оцепенелые трупы.

В углу птичьей клетки девушка прижимала к груди холодное тельце младенца; всё её тело дрожало от сдавленных рыданий.

Она не осмеливалась плакать громко: во-первых, боялась потревожить других, а во-вторых, опасалась, что громкий плач привлечёт свирепых стражей. За эти дни она собственными глазами видела, как тех, кто кричал и шумел, разрывали на куски заживо.

От непрестанного плача перед глазами у неё потемнело, и, прижимая к груди мёртвое тельце младшего брата, она бессильно повалилась назад.

В этот миг чья-то ладонь надёжно поддержала её.

Девушка опомнилась и только хотела разглядеть происходящее, как другая рука закрыла ей глаза.

— Кто здесь? — испуганно прошептала она, но в крайней слабости у неё не было сил даже вырваться.

— Не бойся, открой рот.

Рядом раздался мягкий мужской голос.

Девушка замерла. Она хотела что-то сказать, но ощутила, как на губы упали капли. Машинально облизав их, она почувствовала солоноватый привкус с оттенком ржавчины, который потёк по горлу внутрь.

Капли упали ещё несколько раз, и девушке вдруг показалось, что голод отступил. Озябшее тело стало наполняться теплом, а в обессиленные мышцы вернулась крупица сил.

Спустя мгновение рука, заслонявшая ей глаза, опустилась. Мужчина приложил палец к губам, призывая к тишине. Из-за кромешной тьмы она так и не смогла разглядеть его лица.

Девушка растерянно смотрела на всё это. А мужчина под покровом ночи неторопливо двинулся сквозь спящую толпу. Подойдя к мальчику лет семи-восьми, он точно так же прикрыл ему глаза и что-то тихо сказал.

Сквозь полутьму девушка разглядела, как он поднёс окровавленную ладонь к губам мальчика, и капли свежей крови, сочась из страшного пореза на ладони, потекли тому в рот.

Мужчина продолжал пробираться между людьми, поя своей кровью самых маленьких детей. Каждые несколько минут, стоило ране на ладони затянуться, он доставал нож и вновь надрезал рану, чтобы кровь не переставала сочиться.

Спустя час его лицо стало мертвенно-бледным... Напоив двухсотого по счёту ребёнка, он нетвёрдой походкой вернулся к выходу из клетки и, держась за ограждение, осторожно опустился на землю, боясь потревожить спящих рядом.

— Цао Ша.

Внезапно рядом с ним раздался голос.

Едва опустившийся на землю Цао Ша вздрогнул, его зрачки сузились, и он резко повернул голову. Прислонившаяся к решётке клетки Ся Сымэн слабо смотрела на него со сложным, нечитаемым выражением лица.

— Командир... — Цао Ша приоткрыл рот, но так и не смог вымолвить ни слова.

Ся Сымэн пристально смотрела на него и медленно произнесла:

— С каких пор... ты начал поить их?

— ...Сегодня первый день, — Цао Ша перевёл взгляд на тёмную громаду клетки и с горечью ответил: — Командир, если так пойдёт и дальше, эти дети не доживут до конца... В крови феникса заключена неиссякаемая жизненная сила. Всего несколько капель могут притупить их голод на целый день... Вот я и подумал...

— Идиот! — Ся Сымэн одной рукой схватила его за горло, на её бледном лице вспыхнул гнев. — Получил крупицу крови феникса и возомнил себя настоящим фениксом?! Не забывай, эту кровь внедрили в ваши тела искусственно! Ты думаешь, кровь феникса у тебя вырабатывается так быстро? Думаешь, пускать себе кровь можно без последствий?!

Каждая капля крови феникса, которую ты сейчас отдаёшь, — это твоя собственная жизнь!!

Ся Сымэн приглушила голос до предела, и под яростным взглядом её налитых кровью глаз Цао Ша лишь опустил голову и промолчал.